Читаем без скачивания YouTube. Как самый популярный видеохостинг завоевал мир? - Марк Берген

href="ch2-212.xhtml#id248" class="a">[212], что убедиться в том, что наша планета плоская, ей помог просмотр более пятидесяти часов видеоматериалов. «Когда вы смотрите видео дома, есть только вы и экран», — заметил мужчина, назвавшийся Хэппи из Вирджинии. Один из докладчиков конференции[213] рассказал о том, как вместе со своей девушкой совершил путешествие на YouTube: «Мы видели Бильдербергский клуб, Ротшильдов, иллюминатов. Все эти общие вещи, которые вам выпадают при переходе по ссылкам, потому что вы смотрите одно видео, а затем появляется другое в том же духе». Ни у кого из них увиденные кадры недовольства не вызвали.

Естественно, в январе следующего года некоторые зрители отметили свою удовлетворенность просмотром прямой трансляции дебатов между Саргоном Аккадским, который играл «классического либерала», и известным белым националистом Ричардом Спенсером. Вверху своей домашней страницы YouTube разместил вкладку «Тренды»: там находилась алгоритмическая коллекция наиболее популярных клипов — и упомянутые дебаты на некоторое время стали в том месяце трендовым видео № 1.

Позднее YouTube запретит продвижение видеороликов о плоской Земле и подобных дебатов, назвав их «вредными». Но не сейчас.

В начале 2017 года видеохостинг пригласил репортера из делового журнала Fast Company. Учитывая грядущие стремительные социальные потрясения, получившаяся в результате статья быстро стала увлекательной реликвией. В марте репортер наблюдал, как на собрании персонала Воджицки приветствовала десять новых сотрудников. Все слушали презентацию Google Brain о рекомендациях. Fast Company описал эту сцену следующим образом[214]:

В связи с появившимися в новостях обвинениями Uber в сексуальных домогательствах, [Воджицки] призывает сотрудников сообщать о любых неприятных инцидентах, возникающих на YouTube, тем, кому они доверяют, включая ее. Вместе с тем она иронично делится историей о том, как в минувшие выходные впервые посетила церемонию вручения «Оскара» (в качестве гостя продюсера Харви Вайнштейна), кульминацией которой стало то, что на афтепати Vanity Fair она, испытывая чувство вины, съела чизбургер, хотя является вегетарианкой.

Как только начался рекламный бойкот, журнал занял первое место в рейтинге, чем вызвал бурную реакцию YouTube. Воджицки посетовала, что авторы страдают, и пообещала новые функции поддержки клиентов, но при этом обратила внимание на шероховатости своего сервиса[215]. «В YouTube есть что-то очень человеческое», — сказала она Fast Company. Женщина пришла давать интервью в свой кабинет в штаб-квартире Google, где работала один день в неделю, и с гордостью продемонстрировала небольшую инсталляцию из игрушек и картона, которую сделала ее девятилетняя дочь, с небольшими вдохновляющими лозунгами: «Справедливость для всех». «Не иди назад, иди вперед». «Я вижу будущее в твоих глазах».

* * *

Клэр Стэплтон спускалась по карьерной лестнице, чувствуя, что ее компания заваливается набок. В мае, за несколько недель до рождения своего первого ребенка, она разослала информационный бюллетень «Вниз по трубе». Клэр ушла с позиции куратора в проекте YouTube Spotlight, в котором должна была воплотить надежды менеджеров на «придание формы общению» на сайте. Но, по мнению Стэплтон, YouTube настолько огромен, что эта цель неосуществима, как попытки «при помощи наперстка сдержать бьющий гейзер». Она перешла в команду, управляющую аккаунтами YouTube в социальных сетях, и, когда не могла удержаться, удовлетворяла свою тайную страсть — заглядывала на сайт и смотрела видеоблоги девочек-подростков, которые стали мамами. Там всегда можно было найти чей-нибудь новый видеодневник: алгоритм работал, и каждая мама казалась немного более юной, более производительной, более экстравагантной.

Клэр открыла майский информационный бюллетень с GIF-файлом из «Рассказа служанки» — сериала, который при Трампе стал новым символом женского сопротивления. Стэплтон и ее коллеги знали, что через Google распространялся сексизм Кремниевой долины, а интрижки на рабочем месте были обычным делом. Но в Google многие считали, что надменная культура tech-bro была порождением других компаний, молодых и безрассудных, как Uber, и что ожесточенные партийные разборки происходили именно там, в стране эстакад, вдали от кампуса Google, полного солнечных батарей.

Летом эта иллюзия разбилась вдребезги. Средней руки программист из Google по имени Джеймс Деймор разослал десятистраничный меморандум[216] под названием «Идеологическая эхо-камера Google». Консерваторы в компании чувствуют себя «отчужденными», писал Деймор; его главный аргумент заключался в том, что цели по найму персонала с учетом расового и гендерного многообразия — это полная ахинея, потому что они не соответствуют его взглядам на науку о гендере. Сначала он отправил меморандум через «скептиков», чью-то рассылку, вечно затрагивающую сторонние темы. К августу этот текст распространился по всей компании и просочился наружу. Посреди летнего застоя он был воспринят как очень важная новость. Генеральный директор Google Сундар Пичаи, который на момент возникновения скандала был в отпуске[217], уволил Деймора, чем еще больше раздул пламя.

Зловещая война культур, которая началась на ток-радио и кабельном телевидении, а затем созрела на YouTube, перекинулась на Google.

Газеты и телевизионные станции требовали встречи с уволенным программистом. Свои первые два интервью Деймор дал любимым ютуберам: спорному, но чрезвычайно популярному профессору психологии Джордану Питерсону и тому самому Стефу.

Стефан Молинье: «Уволенный сотрудник Google Memo высказался!»[218] Август 2017 года

Деймор подключается по видеосвязи из своей квартиры. Белые провода наушников свисают по обе стороны длинного мальчишеского лица. В правой части экрана видна знакомая голова Молинье. «Дайте нам представление о вашем интеллектуальном росте», — весело говорит он. «Мне очень нравится искать суть вещей, — отвечает Деймор, подбирая слова. — В условиях, когда все находятся в одной и той же эхокамере и разговаривают сами с собой, люди совершенно слепы ко многим вещам». Молинье это нравится, особенно та часть, в которой Google названа эхокамерой. Они обсуждают кодирование и либертарианство. Иногда ютубер замечает, что его собеседник не очень разговорчив, и сам заполняет паузы. Молинье сравнивает докладную записку Деймора и его недовольство с высказываниями предков современной науки: «Как у Галилея. „И все-таки она вертится“. Я не могу поверить, что они называют ваши слова псевдонаукой. Нет-нет-нет. Вот многообразие — это псевдонаука». Деймор нервно смеется.

Записка Деймора была полна ссылок на эволюционную психологию — академическое минное поле, которое любил Молинье. Однако после пристального изучения анализ Деймора развалился — как «в лучшем случае политически наивный, а в худшем — опасный», — писало издание Wired[219]. Исследователь, которого цитировал Деймор, назвал его утверждения о половых различиях «огромной натяжкой». Кроме того, Google предстояло пережить новое федеральное расследование «системного неравенства в оплате труда женщин». Записка Деймора, конечно, пришлась совсем некстати.

Желая дистанцироваться от этого, компания призвала на помощь Сьюзен Воджицки. Та написала сотрудникам YouTube записку, которая затем была опубликована[220]. Все началось