Читаем без скачивания Изгнанница. Клятва рыцаря - Рикарда Джордан

— И эту женщину не сопровождал рыцарь? — полюбопытствовал Роланд. — Или еврей? Был ли у нее ребенок?

Господин Бальдвин пожал плечами:

— Я кутил с этим господином Бертольдом всего одну ночь. Даже делил с ним соломенный тюфяк, вы же понимаете, какие там условия на этих постоялых дворах. Но утром я встал рано и двинулся дальше. Других путников я не рассматривал. — Он задумался. — Однако… я видел там по крайней мере одну женщину с ребенком. Она тоже рано проснулась, ее супруг просил у хозяина молока для малыша…

— Как она выглядела? — не унимался господин Роланд.

Господин Бальдвин покачал головой.

— Господин Роланд, я правда не знаю. Я не обратил на нее внимания, к тому же у меня гудела голова, и я весь был искусан блохами. Это был не постоялый двор, а какой-то ужас! Но они точно не принимали евреев. И кроме меня, господина Бертольда и его людей, больше там рыцарей не было.

— Если он видел ее в Заарбрюкене, значит, она направлялась в Париж, — размышлял Одемар из Штайнбаха. — Может ли она рассчитывать на поддержку французского короля?

Роланд покачал головой:

— Разве что английского…

— Паломники направлялись в Турень, — вспомнил господин Бальдвин. — К могиле святого Мартина или куда-то еще.

Роланд вскочил как ужаленный.

— Турень! Ну конечно, она направляется в Лош! Там владеет огромным поместьем один из Орнемюнде, если я не ошибаюсь. Возможно, близкий родственник ее покойного Дитриха…

— Если это была она, — заметил Одемар.

Роланд бросил на него мрачный взгляд.

— Нам нужно это выяснить! В чем дело, господин Одемар, вы разве не жаждете приключений? Как насчет поездки на юг?

— В той стороне идут сражения, — заметил господин Бальдвин. — Плантагенет высадился в Нормандии…

— Меня не пугают никакие сражения! — вскипел Одемар из Штайнбаха. И действительно, он, еще будучи ребенком, не страшился никаких потасовок, а теперь был необыкновенно сильным воином. Спокойная жизнь в крепости Лауэнштайн наводила на него тоску. — Кто знает, возможно, появятся и другие возможности обрести славу и почет.

Роланд пожал плечами:

— Как по мне, зарабатывайте себе славу и почет, но прежде привезите сюда Герлин Орнемюнде. И ее сына! В крайнем случае хотя бы одного ребенка. Она могла и погибнуть во время военных действий, откуда кайзеру знать, что там произошло. Когда вы выезжаете?

Одемар из Штайнбаха отправился в путь на следующий день — один, без оруженосцев и рыцарей. Он считал, что так будет быстрее, а если ему понадобится помощь в похищении ребенка, наверняка найдется парочка странствующих рыцарей или каких-нибудь мошенников, которых он сможет нанять. В спорных землях было предостаточно всякого сброда, так что никого не надо было брать с собой, чтобы затем еще и уговаривать этих людей пойти на преступление.

Он быстро добрался до Бамберга, а по пути терпеливо расспрашивал в монастырях о группах паломников, ночевавших там в последние недели. Уже в Эрбахе его ожидали хорошие новости. Группа путников двигалась в сторону Тура, среди них было несколько женщин. Проследить за маршрутом господина Мартинуса и его спутников было легко. За короткое время господин Одемар добрался на своем быстром коне до Парижа. Рыцарь ликовал, вскоре услышав там о господине Мартинусе. Маленький звездочет, как и прежде, зарабатывал горы золота, предлагая свои услуги рыцарям короля, а также охотно предсказывал по звездам судьбу их дамам. Он проживал в Лувре и пребывал под покровительством главнокомандующего и опекой своей Марты. Пожилая женщина, воодушевленная отъездом Марии, энергично вела хозяйство. Она ограждала Мартинуса от вина и видений святого Мартина и чувствовала себя счастливой, пересчитывая заработанные им деньги. Господина Леопольда приняли в одну из школ при соборе, он усердно учился, впрочем, по привычке втягивал голову в плечи. Однако никакой строгий учитель не мог быть хуже своенравного отца и сварливой матери.

Именно госпожа Марта и рассказала господину Одемару со всеми деталями историю цирюльника Фридерикуса и его жены Линдис, которые, ко всеобщему ужасу, оказались евреями.

— Этого цирюльника, говорят, сожгли или забили камнями после того, как он убил рыцаря! Только представьте себе, рыцаря! А эту госпожу Линдис… и маленькую потаскуху, их забрали и отправили к королю… Наверно, сожгут их как еретиков, этих двоих, в Вандоме!

Одемар терпеливо слушал ее бесконечное тарахтение. Он знал, что Соломон из Кронаха мог убить рыцаря в бою на мечах, однако он сомневался, что двух разоблаченных евреек будут везти в Вандом для того, чтобы сжечь на костре. Должна быть другая причина…

Но, как бы то ни было, Герлин ускользнула от него! Неуклюжему, сильному как медведь рыцарю стало казаться, что его желанная добыча всегда на шаг опережает его. Однако сеанс у господина Мартинуса придал ему уверенности. Звезды ясно указывали, что ему надо держать путь в Вандом, найдет он там Герлин или нет. Звездочет посоветовал ему присоединиться к войску французского короля, а потом надо будет действовать по обстоятельствам. Ведь он хотел не только заполучить Герлин, но также добиться славы и почета… И баварскому рыцарю казалось не таким уж сложным делом сбросить Ричарда Плантагенета в море…

Войско короля Филиппа как раз готовилось выступить в поход, когда Одемар явился в штаб. Похоже, в армии царил беспорядок — у рыцаря никто не потребовал пропуска и не досмотрел его, когда он въезжал в лагерь. Хотя герцог из свиты короля, который исполнял обязанности маршала и временно командовал войсками, и сердечно поприветствовал новоприбывшего рыцаря, однако, принимая его в ряды воинов, не стал соблюдать формальности.

— На сегодняшнюю ночь просто разбейте где-нибудь свою палатку, но особо не обустраивайтесь — завтра мы начинаем двигаться в направлении королевского домена, — сообщил он Одемару. — Там мы узнаем, каковы наши дальнейшие действия. Тогда король наверняка вызовет вас к себе и определит вашу роль в войске. Вы прибыли без пеших солдат?

Одемар кивнул:

— Я странствующий рыцарь. Герцог, чтобы я мог привести к королю людей со своей земли, мне сперва нужно заработать поместье. Однако если я…

Герцог нетерпеливо закивал:

— Вы, несомненно, докажете свою преданность королю… У вас будет предостаточно возможностей продемонстрировать ему свою силу и доблесть. Но пока вам придется занять место в строю, мы торопимся, король собирается отправиться в путь ранним утром, войско последует за ним.

Разумеется, Одемар надеялся сразу же разузнать что-то о пребывании Герлин и Дитмара в Вандоме, но ситуация для этого была неподходящей. Гарнизон Вандома не упустил возможности еще раз задать жару французам, они стреляли в солдат из луков, уничтожали осадные орудия и уводили лошадей. Парочка бесстрашных рыцарей даже осмелились делать вылазки и неожиданно нападать на воинов французского короля, а после этого моментально исчезать. Одемар стал участником одной из таких стычек и сразу же отличился, после чего его пригласили к костру рыцари, на чьих людей было совершено нападение. Граф Луи де Шартр делил вино и еду с баварцем, однако не мог удовлетворить его любопытство.

Нет, о казнях говорить не приходится, и уж тем более не сжигают евреев. Король Филипп вообще редко прибегает к таким методам, этим отличался его предшественник Людовик. Филипп ІІ планирует вернуть евреев — ему нужны деньги для военных походов. Однако король велел доставить заключенных в монастырь Ла Трините.

— Заложники! — пренебрежительно бросил граф, пожав плечами. — Неизвестно, кто ему попался в сети, но явно те, кто ему нужен. Ричард Плантагенет перемещается по континенту, как ураган. То, что здесь организовывается, не отступление, это бегство!

Так что шансы Одемара снова напасть на след Герлин были невысоки. Он понравился Луи де Шартру, и тот попросил его взять на себя командование частью своих людей. Отказаться от этого предложения было неразумно, граф мог пригодиться Одемару. Возможно, он сам раздавал владения или же мог замолвить словечко за баварского рыцаря перед королем. Одемар построил вверенных ему солдат и велел вот так, строем, двигаться со всем войском. При этом у него даже улучшилось настроение — сформировать когда-либо собственное войско из крестьян и крепостных наверняка доставило бы ему удовольствие. А вот его отец и брат были слишком ленивы для этого.

В своих снах Одемар видел себя хозяином обширных владений, который направлял королю отряды обученных вояк и пользовался всеобщим уважением. А что касается Герлин, он тешил себя мыслью, что Филипп ІІ наверняка заберет заложников с собой в Орлеан. Скорее всего, они будут передвигаться с войском, и, если получится, Одемар мог бы сделать вид, что хочет не похитить сбежавшую графиню и ее сына, а освободить их!