так что мне было легко следить за ним.
Спустя минуту я увидела, как он спускается по склону, быстро и уверенно, увидела, как его тело, словно пружина, распрямляется в прыжке. Мое сердце бешено забилось в груди.
Боже, он был великолепен.
Согнув колени и описав в воздухе полный оборот, он взмыл с края обрыва. У меня перехватило дыхание. Я взвизгнула, глаза наполнились слезами. Это был один из тех моментов, когда человек делает что-то настолько замечательное, настолько невероятно удивительное, что сердце парит, а к горлу подкатывается комок от одной только красоты этого зрелища. В такие моменты несложно поверить, что мы действительно созданы по образу и подобию Божьему.
Согнув ноги в коленях, словно пружины, Карсон приземлился – устойчиво и уверенно. Когда он обернулся у подножия холма, я едва смогла разглядеть его лицо, но я была уверена на все сто, что он радостно улыбался. Я положила руку в перчатке на сердце под лыжной курткой.
– И это, дамы и господа, все, что она сказала, – прошептала я себе, зная, что мне конец. Но почему-то меня это устраивало.
Карсон
Я намылил Грейс волосы и помассировал подушечками пальцев кожу головы, нанося шампунь.
– Хмм, – сладостно простонала она, стоя передо мной в душе. У меня тотчас заныло в паху. Я временно оставил без внимания этот факт. Моему Лютику было так больно, что она не могла даже поднять руки над головой, чтобы вымыть волосы шампунем. Разумеется, когда дело касалось Грейс, стоявшей вниз головой под проточной водой, я охотно оказал ей эту услугу. Но мне было немного совестно, что она так перенапрягла свое тело, что едва могла двигаться.
Я повернул ее и слегка приподнял, чтобы она могла наклонить голову, а я – сполоснуть ей волосы под спреем. Она лениво улыбнулась мне.
– Лучше? – спросил я, гадая, помогает ли комбинация адвила, который я ей дал, и горячей воды снять боль в натруженных мышцах.
Она кивнула и закрыла глаза. Вода стекала по ее волосам и телу.
Уйдя со склонов, мы пошли в ресторан в домике, где находился пункт проката, и подкрепились горячим супом и сэндвичами.
После этого Грейс настояла на том, чтобы мы нашли небольшую елку. На следующий день было Рождество, и она со смехом сказала, что, хотя мы были нашими подарками друг другу, уже распакованными, – нам все-таки нужна была елка. Лично я не особо переживал из-за отсутствия елки, но был готов на все, лишь бы Грейс была счастлива, и поэтому мы отправились на поиски.
Мы посоветовались с работниками ресторана, в котором обедали, и нам сказали, что прямо за городом есть базар рождественских елок, поэтому мы поехали туда и выбрали из того, что там осталось, а оставалось там совсем не густо. Но Грейс увидела возле ворот маленькую хилую елочку, и ее глаза загорелись. Я засмеялся и сказал парню, который там работал, что мы ее берем.
В городке мы заехали в хозяйственный магазин и купили пару гирлянд. Это были уличные фонарики, других там не было. Ладно, сойдут за елочные украшения. Грейс казалась счастливой, и это все, что имело для меня значение.
К этому времени ее мышцы одеревенели, и она двигалась все медленнее и медленнее, поэтому я отвез ее домой, дал ей болеутоляющую таблетку и велел принять горячий душ.
Я внес елку и фонарики в дом и поставил дерево в подставку, как вдруг услышал, как она стонет от боли. Я зашел посмотреть, что случилось. Грейс едва не рыдала, пытаясь поднять руки над головой, чтобы вымыть волосы.
Ей явно требовались мои услуги.
Ополоснув ей волосы, я снова повернул ее и помассировал плечи и руки. Она повернула голову и простонала:
– Боже, это похоже на небесное блаженство.
Как будто в ответ на ее стоны и тихие всхлипы, мой член тотчас встал по стойке смирно. Грейс наклонила голову и нежно потерлась о меня ягодицами. Я ахнул.
– Грейс… – предупредил я.
Она повернулась ко мне лицом, наклонилась и слегка погладила меня. Я шумно втянул в себя воздух.
– Грейс, тебе больно. Я не хотел…
– Знаю. Но я не в такой плохой форме, чтобы не наслаждаться тобой… Я имею в виду, если ты не склонишься над моей головой. Тогда у нас возникнут проблемы.
Она улыбнулась. Я засмеялся, но тотчас простонал. Ее рука двигалась быстрее, вода смазывала мой член, и ее рука легко скользила по нему вверх и вниз.
Она опустилась передо мной на колени. Мой член тотчас подпрыгнул. Боже мой, она собиралась взять его в рот! У меня перехватило дыхание. Она немного неуверенно посмотрела на меня, и я точно знал, о чем она думала.
– Детка, все, что ты делаешь, идеально, я тебе это обещаю.
Она слегка улыбнулась и, сжав в кулаке мой восставший член, взяла мой кончик себе в рот и обвела языком.
– О боже, Лютик, это так приятно, – еле слышно простонал я. Я хотел, чтобы она знала, насколько невероятными были ее губы. Полностью взяв меня в рот, она начала двигаться по моей длине вверх и вниз. Я смотрел на нее, но теперь ее глаза были закрыты. Бог ты мой, это было истинное блаженство!
Когда она застонала, я ощутил вибрацию, мой член дернулся у нее во рту, и из меня вылетело немного влаги. Я поднес руки к ее волосам и нежно провел по ним пальцами. Я тяжело дышал, ощущение ее теплого рта дарило столь мощное удовольствие, что я засомневался, что продержусь долго.
Я дышал учащенно. Она тоже увеличила скорость и заработала энергичней. Звуки льющейся воды, мое надрывное дыхание и влажные звуки ее рта – вскоре все это довело меня до экстаза.
– Грейс, Грейс, о боже, как хорошо. Я сейчас кончу, детка, – задыхаясь, прошептал я.
Мои бедра сами приподнялись, а она слегка кивнула, давая мне понять, что я могу кончить ей в рот, и мой оргазм взорвался, горячий и интенсивный. Я простонал, наблюдая, как она замедляет ритм, глотая все, что я мог ей дать.
Она встала и поцеловала меня в губы. Я слегка покачнулся.
– Черт побери! Я и подумать не мог, что ты знаешь в этом толк.
Я самодовольно улыбнулся ей. Она на миг нахмурила брови, но ее глаза вспыхнули, и она рассмеялась.
– Очень смешно, – сказала она, хлопнув меня по ягодицам.
Я громко ойкнул и снова улыбнулся ей. Закончив мыть друг друга, мы вышли из душа, чтобы украсить наше хилое, грустное хвойное деревце. Но, если честно, когда
