Читаем без скачивания Ятаган Смотрителя - Игорь Адамович

Крикуна мигом сдернули с пьедестала, хотя по лицам было видно, что часть эльфов разделяет его мнение относительно ордена орков.

Мановением руки распустив митинг, ректор вышла с балкона. Толпа, оживленно переговариваясь, стала рассасываться. Пока Саэна с Девиатрисом сажали вновь обретенную розу, а остальные наблюдали за процессом, Элленор с ректором уединились в его рабочем кабинете.

— Что же ты творишь, Эльсиа, — негромко попенял князь, как только они остались одни. — Ведь тебя теперь точно выкинут с поста главы академии без всякого голосования, а возможно, и из высшего совета.

— Хочешь узнать, каким будет решение по перечисленным тобой вопросам? — улыбнулась Эльсиа. — Из тридцати членов совета за меня проголосуют двадцать пять, а если считать тебя, то двадцать шесть.

— Что?!

— То, что слышал.

— Но почему?

— Потому, что так надо. А еще надо, чтобы ты побывал сегодня кое-где, там, где иногда бывают эти двадцать пять эльфов, а если со мной, то двадцать шесть.

— Перестань морочить мне голову! — сердито сдвинул брови Элленор.

— Вовсе не собираюсь это делать теперь, друг мой, — улыбнулась Эльсиа и кому-то кивнула. — Вот у него морочить головы получается куда лучше.

— У кого это, мы здесь одни, — начал, оглядываясь, хозяин кабинета и осекся.

Из-за портьеры в углу появился кендер и вежливо поздоровался с князем.

— И вам доброго здоровья, — машинально ответил опешивший Элленор, но тут же пришел в себя. — Вы кто такой и как сюда попали?! Как миновали охрану?!

— Меня зовут Лисок, и я просто пришел, я всегда просто прихожу, к чему сложности, — мило улыбнулся кендер. — Элленор, вас приглашают на встречу сегодня вечером, как только проводите ваших гостей. Буду ждать вас с миледи ректором у телепорта, поверьте, это по-настоящему важно.

Снупи понюхал воздух и одобрительно кивнул головой — пахло только раздавленными муравьями, это значит, что затаившийся в высокой траве объект гоблинского выслеживания натерся содержимым муравейника. Муравьиная кислота напрочь сбивала нюх ищейкам, но только не ему, главному разведчику Торнгарда, собаки не обладают разумом, а вот гоблин сразу просекает такие моменты, ибо, где сильно пахнет муравьями, стало быть, там или развороченный медведем муравейник, или соглядатай. Да и затаился паршивец неплохо, только вот на подходе сбил цветок одуванчика, что выдало его с головой. Он, Снупи, отлично выучил мелких, скрадывать умеют, только вот цель этих пряток настолько неправильная, что придется это конкретно разъяснять, и словами тут не обойдешься.

Гоблин, неторопливой походочкой прогуливаясь мимо куста, внезапно резко метнулся вглубь и за ухо вытащил отчаянно заверещавшую добычу — молодого орчонка в защитном плаще разведчика, закамуфлированного ветками кустов, травой и листьями.

— Подглядывать за вождем, мерзавец! — Увесистая плюха сбила несостоявшегося соглядатая на дорогу. — Ты у меня декаду сидеть не сможешь, паскудник!

Сорвав с ближайшей ивы пук прутьев и мигом очистив их от листвы, гоблин от души прошелся розгами по филейным частям орчонка. От всхлипываний тот перешел на истошный визг, попытался вырваться, но Снупи был цепок, неумолим и добросовестно выполнил свою угрозу.

— Вон отсюда! — сердито рявкнул гоблин по окончании экзекуции. Его жертва, на ходу поддергивая штаны, придерживая рукой пострадавшую часть тела и тихо поскуливая, понеслась прочь, а Снупи продолжил выискивать непрошеных зрителей.

Дело в том, что после победоносного возвращения из похода его вождь Торн и Саэна решили уединиться. Причину можно было угадать без труда, даже столетний глухой как пень орк Уруй знал об условии, выставленном когда-то эльфийкой. Она согласилась стать женой их лорда, но только если проклятие дома Белых роз не отнимет у нее любимого, и вот проклятие снято. Все бы ничего, но масса мелких любопытных шкетов вдруг решила, что такое замечательное событие, как романтическое свидание их вождя и Саэны, никак не может обойтись без них, и отправились подглядывать.

Что произойдет в роще дриад, было понятно всем, поскольку взгляд Саэны, направленный на Торна, был красноречивее слов. Глаза эльфийки были как у кошки в марте, немного шальные, источающие женский призыв и то особое очарование, против которого не способен устоять ни один мужчина на свете. Что касается Торна, то, как гоблину на тот момент показалось, из глубоких глазниц орка вырывалось оранжевое пламя.

Гоблин мельком видел поляну в центре рощи — она напоминала что-то среднее между спальней султана вастаков и огромным букетом. Вся лужайка цвела, землю под цветами покрывал слой не то какой-то травы, не то мха, мягкостью и упругостью превосходящий знаменитые восточные диваны. Эльфийка в этом дивном уголке выглядела настолько естественно, что не возникало и доли сомнения — она хозяйка, нимфа этого леса. Здоровенная грубовато вытесанная фигура орка смотрелась настолько чуждо, что первоначально это резало глаза. Но только первоначально, стоило присмотреться, и контраст между красавицей-эльфийкой и брутальным здоровяком-орком представлялся настолько гармоничным и правильным…

И тут эти мелкие паршивцы! Пришлось Снупи заняться воспитанием молодежи. Впрочем, как спустя мгновение увидел гоблин, эту работу сделали бы и без него — из перелеска вылетело еще десятка полтора отчаянно вопящих юных разведчиков, преследуемых по пятам стаей шершней. Не иначе как дриады вековой рощи решили скрыть романтическое свидание своей любимицы Саэны от любопытных глаз. Ну тогда можно не беспокоиться, от дриад и их крылатых экзекуторов укрыться здесь не способен никто, даже он, лучший шпион ордена.

Когда счастливая парочка вернулась домой, Торн, что-то тихо напевая себе под нос, чего за ним отродясь не водилось, заметил случившимся неподалеку Снупи и Хорту, что орки-рейдеры были круглыми идиотами, когда насиловали эльфиек. Лаской надо было действовать, лаской. Ибо то, что может дать перворожденная по доброй воле, не сравнится ни с чем на свете, и потратить в поисках этого самого даже полжизни — невелика цена, а не то что какой-то несчастный год, как, например, он. И это не говоря уж о том, что преданней и надежнее влюбленной эльфийки нет вообще никого, а у них с Саэной это чувство обоюдно. Впрочем, добавил вождь, орчанки, когда влюблены, ничуть не хуже ушастых красавиц, так что ищите истинную любовь, ребята, поверьте, оно того стоит.

Глава 24

ОГНЕМ И МЕЧОМ СВЯТЕЙШЕЙ ИНКВИЗИЦИИ

— Не убивайте безоружных, барон, ведь ваш меч ковали для благородного боя.