Заботясь о моём душевном состоянии, Андре велел слуге принести кофе для одного человека, и о второй чашке не подумал. Однако остывший напиток был не слишком вкусным, так что одной чашки оказалось вполне достаточно. Каждый из нас делал глоток, кривился и широким жестом передавал кофе второму. И так по кругу.
- Что делаем дальше? - спросил Андре, завязав с распитием содержимого кофейника.
Он сидел на стуле, опираясь локтями о колени и подпирая подбородок ладонями.
На этот вопрос у меня был готов ответ.
- То же, что и собирались, - уверенно сказала я. - Будем вызволять из монастыря твою герцогиню.
- То есть воспоминания не заставили тебя передумать? - уточнил Андре.
- С какой же стати? - изогнула бровь я.
Интересно, чего он ожидал? Что я заявлю о намерении незамедлительно пообщаться с Филиппом? Я этого делать не собиралась. Вот альт Ратгор - да, с ним я планировала пообщаться очень основательно. Но и это не к спеху. Сначала более срочные дела. А месть - это для души, к этому я успею перейти позднее.
- Мало ли, - неопределённо откликнулся Андре. - Новые воспоминания запросто могут изменить планы.
- Всё верно, - признала я, - но не в нашем случае. Планы не меняются. Даже наоборот. Пожалуй, мои воспоминания повышают наши шансы на успех.
- В самом деле? - заинтересовался Андре. - Почему?
- Справиться с таким делом вдвоём, не имея ни малейшей подмоги, - почти нереально, - заметила я. - Можно было бы, конечно, нанять каких-нибудь беспринципных личностей, которым абсолютно всё равно, кому помогать, лишь бы платили как следует. Но это рискованно: что, если бы они с целью наживы сообщили о нас тому, кто даст больше?
- И что же, - сощурил глаза Андре, - ты считаешь, что теперь нам есть к кому обратиться за содействием?
Я широко улыбнулась.
- Как ты относишься к тому, чтобы познакомиться с риннолийской оппозицией?
В моих глазах заиграл озорной огонёк.
- С оппозицией? - не без удивления переспросил Андре. - У тебя там есть связи? Я полагал, что ты служила королю.
- Ну, служила-то я королю, - легкомысленно протянула я, - но ведь одно другому не мешает.
И хитро подмигнула.
- А поподробнее нельзя? - оживился Андре.
- На самом деле я имела дело с оппозицией именно по делам службы, - призналась я. - В период моего пребывания при дворе оппозиция особых проблем королю не доставляла. Она не обладала реальной сильной и в основном ограничивалась довольно-таки мелкими акциями. Филипп не пытался править железной рукой, и имидж короля, допускающего некоторую - ограниченную - свободу, был ему на пользу. Поэтому следовало всего лишь негласно следить за тем, чтобы оппозиционеры не переступали определённые рамки. А для этого Филиппу нужен был человек, который время от времени контактировал бы с ними и в мягкой форме, но доходчиво предупреждал о том, где именно проходят границы дозволенного. Я идеально подходила для этой роли.
- С какой стати? - поинтересовался Андре. - Причём тут королевский маг?
- Магия действительно ни при чём, - согласилась я. - Тут дело не в профессии. Просто, во-первых, я по чистой случайности была знакома кое с кем из этих людей. А во-вторых, в отличие от большинства придворных, вроде того же альт Ратгора, я была вполне в состоянии поговорить с оппозиционерами на их языке, не вызывая негативной реакции высокомерием и демонстративным проявлением чувства собственного превосходства. Я очень коммуникабельна - если этого захочу. И могла спокойно поболтать с некоторыми из них за бутылкой вина, рассказывая анекдоты про дворцовых обитателей. А параллельно протранслировать, что если они не хотят крупных неприятностей, определённых вещей им делать не следует.
Андре прошёлся по комнате - к окну и обратно.
- Что ж, это начинает мне нравиться, - признался он. - Такие знакомства действительно могут оказаться полезными. Вот только вопрос, как обстоит дело с оппозицией сейчас. Обстановка в стране изменилась. Судя по слухам, начиная ещё с рассказа Мирты, теперь Филипп властвует куда как более жёстко. Точнее, даже не Филипп, а альт Ратгор, но либо по указанию Филиппа, либо по меньшей мере с его молчаливого согласия.
Я кивнула, сразу же вспомнив перепуганное лицо хозяина книжной лавки.
- С одной стороны, при таком раскладе оппозиция могла подвергнуться настоящей травле, а её влияние - полностью сойти на нет, - продолжил рассуждать Андре. - Но с другой, в нынешней ситуации, когда многие непоследние, скажем так, люди внезапно оказались в опале, силы сопротивления вполне могли возрасти.
- Тем более и судьба мигдальской тюрьмы это подтверждает, - привела дополнительный аргумент я. - В моё время оппозиционеры уж точно не наглели настолько, чтобы взрывать тюрьму.
- Ну что ж, - усмехнулся Андре, - вот и дополнительный повод заскочить к ним на огонёк. Надо же сказать людям спасибо. Но возникает ещё один вопрос. Если альт Ратгор взялся за оппозицию всерьёз, может статься, что из тех, с кем ты была лично знакома, на свободе никого не осталось. Сможем ли мы в этом случае выйти на оппозиционеров?
- Сможем, - заверила я. - У меня есть несколько каналов связи. С ведомством альт Ратгора я этой информацией не делилась; к чему? Так что хотя бы один из этих каналов сработать должен.
- Ну хорошо, - принял мои доводы Андре. - В таком случае, как я понимаю, мы первым делом направляемся в столицу?
- Да, - подтвердила я. - Круг небольшой, но он может оказаться очень полезен. Заодно узнаем много нового. Если получше разберёмся в ситуации, это тоже нам пригодится.
- Ну что ж, - заключил Андре, - в таком случае не будем медлить. Выезжаем завтра с утра. Я знаю, где купить лошадей.
Глава 21.
Мы вне закона. Что ж такого?
Мы везде и нигде.
Мы словно тени на дорогах,
Мы - круги на воде.
Канцлер Ги, "Гимн клана Брэган Д'Эрт"
Выехали на рассвете, когда медлительный солнечный диск ещё не поднялся над восточной горной грядой, но уже успел исподволь разогнать ночную темень. Ехать старались быстро, однако во весь опор коней не гнали, чтобы излишне их не утомить. Как-никак нам предстояло несколько дней пути.
Когда могли, останавливались на ночь в гостиницах. Но если проезжали через населённый пункт за пару часов до заката, то там не задерживались. Скакали до тех пор, пока кони могли хоть как-то видеть перед собой дорогу, а затем устраивались на ночлег где придётся. Благо весна потихоньку вступала в свои права, и ночи уже не были чересчур холодными. Да и магольков у нас было теперь в избытке.
Если дорога была широкая, мы зачастую скакали бок о бок. Тогда, повернув голову, я могла увидеть высокого шатена с тёмно-синими глазами, лет двадцати-двадцати двух на вид, с тонкой полоской франтоватых усов и ямочками на щеках. Когда перед выездом я спросила у Андре, какую ему сделать внешность, он ответил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
