рядом с вами я не желаю. — Губы опалило воспоминание жгучего, неистового поцелуя. Сердце хоть и продолжало спокойно трудиться, разгоняя мою кровь по венам, дыхание уже сбоило и запиналось.
— Завтра. — Пробасил Вайлас, медленно оборачиваясь и обливая меня холодным взглядом с головы до ног.
— Что завтра? — В том же тоне переспросила я.
— Завтра должна состояться консуммация истинности нашей пары. — Отчеканил мужчина, прожигая насквозь мою нервную систему.
— Я не собираюсь спать с тобой! Ни в качестве Ингрид, ни в качестве истинной пары. — Прошипела я презрительно, практически выплёвывая свои ядовитые слова Императору в лицо. — Поищи себе другую постельную грелку.
Ошеломлённая подобной наглостью и чтобы не наговорить гадостей, я развернулась на каблуках и двинулась обратно в свою комнату.
Но не тут-то было! Меня неожиданно подхватили на руки и через какое-то быстротечное мгновение я, находящаяся на руках Императора Вайлас, оказалась в огромной, просто необъятной спальне Его Величества. Поставили меня ещё быстрее, чем взяли на руки.
Огромная, шестиместная кровать с балдахином, высокие окна в пол с шикарными, тяжелыми гардинами и невероятный мягкий ковёр из неизвестной мне шерсти. Когда первый шок отошёл, я гневно топнула ногой, разворачиваясь.
Вайлас стоял у двери явно запертой комнаты. Он гаденько ухмылялся, опираясь спиной и ногой о дверное полотно. Его руки бы сложены на груди, а вид очень довольный. Вайлас упивался своей властью и силой. Показывая мне, кто здесь хозяин. Показывая мне, что моё слово и мнение здесь для него ничего не значат.
— Внимательно осмотри эту спальню, ведь завтра, на этой кровати, — Вайлас кивает на кровать и снова криво улыбается, глядя мне в глаза, — я наконец-то сделаю тебя своей.
— И не мечтай. Я тебе сказала, что я здесь для того, чтобы доказать свою непричастность к Ингрид. Не более. — Невероятная злоба клокотала у меня где-то в горле. Я чувствовала ледяной холод, исходящий от меня, всеми фибрами души и тела. Что-то о холоде говорила Даша, перед тем, как под моими ногами заклубился туман страха.
Невероятная злоба, вот ключ к тому, чтобы вызвать этот туман. Например, раньше заморозка получалась, когда я боялась или злилась. Вспомнить тот самый веник! Что послужило появлению тумана летом, я не знаю, но сейчас это сильная, непреодолимая эмоция, которая требует выхода наружу.
— Уясни, наконец, что ты родилась для меня и для этого мира. Как только ты появилась на свет, твоя судьба была уже предопределена. Мы связаны, хочешь ты этого или нет. — Вайлас оттолкнулся от двери и начал медленно ко мне приближаться. И чем ближе он подходил, тем холоднее становилась я. Нужные слова произвольно вышли у меня изо рта. Будто сама душа решила спросить.
— А ты? — Спросила я, стараясь выровнять дыхание и избавиться от внутренней дрожи.
— Я? — Император вдруг затормозил, буквально на расстоянии двух вытянутых рук. — Что я?
— Ты хочешь этого или нет? Или за тебя говорит лишь истинность? Я что-то не припомню, чтобы ты признавался мне в любви. Тогда зачем это всё? — Я обвела взглядом лишь спальню, но имела в виду абсолютно всё, что с нами здесь, на Фомальгаут, происходит. — Зачем идти на поводу у судьбы?
— Ты моя истинная пара, от этого никуда не деться. — Надменность Вайласа сменилась неудовольствием. — Меня вполне всё устраивает.
— Тогда ответь на такой вопрос. Окажись Ингрид, жива и здорова, кого ты выберешь? Жену, которую так сильно любишь или истинную пару, то бишь, меня, совершенно незнакомую девочку?
— Что за глупые домыслы? Ингрид нет, поэтому и рассуждения на эту тему бессмысленны! — Я заметила, как сильно его уязвил мой вопрос. И кому сейчас хуже стало, мне или Вайласу?
— Но именно эти рассуждения помогут тебе до конца осознать, кто тебе нужен на самом деле. Лично мне не нужен ни трон, ни корона. Мне нужна правда, какой бы она не была. Она нужна нам всем. У тебя есть выбор, ты можешь вернуть меня домой, вместе с семьей и друзьями, и найти ту, которую полюбишь. Невзирая на эту пресловутую истинность. Подумай не только о себе, но и обо мне, хотя бы раз! Мне брак без любви не нужен. — Призналась не только Вайласу, но и себе. — Счастья нам это не принесёт. — Напоследок прошептала я и, обойдя Императора, подошла к двери.
Я только взялась за ручку, открыть себе путь к свободе, как позади меня так крепко сжали в стальных объятиях, что я вздохнуть не успела.
— Никакая другая не сравниться с тобой и теми ощущениями, что я испытываю, когда ты рядом. — Прошептал Вайлас мне на ухо, крепко прижимая своими руками мои руки к моей груди. — Аромат твоей кожи, — Император шумно вдыхает мой запах у основания шеи, оставляя едва уловимый поцелуй, — шёлк твоих волос, — зарывается носом в мою макушку, и я слышу явное урчание, — самая красивая мелодия, стук твоего сердца, — Император прикладывается ухом к моей спине, прогибая меня к двери, — твой голос, взгляд, вся ты! Знай, я раньше, что ты существуешь, я б нашёл тебя, где бы ты ни находилась. Даже на самом краю этой Вселенной.
Вайлас развернул меня изумлённым лицом к себе, заключая его в ладони.
— Я повел себя с тобой неверно с самого начала. Но всё потому, что не знал, как сильно привяжусь к тебе за каких-то два дня. Чтобы тебе было здесь легче, я пригласил сюда твоих друзей. Я вернул землянам их права. Лишь бы ты не смотрела на меня, как на монстра.
Положив свои руки на руки Императора, я убрала их от своего лица, но пока не отпустила.
— За это я действительно тебе очень благодарна. За родителей, которых спас от зоны «Артек» и от того ужаса, который происходил на Земле эти месяцы, особенно. За моих друзей, которых пригласил сюда, отдельное спасибо. Они помогли мне решить одну загадку.
— Загадку? Ты о чём? — Вайлас сам отпустил меня и отошёл на шаг.
— О том, что на самом деле произошло с Ингрид.
— А что с ней произошло? Ты сама прекрасно видела мои воспоминания.
— Это то, что она хотела тебе показать. Но это совсем не значит, что так и было на самом деле. Сегодня вечером я приведу к тебе человека, целиком и полностью замешанным на гибели Её Величество.
— Ингрид выпила эликсир для перемещения души! Кто, как не она виновата в собственной смерти? — Возмущенно воскликнул Вайлас.
— Убийца именно этого и хотел, чтобы ты думал об Ингрид таким вот образом. Очернить память о ней.
— Убийца?! Лиззи, что ты такое говоришь?! — Император
