— Ой, кажется, мы в беде, — произнесла Лил.
— Да что ты! — отозвалась Джозиз.
— Зря мы сняли куртки, — заключил Крочик. — А знаете, где мы?
— Судя по мантиям, это… не ресторан? — осведомился Пиус.
— Мы в здании бывшего кукольного театра. Я узнал улицу из окна.
— Так, интересно, Лил, а те мантии были с капюшонами или без?
Девочка, не ожидавшая вопроса, начала вспоминать, Джозиз ежилась, а Крочик отправился вглубь помещения.
— Нет, по-моему, они были без капюшонов, — произнесла она. — А что могут означать капюшоны? Что-то зловещее?
— А без капюшонов — это собрание судей, — пробормотала Джозиз, пряча кулаки под мышкам.
— Здесь труп, — послышался голос Крочика.
Все бросились к нему. Среди коробок возле стены находилось тело человека. Он был привязан ногами и грудью к доске, которая стояла в специальной тележке с двумя колесиками. Тело посинело от мороза, но и в самом лице, оттай оно, все равно угадывались бы черты мертвеца. Его нос, очевидно, острый при жизни, совсем заострился. Пиус и девочки сразу воскликнули:
— Карий Белеч!
— Это его мы видели на фотографии, — объяснил Крочику Пиус. — Это сбежавший преступник. Член Ордена Пяти! Это… Знаете, где мы?
— В гостях у знаменитого общества, — изрек Крочик. — В логове Ордена Пяти.
Все переглянулись и отступили от тела.
— Мы заперты в морозилки с трупом в подвале Ордена Пяти, я ничего не перепутала? — изложила положение Джозиз. — На этот раз нам точно крышка. Лил, возможно, иногда я была резка с тобой…
— Не говори того, о чем потом придется жалеть, — остановила ее Лилил. — Нам просто нужно выбраться отсюда. Найти выход.
Ребята огляделись в поисках чего-нибудь, что натолкнуло бы на идею.
— В нашем положении есть кое-что положительное, — сказал Пиус. — Мы заперты с опасным преступником, а он не опасен.
— Скоро мы составим ему компанию, — пообещала Джозиз. — Когда превратимся в четырех дохлых искателей приключений. Если нас не прибьют, обнаружив здесь, мы все равно околеем от холода. Выход! Я не могу искать выход, когда у меня мерзнет нос.
Обследовав стены камеры, ребята не нашли ничего интересного. Несколько узких решеток, по таким трубам не выбраться. В проверенных коробках прятались предметы, назначение которых сложно было угадать, возможно, из них собиралась бомба или лазерная установка, но вряд ли бы дети разобрались. В одной коробке оказались замороженные продукты, в других, они решили, обнаружится то, что отобьет аппетит. Дверь изнутри не открывалась и была слишком крепкой, не стоило даже думать посягнуть на нее. Пришлось присесть на корточки среди коробок и свисающих крюков и чего-нибудь дожидаться.
Насидевшись, они дождались разлитого чувства паники, оставалось только не поддаваться ему, поддерживая последние силы, чтобы не промерзнуть до костей. Счет времени быстро потерялся, быть может, их заточение длилось еще не так долго, но им показалось достаточно, чтобы расплатиться со всеми счетами всех провинившихся на земле. Тогда за дверью тихо раздались шаги, ребята отреагировали мгновенно. Когда шаги приблизились, дети, хотя и думали, что совершенно окоченели, как подстегнутые бросились вглубь камеры, спрятавшись за дальними коробками. Дверь открылась, в помещение тяжелой походкой кто-то вошел. Пиус попробовал подглядеть происходящее через щелку между коробками. Внутри находились двое крупных мужчин в темных фартуках и высоких до колен сапогах. Один из них подошел к телу Кария Белеча и откатил тележку от стены, потом он взялся за ручки, с рывком наклонил ее и повез к выходу. Второй взял что-то из коробки, повертел в руках и бросил обратно. Когда первый выкатил тележку из камеры, второй вышел за ним, и оба стали удаляться по коридору, в то время как дверь медленно закрывалась. Но она не захлопнулась, оставив небольшой проем. Шаги и скрип колесиков пропадали, и, подождав затишья, друзья ринулись к двери. Они выглянули в коридор, парочка двигалась в левой стороне дальше по коридору, и когда завернула за угол, ребята выскочили наружу. Домчавшись до поворота, они сбежали вниз по ступенькам, потом немного вперед, снова ступеньки, и тут осталось только достичь нужной двери.
Подобно стайке птиц они один за другим залетели в погреб и замерли. В висках и груди у каждого вбивали сваи молотки. Лил прилипла щекой к двери, а остальные, достав фонарики, на полусогнутых от напряжения ногах прошли мимо бутылок. Они втиснулись в пространство между стеной и отодвинутой полкой, после чего стали искать булыжники с жевательной резинкой и давить на них, те медленно поддавались. Лил же вдруг шепотом предупредила, что, кажется, слышит шаги. Булыжники мучительно долго уходили в стену, а Пиус произнес слова, способные сейчас добить любого.
— Здесь нет жвачки!
Ребята посветили ему.
— Она отвалилась! Предательская жвачка отвалилась!
Джозиз с Крочиком разобрались с остальными булыжниками, Пиус старался приметить нужное место и отчаянно давил на все камни вокруг. Лил торопила их, объясняя, что шаги уже не кажется, а абсолютно точно слышаться, и все ближе.
Последний булыжник был верхним, поэтому мальчику приходилось вставать на носки, чтобы дотянуться, и давить кончиками пальцев, делать это было очень тяжело, но примерно на такой высоте он закреплял жевательную резинку (с обратной стороны из-за цепочки было проще). Наконец раздался щелчок, мальчику удалось найти необходимый булыжник, но из-за неудобного положения Пиус на мгновение потерял равновесие и толкнул спиной полку с вином. Полка качнулась, казалось, она устоит, но не успели дети понять, что происходит, она завалилась и рухнула на пол, будто в дребезги разбив все бутылки. Это создало такой шум, что не верилось в происходящее. Все замерли посреди этой катастрофы. Стена же медленно раздвигалась, открывая проход в тоннели. Лил первая пришла в себя, она подскочила к ближайшей полке, ухватилась с одного боку за доски каркаса и потянула, почти повиснув всем телом. Полка запрокинулась и упала на дверь, снова раздался шум разбитых бутылок, рядом свалилась и Лил. Но она тут же вскочила на ноги и поспешила проделать то же самое с другой полкой, которая упала на первую, совсем забаррикадировав дверь. В это время очнувшиеся ребята уже тянули за кольца, чтобы закрыть проход. Лилил выбежала из погреба, и когда последний булыжник остановился, стены начали сходиться, друзьям оставалось только замереть, погасив фонарики и прислушиваясь, как кто-то ломится в дверь. Но вот проход захлопнулся, и все стихло, тогда они снова включили фонарики и обессиленные повалились на пол, тяжело дыша.
— Вы отлепили жвачку?! — вдруг сообразила Лил.
Но друзья успокоили ее.
Они были уверенны, что Орден Пяти не знает, как открыть проход (по путеводным знакам он бы добрался до "Клопа", кроме того, это место использовали для хранения вина), однако избавиться от ощущения опасности было сложно.
— Где у тебя пончики? — спросила Джозиз.
Ребята достали из рюкзака пончики и принялись жадно есть. Им значительно полегчало, так что они смогли вернуться к вагону.
Обратный путь показывал похожие виды, какими сопровождался из отеля. Покачиваясь в вагоне, дети отдыхали и осмысливали пережитое.
— Теперь понятно, что за сокровище ищет Орден Пяти, — сказала Джозиз. — Им известно, что в их штаб-квартире есть потайной ход, но неизвестно, где он.
— Похоже на то, — сказал Пиус. — Понимая, что к ним можно проникнуть, они ищут информацию о тоннелях.
— И входы в них, — продолжил Крочик. — В собственном логове не нашли, принялись за другие здания. Потом как-то узнали о знаках, которые ведут к ним из "Клопа". Конечно, они хотят попасть в отель.
— Что толку? — вдруг произнесла Лил, сидевшая, обняв согнутые колени, и до этого будто погруженная в дремоту на плече у Пиуса. — Все равно в отеле они ни от кого о тоннелях не узнают.
— Кроме нас и Черного Плаща, — поправил Крочик. — Да еще мало ли, до чего они могут докопаться.
