Глава 48
Любовь – как дерево:
она вырастает сама собой,
пускает глубоко корни
во все наше существо
и нередко продолжает
зеленеть и цвести даже на
развалинах нашего сердца.
Виктор Гюго
Четыре месяца спустя
Агата
В который раз думаю, что соблюдать дистанцию было плохой затеей. Ну разве возможно оказывать сопротивление, когда на телефон приходят сотни сообщений в день?
Одна провокация!
Сдерживаю себя из последних сил.
«Я купил твои любимые эклеры. Они ждут тебя, как и я»
или диаметрально противоположное, как только понимал, что едой меня не заманишь:
«Вместе гораздо легче справляться с проблемами, нежели в одиночку»
«Ты же осознаешь, что бегство уже не спасет?»
Сначала они царапали сердце, терзали душу, но позже я привыкла и не вставала с постели раньше, чем прочитаю от него новое смс. Например, сегодня:
«Доброе утро, маленькая. Предвкушаю нашу встречу»
К нему прилагалось весьма пикантное фото. Хотя у меня обостренное чувство все преувеличивать, но его взлохмаченные волосы на подушке, сонный взгляд, и мое кольцо на цепочке, висящее на обнажённой груди, напоминало истинной владелице немедленно вернуть, принадлежащую по праву вещь на законное место.
«И я, но учти, это не свидание»
Со скоростью света прилетает ответ:
«Достаточно увидеть тебя»
И это мой «неразговорчивый» Адам. Видимо глубоко прятал неисправимого романтика и решил отыграться за все наше совместное прошлое. А в прошлом ли? Спустя некоторое время, я осознала, что жить без него, в любом случае, не смогла бы. Вдали. Мы оба страдали, нам было тяжело. Причина известна, но и правда всплыла, как бы давая шанс… на счастье?
Мне до сей поры неизвестны подробности от лица Адама, но для себя я оставила эту тему там. На набережной. А воспоминания уплыли вместе с волной, смывая горький след на щеках…
Сейчас же, меня волнуют дети. Я эгоистично поступила, бросив их на целый год. Не звонила, боясь услышать осуждение в свою сторону.
В первую встречу, после разлуки, ноги от волнения подкашивались. Маша подгоняла вперед, чтобы не отставала от нее. Тогда я предполагала увидеть поджатые губки, нахмуренные бровки, но никак не радость моей персоне. Они окружили меня всей кучкой и принялись обнимать, громко кричали, а девочки плакали, попутно рассказывая новости про доброго дядю, который приезжал к ним каждую неделю и дарил подарки. Маша странно подмигивала мне, скорее всего она настроила их на позитивный лад. За, что я безмерно благодарна ей.
В общем, теперь наверстываю упущенное.
- Агата! — зовет меня Аня. — Как я выгляжу?
Девочка явно повзрослела, любимому розовому платью она предпочла темные брюки и в тон им кофту. Эдакий деловой стиль.
Изменения к лучшему или вызов объекту своего желания?
- Ань, к чему такие перемены?
Заговорщически оглянувшись, встала на цыпочки, тем самым доставая до моего уха и прошептала:
- Лёшеньке понравится.
- Ты уверена, что дело лишь во внешнем виде? — в тон ей. — А не в твоем взрывном характере и попытках передавить ногу на танцах?
- Отныне все по-другому, я серьезная взрослая женщина! — с гордостью вскинула подбородок.
Она хотела возмутиться пуще прежнего, но тут же услышала знакомый радостный возглас.
- Адам приехал!
Все дети сразу начали подбегать к черной машине, из которой выходил мой дьявол. Чертовски красивый, из-под кожаной куртки виднелась белая футболка, обтягивающая каждый сантиметр идеального тела, прочерчивая твердые мышцы. Я невольно облизнулась, лицезреть эту картину могла бы вечность. Так выглядел живой порок. Или это весеннее обострение вкупе с долгим сексуальным воздержанием?
- Агата, ты чего стоишь? — недоуменно спросил Лёша. — Познакомься с моим другом.
- С кем? — как в замедленной съемке переключила внимание на мальчика.
До меня, как и всегда не доходили слова. Все мимо.
- Ну ты даёшь! — осуждающе покачал головой. — Тоже попала под его обаяние? — досадливо цокнул языком. — Он не успел научить меня своим навыкам, но скоро я превзойду его!
Заметив на себе мой взгляд, Адам улыбнулся и снял темные очки.
Уверенным шагом двинулся в нашу сторону и уже через минуту был рядом, а я продолжала смиренно топтаться на месте.
- Агат, — хриплым голосом произнес он. — Не смотри на меня так…
