Сестра, поговори со мной еще.
VI
— Ты где? Выйди на открытое пространство.
Чей это голос? Одно из трех.
— Это важно.
Любой из них может так сказать. Хотелось бы знать, кто меня зовет.
— Выходи, я подниму тебя на корабль.
В таком виде? Ни за что.
— Повторяю, это важно.
Ничего нет важного. Все зависит от внутреннего отношения. Сказать ему это, что ли? Пусть познает истину.
— Это касается всех Перворожденных.
То есть, я что-то должна сделать для своих?
Ну… Почему нет?..
— Выхожу. Лови.
И тело полетело вверх, к слепому черному небу с парой мерцающих звезд, и взмыло над водами океана, и поднялось в воздух.
Засечь по часам, сколько невидимый брат будет меня искать, или послать ему образ места, где я нахожусь? Тут неплохо — резкая смена стихии вызвала ощущения, близкие к жизни.
Но лишь они начали исчезать, как из космической высоты ко мне протянулся тонкий голубой луч, и в следующий миг я уже стояла посреди просторной кабины управления на корабле Белого Командора.
Он улыбался, встречая меня, а его подчиненные, в ослепительно белой форме, разом поклонились в приветствии. Белые одежды не могли спрятать различий между представителями потомков разных землян: в команде этого корабля было поровну и таких, как Кристо — тонкоухих и тонкокостных, с мраморной кожей, и таких, как Кесс Кассэт — с глубоким мыском жестких волос на лбу, и других, которых я раньше не видела — чрезмерно широкоплечих, с удлиненным кверху черепом. Здесь было даже несколько кскривс (без одежд, конечно) и еще каких-то совсем невообразимых, целиком в панцирных латах. Все они смотрели на меня так, будто я могла им приказывать.
— Хорошо держишься, — одобрительно кивнул Белый брат. — По словам Младшего, ты должна быть гораздо хуже.
А хорошо, что за мной прилетел он, а не Черный. С ним легче.
— Хуже уже было, — улыбнулась в ответ я. — Но прошло. А откуда он знает?
— Какой-то бог известил. Как же до вас было скучно…
Бог? Дарх? Дарх своими ногами пришел к Капитану-Командору и рассказал ему о моей наркомании?! Зачем?
— Пожалуйста, откройся Младшему. Он очень обеспокоен.
Если Дарх рассказал всё — конечно, обеспокоен. Он согласен с дистанцией между нами, но, судя по тому, какие чувства я в нем вызываю, полного отчуждения не желает. Я нарисовала в мыслях его образ: «Всё в порядке. Я гощу у Белого».
— Ну слава богу, — донесся с Земли голос Капитана-Командора.
«Ты ведь его не пытал?»
— Пальцем не тронул. Денис предупредил, что ты этого не простишь. Впрочем, пытать и не требуется — у него самого ломка такая, какая богам и не снилась.
Можно подумать, он знает, что снится богам.
«Как там девочки?»
— Хорошо. Уже смеются.
«И все еще у тебя? Куда ты их денешь?»
— Никуда. Себе оставлю.
Такого ядовито-ехидного тона я от него прежде не слышала. Что-то интересное там происходит…
«Всех?»
— Всех.
«Тогда держи сковородки подальше от Вали».
— Об этом не волнуйся — нет у меня никаких сковородок, — иронический яд исчез. Появилась покровительственная озабоченность: — Денис рассказал твою версию о причине своего появления на Земле, и я думаю, что ты не во всем права. Белый покажет тебе нечто очень важное, а потом возвращайся.
«Куда?»
— Куда больше всего захочется.
И, видимо, всё — поговорили. В нашей расе все такие ненавязчивые.
Белый, слышавший диалог, показал на кресло перед огромным, занимавшим две трети от пола до потолка зала, экраном. Я села, не испытывая никакого любопытства, куда мы летим, и что за явление Старшие считают исключительно важным. В зале было слишком светло, и это слегка раздражало; в кресло хотелось забраться с ногами, но в официальной обстановке, в присутствии подчиненных Белого, это было неуместным, и поэтому я чувствовала дискомфорт. Все это привело к обоснованному выводу, что ничего хорошего со мной не случилось.
— Итак, — прервал тишину Старший, и я заметила, что он пользуется голосом, говоря на языке Великого Магистрата (наверное, достаточно распространенном в человеческой Вселенной), что означало проявление уважения к присутствовавшему здесь экипажу. — Некоторое время назад Младший, все еще являясь командующим гвардии охраны Великих Магистров, но уже мало внимания уделяя своим служебным обязанностям — чему я, кстати, поспособствовал, подарив ему небольшой, но самый совершенный космический корабль — так вот, Младший в некоторый момент заинтересовался излучением, испускаемым нашими родными звездами, Ледяной и Огненной, или, как ее еще называют, Янтарной. Ему пришло в голову проверить, всегда ли оно было однообразно-волноподобным, или их история таит в себе некие исключительные звездные события. С этой целью он стал наблюдать за характером излучения, удаляясь от Звезд на различные значительные расстояния и анализируя то, что было испущено ими разное время тому назад. Несколько раз ему удалось зарегистрировать экстраординарные вспышки с последующим непродолжительным, но очень нетипичным свечением. Сейчас мы выйдем из беспространства, и ты увидишь мою любимую вспышку, если расчеты верны, конечно.
Через минуту на темном до того экране высыпали, как веснушки, многочисленные крошечные звездочки. Двигая в воздухе своим неизменным жезлом, Белый обвел тонкой голубой линией одну из них, сияющую в самом центре. Я поняла, что одной звездой выглядят на самом деле две, очень близкие друг к другу — Ледяная и Огненная. Их сияние вдруг задрожало и резко усилилось, секунд пять переливаясь от голубого к желтому и обратно. Звездное событие… Нечто ненормальное, яркое и чудесное в космической судьбе.
— Пользуясь данными о скорости света и пройденном им пути, Младший довольно точно установил момент времени, в который произошло это чудо, — продолжил Белый и сделал значительную паузу. — Он совпал с моментом моего появления. Потрясающее открытие, не правда ли?
Правда, потрясающее. Нашим рождением можно любоваться даже с далеких планет.
— Младший повторил эксперимент, вычислив появление Черного и самого себя, и вывод подтвердился: наше рождение сопровождается аномальным выбросом звездного вещества и нетипичными колебаниями свечения Звезд. Мы с Черным не отнеслись к этому открытию серьезно, полагая, что связь аномалий с нашим рождением может быть простым совпадением, и, поставив цель исключить возможность совпадений, Младший продолжил исследования. Однако мы, Старшие, были настроены скептически и никакой помощи ему не оказали. Дальнейшие события можно лишь реконструировать, пойдя по его пути: нам он больше ничего не рассказывал, а сам о них просто не помнит. Так давай реконструируем!
