В десятке метров от земли животное вновь расправило крылья, выравнивая полёт. Мимо пронеслись ещё стрелы, и я отправила свои в ответ. Те не знали промаха, ещё двоих настигла смерть. Враги предусмотрительно замедлились, отлетели подальше, лишая меня возможности атаковать. Двое всадников натянули между собой сеть.
Когти грифа с клацаньем коснулись камня площади. Я сразу дёрнула крепления и выпрыгнула из седла.
— Улетайте! Им нужна я!
Это было очевидным, иначе почему они гибли, но сами не пытались нас убить?
— Нет! — воспротивился Белин.
— Улетайте! — развернув стрелу в ладони, я мазнула наконечником по бедру грифа. — Помогите остальным!
Тот возмущённо прокричал и побежал вперёд, а потом поднялся над землёй и развернулся, устремляясь прочь от площади, Сада, врагов и… от меня.
— Эрика! — проревел кузнец, перевесившись через седло.
— Так надо! — заверила я его громко. — Сейчас здесь будет холодно, — прошептала уже про себя и сорвалась с места, бегом направляясь в сторону Сада.
Я оказалась права, враги не бросились в преследование за Тсерсусом и Белином, они понеслись за мной. Пустив ещё одну стрелу, я с досадой прикусила губу. Слишком далеко, она лишь царапнула шею грифа. Пришлось забросить лук на плечо и продолжить бег. Прекрасное строение приближалось. Враг нагонял. А я ждала, когда друзья достаточно отдалятся, чтобы использовать мой последний козырь. И вот, когда их гриф стал далёкой точкой на фоне темнеющего неба, я потянулась к Стуже.
Чувства окунуло в ледяную купель магии, и они застыли. Остались главные стремления: избавиться от врагов и добраться до Сада. Последнее было странным, это желание возникло будто под действием магии. Но сейчас не до обдумывания таких мелочей. Поэтому я бежала, щедро выплёскивая силу в окружающее пространство. Поднялся ветер, разбрасывая в стороны колючие снежинки, и закружился вокруг меня мощным вихрем. Гром прогремел прямо над головой. Свет молний вспыхнул в гранях драгоценных камней здания Сада. Всадники поспешили приземлиться, и грифы ринулись за мной уже по земле. Но теперь я сама не могла выстрелить из-за ветра. А природа бушевала всё яростнее. Стужа кипела в груди сильнее с каждым шагом, создавая вокруг меня настоящий ледяной смерч. Врата в Сад маячили перед глазами. Десяток метров до цели. Но это расстояние оказалось непреодолимым.
Из-за колонны показался мужчина в синей мантии служителя Моркейма. Тревога заворочалась в груди. Я резко остановилась и скорее на рефлексах схватилась за болас на поясе. Кроша ледяную корку, пальцы сжали подаренное Холгером оружие. Почему-то казалось, что Стужа не поможет. Незнакомец направил в мою сторону руки. Я скорее ощутила, чем увидела направленную атаку.
«Меня ждали», — мелькнула роковая мысль.
Мощный толчок ударил в грудь. Ледяной вихрь схлынул. Меня бросило оземь и несколько раз перевернуло по жёсткому камню площади. Вспышки боли оглушили. Кровь затмила взор. Я стёрла её с глаз разбитой ладонью и кое-как приподнялась. Сверху навалилась тяжесть сети. И там, где ощущалась морозная мощь Сердца, разверзлась абсолютная пустота. Я ещё пыталась сбросить сеть, но пальцы путались, и подняться не удавалось. Маг приблизился. Мне в лицо брызнул порошок, который сразу осёл туманной слабостью на разум. Мир подёрнулся рябью, потемнел и исчез, а перед мысленным взором ещё горел образ врат Сада Сигурн.
***
Я проснулась словно после сладкого сна. В теле ощущалась странная лёгкость, а в душе безмятежность. Мысли текли вяло и не спешили складываться в связную картину прошлого. Я несколько минут просто лежала и смотрела в украшенный серебряной резьбой чёрный потолок.
— Где я? — была первая здравая мысль, запустившая вспышки воспоминаний.
Полёт, Сад, нападение и… пленение.
Я резко села, настороженно оглядывая незнакомое помещение. Мрачное из-за засилья чёрного цвета и роскошно украшенное мазками золота, серебра и драгоценных камней. Портьеры были задёрнуты, и помещение освещало лишь несколько тусклых кристаллов. Тени клубились по углам. Я сидела на широкой кровати с бархатным балдахином. Моя одежда исчезла. Вместо неё меня облачили в полупрозрачное платье, украшенное золотом по плечам и талии. Открытые рукава, глубокий вырез и отсутствие белья. Одежда настолько фривольная, что ей место только в спальне. И раны исчезли, будто и не было того удара. Рука потянулась ко лбу, где должно было находиться рассечение, но замерла. Взгляд зацепился за странный чёрный знак на тыльной стороне ладони.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что это? — я потёрла символ пальцами, но он будто был вбит в кожу, словно татуировка.
А брачный ожог, нанесённый Тсерсусом, исчез.
— Это знак моей невесты, — раздался низкий мужской голос.
Ещё несколько кристаллов засветились, выхватывая из темноты его фигуру. Он сидел в кресле, расслабленно закинув ногу на ногу. Я вздрогнула, столкнувшись с горящим в полутьме взглядом с абсолютно нечеловеческими глазами. Сапфировая радужка растекалась лучами по непроницаемой черноте.
— Моркейм, — прошептала я ошеломлённо.
На тонких губах мужчины мелькнула усмешка. Он неспешно поднялся и направился ко мне, позволяя лучше разглядеть его в свете кристаллов. Длинные пепельные волосы спадали на волевое лицо с острыми чертами и широкие плечи. Запашная мантия открывала мускулистую грудь. Правую руку украшали золотые напальчники в виде когтей.
— А ты дочь Сигурн, — пугающие глаза загорелись лютой ненавистью.
Легенда врёт, Моркейм лишился не всех чувств. Самые тёмные остались с ним.
Глава 23
/Призрак/
Небо ярилось, выплёскивая на землю ледяное крошево. Ветер бил так яростно, что нельзя было подняться в воздух на грифах.
— Быстрее! — прорычал Холгер, подтолкнув в спину сидящегов седле перед ним Шейдса.
Тильди пришпорил и так нёсшееся на пределе сил животное. То подскочило в возмущении, дёрнув узду вперёд. Гриф не мог бежать быстрее, как бы отчаянно Холгер ни желал ускориться. Ледяной вихрь опал. Хотелось верить, что враг уничтожен, но грудь сжимало тревогой, пугающей неизвестностью. Прекрасное здание Сада приближалось, а он не видел впереди ни всадников, ни Эрики. Лишь непогода сообщала о её недавнем присутствии. И мешала им взмыть в небо.
— Стой! — взгляд зацепился за что-то знакомое.
Шейдс резко дёрнул на себя узду. Холгер выпрыгнул из седла раньше, чем гриф остановился, пробежал вперёд и порывисто поднял покрытый льдом болас. А чуть дальше на камне темнели кровавые следы.
— Рикард, ты их видишь? — голос сипел от разрывающих душу чувств.
Они неслись сюда настолько быстро, насколько возможно, но всё равно не успели.
— Нет, — расстроенно отозвался Рикард. — Они ушли.
В этот момент к ним на грифах подоспели остальные члены отряда. Белин соскользнул с седла. Плечи кузнеца опустились под тяжестью общего горя. Рикард присел на колено, мазнул пальцем по тёмному следу на камне и попробовал на язык кровь.
— Эрика. Она далеко. И я вижу след мощной магии. Помимо Стужи.
— Я должен был остаться с ней, — прошептал Белин.
— И тебя бы убили, — возразил Холгер. — Если кто и виноват, то он, — сумеречник указал на бледного Шейдса.
Хотелось вонзить меч в его подлое сердце. Только что это изменит? Лишь окропит его руки новой кровью. Нужно сосредоточиться на главном: выяснить, куда увезли Эрику, и нестись за ней.
— Ты рассказал, куда мы отправились Олдису. Как ты мог, Шейдс? — недовольно качнул головой незнакомый тильди, тоже слезая с седла грифа.
Шейдс лишь опустил голову, не зная, что ответить, либо боясь разозлить Холгера. Он трясся всю дорогу до Сада. Даже несколько смен штанов не помогли.
— Куда её могли увезти, Тсерсус? — обратился к провожатому Белин.
— В столицу. Во дворец Моркейма.
— Значит, нам нужно туда, — заключил Холгер.
