Била словами, била больно. Но он успел уловить страсть и ненависть, с которыми она заворачивала произнесённое. Извинения тут не помогут.
- Ты не можешь уйти, ты же вернёшься. – И в ответ она едко хмыкнула. Ведь когда Тереза умоляла его позволить остаться, он гнал в шею. А сейчас запел соловьём.
- Я помолюсь за тебя Богу.
Этот ответ был самым искренним из всего, что она сказала ему до этого. В нём не было блефа или гнева. Простота и краткость. Развернулась, пошла к припаркованному автомобилю, за рулём сидел Уилл. Он всё понял без слов. Он всегда чувствует, когда с клиентом говорить не стоит, а когда нужно наоборот утешить или приободрить.
Только девушка оказалась на пассажирском сидении, позади крепкой спины мужчины, быстро вывалила их маршрут. Сначала до дома Гарри, затем уже к ней. Но водитель предложил, пошёл навстречу и пообещал, что соберёт все её вещи и привезёт самолично утром. Тереза доверилась тёплому взгляду и мягко качнула головой.
Сердце не было на место. Она рвано дышала. Когда уже всё должно закончиться? Когда можно поставить на паузу весь мир, позабыть о проблемах чужих людей и выдохнуть? Наверное, только тогда, когда она переступит порог дома, порог самого безопасного и безоблачного места.
Они ни разу не останавливались. Гнали в шумный ночной Лос-Анджелес. Серые глаза без эмоций глядели на размытое шоссе. В голове пусто, там еле перемещались глуповатые мысли. Например, почему вода вкусная, но безвкусная? Если ничто не вечно, значит и вечность не вечна? И куча подобных. Глупых. Пустых. Ненужных. И безответных.
Вот они уже заехали в город, который никогда не засыпает. Через центр машина устремилась на другой конец города, к обычному спальному району. Ещё парочка минут, и она уже будет подниматься к себе домой. Тепло раскатилось по груди. Глаза приятно закрылись. Сейчас бы лучше всего поспать, но она уже выспалась, сбив окончательно режим.
Показался знакомый район. Затем улица. И машина останавливается около её дома, около её подъезда. Наконец-то всё позади. Наверное, с этого момента начинается её новая страница. Перевернули. Прошлое откинули, оставили всё там.
- Спасибо, Уилл. Ты выручил, - снисходительно улыбнулась ему и получила ответную, тёплую улыбку телохранителя.
- Большей не смей расстраиваться, Тереза, – послышалось за спиной, и мотор загудел.
Призыв быть сильной воодушевил её, но уж точно не надолго. Девушка планировала вот-вот впасть в депрессию. Привычное состояние для неё до встречи с Гарри. Новая жизнь будет начинаться, как старая…
Двери лифта открылись, зашуршали ключи. Господи, сейчас полчетвёртого утра. Дома должны все спать, и не надо менять этот факт. Тихо девушка отперла входную дверь и нырнула в квартиру. Аромат дома пробрался сквозь одежду к коже. Мурашки пробежали вдоль спины. Вновь здесь. И рада больше, чем за все последние несколько месяцев вместе взятых.
В темноте она разувалась тихо, придерживаясь рукой о стенку, как внезапно дверь бабушкиной комнаты открылась. Показалась седоватая голова. Бабушка в домашнем халате, держа телефон в руках, посмотрела на внучку. Как некрасиво вышло!
- Извини, я не хотела разбудить… – виновато оглядела обеспокоенное лицо, покрытое небольшими морщинками. Замолчала. На душе завозилась совесть, - Ба?
- Только что позвонили из больницы. Маме внезапно стало плохо… – каждое слово выговаривалось медленно, тянулось и дошло до того, что бабушка смутно проговорила, - Она умерла.
Наступила тишина. Серые глаза продолжали хлопать. А затем всё прекратилось. Тереза заливисто, громко рассмеялась. В полчетвёртого утра.
Комментарий к Мамы
Вы также можете подписаться на меня в Wattpad, там больше моих историй!
https://www.wattpad.com/user/Lion_official
========== Над небесами ==========
“Сердце матери — бездна, в глубине которой всегда найдётся прощение” -
Оноре де Бальзак.
Вокруг шумно, но мысли вертятся где-то далеко, за пределами этой вселенной. Дети бегали вокруг, кричали радостно под волнительные вздохи мамочек. Темноволосая девушка тихо пристроилась на пустующих качелях и уже полчаса смотрела куда-то вдаль. Голову примостила на железку, ногами отталкивалась от земли и покачивалась то вперёд, то назад. Со стороны она выглядела спокойной, возможно немного поникшей, пока внутри неё творился ураган эмоций. Там были и горе, и желание покинуть этот мир сейчас же, и наваждение, и некая эйфория. Настолько сильная, что приятные чувства просыпались в ней. Прошло уже полторы недели с той роковой ночи, когда жизнь решила повернуться, не понять, какой стороной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Одиннадцать дней в голове вместо хороших или плохих мыслей была пустота. Зато событий полно. Самоанализ запустился уже в который раз, и она начала вспоминать, как проходила каждый день с болью на сердце.
Телефон постоянно трезвонил. Чаще всего звонил Гарри. Особенно первые три дня, но затем, как только наступили выходные, и он скорее всего отправился на лечение, ни сообщения, ни одного звонка не было. Возможно он хотел что-то спросить или сказать, что она забыла какие-то вещи, а возможно ему нужна была помощь. Но даже мягкотелость и желание помочь всем вокруг не заставили её поднять трубку. Тереза знала, что только услышит его голос, только попробует соврать, что всё в порядке, он поймёт. Он хриплым голосом спросит, что случилось, и её прорвёт на те слёзы, которые напрашиваются постоянно.
Серые глаза перемещаются на источник громкого плача. Девочка с красивыми светлыми волосами сидела около песочницы. Конечно же, сразу подоспела мама, намереваясь утешить дочь. Только сейчас Тереза заметила небольшое красное пятнышко на коленке. Ушиблась, видимо, когда вылезала их песочницы. Нервно отведя глаза, ртом она хватала воздух, не желая видеть эту картину. Плевать, насколько это душещипательно. Плевать на всё. Ведь сейчас неволей в голове всплывали её собственные воспоминания о маме. О родной, любимой и утерянной.
- Ты как раз вовремя пришла! – вспомнила, как радостно удивилась встрече с Камиллой. Тогда она только готовилась к церемониалу, к похоронам, и не воспринимала всё серьезно. В серых глазах играл даже какой-то интерес, - Бабушка вроде разобралась с надгробным камнем и словами на нём, а я выбираю гроб и цветы. Что думаешь? – рукой девушка указала на варианты гробов, - Мне нравится белый, но только всё-таки кажется, что это чересчур, напоминает о больнице. Чёрный, конечно, классика. А вот коричневый не был её любимым цветом. Хотя какая теперь разница?
Подруга непонимающе смотрела на щебечущую Терезу и пыталась вникнуть в суть проблемы. Да только она ведёт себя так, будто устраивает семейный ужин или что-то наподобие. Камилла продолжала стоять и таращиться.
- Вот и я тоже тихо стою и не могу понять, что лучше. – Хмыкнула, завершая свой же монолог, девушка.
- Может, ты лучше поедешь домой? Зачем торопиться? Свидетельство в больнице ещё не готово, место на кладбище не выделили.
- Раньше начну, раньше закончу. – Неохотно она ответила, уже развернувшись к гробам.
- Звучит, как оправдание. Мы обе знаем, что это твой излюбленный способ уйти от проблем. Просто закрыться и делать вид, что всё в порядке и это ни капельки тебя не тронуло. Но это не могло не тронуть, Тереза… – жалость высунулась наружу, и её девушка приняла, как пощёчину. Все её жалеют.
- А что мне делать? В комнате тихо, и лишь слышно, как бабушка плачет. Я не могу там находиться. Господи, а вопросы Тима? Он постоянно спрашивает про небеса и рай…
- Им ведь тоже тяжело. Тимоти потерял маму так же, как и ты. А бабушка потеряла дочь. Она звонила мне кстати, сказала, что ты не разговариваешь с ней, игнорируешь вопросы и просто запираешься в комнате. Тереза, давай поговорим.
- Мне нечего ей сказать. Я ей даже в глаза посмотреть не могу, - недовольно, устав от назойливости подруги, девушка лишь ещё раз вспомнила натянутое молчание между ней и бабушкой. Так легче – притворяться, что ничего серьёзного не произошло.
