ее. – Развалины храмов Лауров по всему континенту, начинают бурно покрываться неведомой растительностью. Одни руины поедает ржавый колючий мох, другие затягиваются пеленой черной зловонной плесени. Но самое горестное знамение заключается в том, что предсказания Археса начинают сбываться. Слухи о Жезле Пророчества, все чаще всплывают среди светских бесед и болтовни простолюдинов.
Лицо Илиоса утратило сияющую белизну, став серым, словно грозовое облако.
– Твоему отцу не известно о последних двух предзнаменованиях. И вряд ли он обрадуется, услышав об этом. Тьма просыпается, Илиос. И сейчас не время изливать ненависть на чародеев, которые, надо полагать, способны предотвратить падение Нирбисса в смертоносную бездну.
Арлена еще раз провела по плечу мужчины своей изящной ладонью с тонкими, почти полупрозрачными пальцами, а затем, не прощаясь, направилась вдоль длинной террасы, обрамленной мерцающими колоннами. Ее лазурное платье тихо шуршало, и звук этот утопал в шуме водопадов и пении невидимых птиц, стремясь сгладить боль от сказанных слов.
Илиос проводил садовницу взглядом, и вновь обратил свой лик к мирно простирающемуся под ногами городу. Морен – воссозданный Первородными, по подобию чудесных поселений, что остались в Туманных далях Инайрлан!
Сэр Найджел, с сожалением, посмотрел на свой потрепанный костюм, в который ему пришлось облачиться. Добротные доспехи и дорогую одежду придется оставить в личных покоях. А рубаха из грубой ткани и кожаные штаны да серый шерстяной плащ, теперь на неопределенный срок, станут его верными спутниками.
Ни разу главнокомандующему королевской армии не приходилось покидать Мендарв, да еще инкогнито. Но обстоятельства и приказ Тивара, не подлежали обсуждению. Как долго сэру Найджелу придется незаметно следовать за Меусом попятам, бороздя просторы Большой земли? Недели? Месяцы? Года? С какого перепуга черноволосый капеллан решил, именно сейчас отправиться в паломничество да еще в одиночку? Ответы на все эти вопросы были ведомы лишь Верховному жрецу да Тарумону Милосердному.
Найджел Брион всегда с пренебрежением и опаской относился к Странникам. И вот ныне, ему было суждено примерить на себе шкуру шпиона. Ах, если бы генералу довелось, лишь добывать разведданные за пределами Мендарва, возможно, он бы так не переживал. Но нет, старому вояке надобно было следить за капелланом и прикрывать спину Его Преосвященства от неурядиц и всяких проходимцев, да так неприметно, чтобы тот не догадался о присутствие телохранителя.
Главнокомандующий вынужден был пожертвовать пышными усами, и выкрасить светлые волосы да брови в темный цвет, дабы изменить внешность. Отвар из ореховых листьев с легкостью справился с этой задачей. А сажа из камина добавила последний штрих в образ. Теперь, генерал Брион походил на истинного оборванца, нежели на человека, от которого зависела безопасность страны людей.
Король достаточно ясно дал понять, что о путешествие сэра Найджела не должна прознать ни одна мышь во дворце, и в особенности Псилон. К счастью, верховный маг, еще ночью покинул Форг, отправившись в западный удел по делам ордена. Так что, одна проблема разрешилась сама собой.
Изменившемуся до неузнаваемости генералу, осталось лишь распрощаться с монаршими чертогами, используя тайные ходы. Он должен был прибыть на пристань раньше Меуса. В его обязанности входило разведать обстановку в гавани и оказаться на борту корабля, которым собирался воспользоваться Верховный жрец, дабы отплыть из Мендарва. Черноволосый капеллан все еще занимался багажом, укладывая в дорожные сумы какие-то свитки и книги, поэтому сэру Найджелу не составило труда опередить его.
Единственным приятным моментом в предстоящей операции было то, что в дороге с новоявленным шпиком будет кошель с золотом, так щедро преподнесенный королем. Расходы за пределами страны людей могли быть разными. Но даже, если учесть, что Мендарвская монета не была входу на остальной части Нирбисса, то металл, из которого она была выкована, повсюду высоко ценился.
Сэр Найджел, еще раз с печалью, оглядел себя. Вид у него был удручающий. Ну, что же вероятно, по возвращению, если все пройдет удачно, Тивар, наконец, вознаградит его по достоинству, предложив пост советника. Сложись все, как предвиделось Бриону, то ему бы больше не пришлось разъезжать по стране и тренировать неуклюжих бойцов, да отдавать распоряжения туго мыслящим офицерам.
Темная Дубрава, казалось, за последние несколько часов сбросила две трети своего золотого наряда наземь. Некоторые древа вовсе оголились, не страшась скорых холодов. Они тревожно скрипели от порывов свирепого ветра, задевая ветвями соседей, еще окутанных покрывалом листвы, словно призывая их, последовать примеру и тоже обнажить тела.
Кряхтя и фыркая, с огромного дуба слез полноватый Мрачный эльф. Взбираться на древо всегда было куда легче, чем слезать с него. Оказавшись на земле, он неспешно стал отряхивать с жилетки и штанов ошметки коры да прилипшую прелую листву. Даже в такой глуши, опрятный вид напоминал ему о тех добрых деньках, когда он мог нежиться в своих покоях, да выслушивать жалобы подданных.
Науро испуганно подпрыгнул, краем глаза заметив, как рядом с ним, с грохотом шмякнулся длинный посох, и чуть было не ушиб голову, своим устрашающим наконечником, похожим на корону из сплетенных рогов.
– Эй, аккуратнее! – возмутился он, глянув вверх.
На медно-золотой ковер, вслед за упавшим оружием, спрыгнула демоница. Вид у нее был жалкий. Шелковые длинные волосы всклокочены, словно голова дамочки побывала в самом центре смерча. Черная одежда хранила следы древесной пыли, а на голенищах сапог удобно устроилось несколько уховерток. Табора брезгливо сбила их пальцами.
– Мало того, что благодаря факельному шествию, мы сегодня великолепно отдохнули, так сказать, выспались на столетие вперед, – пробурчал Науро, вынимая из рыжей шевелюры сухой сучек, – так ты еще решила раскроить мне череп своей клюкой?
– Заткнись, – огрызнулась демонесса, тщательно стараясь смахнуть с себя следы пребывания на дубе.
– Дорогуша, я бы на твоем месте выбрал тон помягче. Если бы не моя проницательность и осведомленность, то ты бы сейчас наслаждалась не свободой, а обществом приверженцев Вечного огня.
Табора презрительно зашипела и сверкнула глазами, под которыми виднелись темные круги от недостатка сна. Выспаться ей и впрямь не удалось.
– Если бы не мой посох, то мы бы оба уже были мертвы! Лишь благодаря ему, храмовники не учуяли нас!
Науро насмешливо взглянул на странный самодельный тирс, а затем – на напарницу.
– Сомневаюсь, что он бы тебе помог, если бы адепты ордена случайно наступили бы на Ваше Великолепие, мирно дремлющее в листве! Изначально, конечно они бы испугались, потом удивились, и естественно, придя в себя, вряд ли позволили демонице уйти на все четыре стороны, даже если бы, она стала размахивать жезлом перед их носом.
Табора поджала губы. Толстяк был прав. Если бы эльф не разбудил ее и не заставил
