влюблён в неё. Ещё не переболел, ещё в своих фантазиях грезит ею. Но он стал другим – жизнь заставила быстро повзрослеть. Научила ответственности. Научила быть мужчиной. У них был откровенный разговор. Снежана сказала ему, что любит другого. Он смог мужественно принять её выбор. С грустной улыбкой процитировал слова своего друга-шута:
– Однажды Мёрфиль сказал мне: «Любовь – это не желание присвоить себе любимую, любовь – это желание сделать её счастливой. И иногда для этого приходиться отойти в сторону».
Как Твинсену повезло с другом…
Тельмар, убедившись, что процедура протекает нормально, ненадолго вышел из комнаты. За дверью тут же раздались приглушённые голоса. Снежана знала – это Крайдан пытает целителя: всё ли в порядке? всё ли идёт как надо? Уже седьмой сеанс – мог бы так не волноваться. Мог бы уже убедиться, что процедура для Снежаны безопасна. Но он волновался.
Снежана снова невольно улыбнулась, вспоминая, к чему это волнение однажды чуть не привело. Это сейчас она улыбается, а тогда едва не поседела. Тельмар оказался прав, насчёт ментальной связи Снежаны и Крайдана. Каким-то непостижимым образом он чувствует, когда ей грозит опасность. Вот и в тот раз почувствовал. Хотя Тельмар и Снежана держали свой план по спасению Твинсена в строжайшем секрете, но Крайдан едва всё не испортил. Это случилось, когда она стояла над коробкой с коброй – нужно было добиться, чтобы змеюка на неё плюнула. И тут вдруг в подвал влетел Крайдан. Чёрный от тревоги и злющий, с кинжалом наголо. Казалось, в его голове была только одна мысль, кому первому отсечь голову – кобре, собирающейся напасть на Снежану, или Тельмару, который это допустил. К счастью, обошлось без отрубленных голов. Но чего это Снежане стоило…
Тельмар вернулся в комнату и начал отсоединять аппарат.
– Думаю, достаточно, – взглянув на таймер, сказал он.
Принцу целитель сразу разрешил вставать. А Снежане предстояло ещё час провести в постели. Потом её ждал сытный обед. Всё, как у земных доноров. Весь этот месяц с неё вообще пылинки сдували. Непривычно.
Как только Снежана осталась в комнате одна, внутрь тут же зашёл Крайдан. Обеспокоенным взглядом просканировал её с головы до ног.
– Цела и невредима, – улыбнулась она ему.
Он сел на край кровати. Позволил себе лишь накрыть своей ладонью её руку. Но Снежане хватило и этого – тепло и спокойно.
Уже две недели, как Крайдан получил развод. Король лично похлопотал, чтобы процедуру не затягивали, когда узнал, что Альмира действовала не под влиянием зелий или магии, а была добровольной участницей затевавшегося переворота.
Уже две недели, как не было никаких препятствий для их с Крайданом отношений. Но он не спешил. Будто не хотел пропустить какой-то важный этап. Действовал осторожно и трогательно. У них, говоря земным языком, был сейчас конфетно-букетный период. Когда получаешь удовольствие от лёгких прикосновений. Когда перехватывает дыхание от взглядов, полных волнующих намёков. Когда живёшь в будоражащем предвкушении.
Они много общались, всё свободное время проводили вместе. Он приглашал её в театр и парк аттракционов. Но больше всего ей нравились конные прогулки. Они неспешно пускали лошадей берегом реки или по бескрайнему лугу. Он просил её рассказать про земную жизнь. Она рассказывала, тихо наслаждаясь его удивлением.
Вот и сегодня он пригласил её проехаться вечером верхом. Она провела остаток дня в предвкушении. Почему-то казалось, что сегодняшняя прогулка будет особенной.
Вечер выдался тёплым, бархатным, медово-тянучим. Когда Снежана подошла к конюшне, Крайдан уже поджидал её, держа под уздцы двух скакунов.
– Дорога будет неблизкой? – спросила она, заметив, что он укладывает в седельную сумку запас провианта.
– Неблизкой, – не потрудившись дать хоть каких-то подробностей, загадочно улыбнулся Крайдан.
Он подсадил её в седло, и они выехали за ворота дворца.
Крайдан направил скакуна к ближайшему лесу. Снежана держалась рядом, гадая, станет ли старый сосновый бор конечным пунктом их прогулки или у них иная цель. Она почему-то не решалась спросить. В груди поселилось странное волнение.
Они въехали в лес. Снежана жадно вдыхала запах хвои. Любила этот аромат с детства. Есть в нём что-то такое былинно-сказочное, обещающее массу приключений на свою голову. Заберёшься в самую гущу – а там изба на курьих ножках, и прочие неприятности. Но если учесть, что рядом с тобой скачет такой мужчина, то, может оно и неплохо – влипнуть в неприятности.
– Чему улыбаешься? – Крайдан заметил, как расплылась у Снежаны на лице улыбка.
– Мыслям. Вот думаю, куда ты меня везёшь?
– На озеро Ллиенель. Оно в самой глуши.
Ну вот, насчёт глуши Снежана правильно догадалась. Волнение снова лёгким холодком прошлось по телу.
С каждой минутой древний лес обступал всё плотнее и плотнее. И звуки становились таинственней. Где-то ухала низким голосом птица. В кронах шумел-шелестел ветер.
– Оно стоит того, чтобы лезть в самую глушь? – Снежана кинула Крайдану дразнящий взгляд.
– Скоро узнаем, – невозмутимо ответил он.
Лес расступился неожиданно. Ещё минуту назад казалось, что вокруг только глухие заросли, как вдруг тропа вывела на берег лесного озера.
Глаза распахнулись широко не в силах охватить небесной синевы простор. Просто-о-о-ор… Простор такой, что хочется вдохнуть его полной грудью, а после уже не дышать – навечно затаив дыхание. Простор и тишина, которую боишься спугнуть. Настолько тихо вокруг, что ухо улавливает лёгкое позвякивание лучей заходящего солнца, касающихся синей глади.
И кажется вдруг, что это озеро – единственное, что осталось во всей Вселенной. Но больше ничего и не надо. Только этого мужчину, что рядом с тобой…
– Красиво, правда? – услышала она его хриплый от долгого молчания голос.
– Да. Оно того стоило, – выдохнула Снежана.
Крайдан выпрыгнул из седла и подошёл к ней, чтобы снять с лошади. Не просто поддержал. Сделал это медленно. Мучительно медленно. Её одурманила близость его крепкого тела. Все последние дни он не позволял ничего большего, чем лёгкие касания руками. И сейчас чувства опалили пьянящей новизной.
– Знаешь, зачем я тебя привёз сюда? – его горячее дыхание коснулось макушки.
– Зачем? – сердце трепещущим комком притаилось, замерло.
– Узнал один северный лаамарийский обычай. Когда мужчина хочет сделать любимой признание, он везёт её на озеро…
«…любимой признание…» – как дышать-то после этих слов?
– …особое озеро с ледяной водой. Таких в Лангоборе всего пять. И одно из них Ллиенель.
– В этом озере ледяная вода?
– Да. Даже в самый жаркий летний день. Мужчина должен зайти с
