край постели.
– То, что в них делают все остальные. Ложусь спать, – заявила со всей серьезностью и, подтверждая намерения, быстро шмыгнула под одеяло.
– Со мной?
– Будете охранять. Жених вы мне или кто? – сонно пробормотала я, усердно утрамбовывая щеку в подушку.
– Ты чего-то испугалась? – Даннтиэль приподнялся на локтях и одарил меня непонимающим взглядом.
– Ничего конкретного.
Завтра расскажу ему про нелепые происшествия в медпункте. Про странные записки, про Хендрик, про Элодию, про чьи-то шаги и спасительный морок… А сейчас невыносимо хотелось спать, от шумных зевков даже в ушах звенело.
Не решив, улечься к нему лицом или спиной, я уткнулась глазами в потолок и замерла. Не так и страшно, на самом деле.
– Что-то болит? – недоверчиво уточнял Рэдхэйвен. – Опять Тьма?
– Если бы она в меня пролезла, я бы вертелась ужаленным гхарром. Все в порядке. Видите: лежу смирно, уже почти сплю. И вы отдыхайте.
– И как прикажешь мне теперь отдыхать? – он с возмущенным присвистом втянул воздух, раздувая грудь. Обнаженную, да.
В этот раз он лег спать без рубашки, я это сразу приметила, как за край одеяла потянула.
– Как обычно отдыхаете. У вас же большой опыт, – пожала плечами, все-таки разворачиваясь к нему лопатками. – Как вы там говорили? «Не беспокойся, я переживу»…
– А если не переживу?
– Тогда и буду беспокоиться, – промычала сонно, облизнула губы и провалилась в уютную дрему.
Глава 31
Глава 31
– Сир Граймс, вы просто обязаны отпустить меня на этот вечер, – хватала ртом воздух мисс Лонгвуд, тряся бумажкой перед хмурым лицом целителя. – Я вас за неделю предупреждала!
– Обстоятельства изменились, милочка, – пробубнил Граймс, покручивая в руках термос.
В который, кажется, теперь уже его ассистентка мечтала подсыпать чесоточный порошок. Им с мисс Хендрик надо объединить усилия – авось что и выйдет.
– Мои обстоятельства не менялись, – пыхтела девушка, сдувая рыжие завитки у висков.
– Пока вы спали, золотце, у меня тут был проходной двор. Я не выспался, – признался Граймс, – и этой ночью дежурить вам.
– Я не спала! – простонала целительница. – Я вчера дежурила всю ночь у постели сира Мюблиума, как вы лично распорядились. А уж почему вы не выспались…
– Ах да, – почесал висок сонный док. – Верно. Значит, не выспались мы оба. И кому же сегодня дежурить?
– А я предупреждал, Граймс: до тех пор, пока вы берете в ассистентки зеленых кудахчущих девиц с самомнением с ректорский корпус, они так и будут сбегать, – хрипел под нос Райс, ковыряясь в шкафу с обезболивающим. – Сначала на вечер, потом на неделю… А в один прекрасный день навсегда. И все по кругу.
– Без вас, Ужасно Темный Магистр, разберусь, кому портить жизнь, – язвительно фыркнул док. – Далеко не убежит… Да, мисс Лонгвуд? У меня чувство, что вы тут приживетесь. Дальше Анжара – только дварфова впадина, а за ней – другие миры. Но вы не настолько смелая девочка, чтобы сунуть нос к дварфам.
Рыжая ассистентка утратила свою обычную бледность и приобрела стойкий багровый оттенок.
– Я вернусь с праздника раньше и вас подменю. Обещаю, – процедила она сквозь сжатые губы, чтобы, не дай Варх, оттуда ничего лишнего не вырвалось. Про Тарлинскую лечебницу, к примеру, в которой «такого бардака никогда не бывало».
– Чудно! – хлопнул в ладоши док и наконец перевел взгляд на меня. – Так вы уверяете, что я экстренно вызвал вас на осмотр среди ночи, милочка? Хмм… То ли беспамятство Мюблиума заразно, то ли я совершенно не представляю, что тут происходит.
– А что тут происходит?
Женский голос с приятными бархатистыми нюансами показался в кабинете совершенно неуместным. Мисс Лонгвуд говорила выше, я вообще молчала, а Райс с Граймсом такого бы не изобразили даже при желании подшутить.
В помещение вплыла фигура в бежевом платье, которое на ком-то другом непременно смотрелось бы скучно и заурядно. Но эта дама в нем словно светилась – вся целиком, от светлых завитков волос до тонких запястий.
Эти голубые глаза мне были откуда-то знакомы, как и вся остальная леди. Точно! Это она висела в кабинете Керроу. Не сама, конечно, а в виде портрета.
– Ваше Величество? – удивленно поперхнулся темный магистр, обернувшийся первым.
– Сир Райс… и прочие сиры и дамы, – она едва заметно кивнула. – Похоже, неразумные ноги привели меня не в то крыло.
Даже не верилось, что точная копия портрета говорит и шевелится, как живая! И как я умудрилась, столько раз побывав в кабинете ректора, ни разу не приметить короны?
Диккинс прав: из-за своих плетений я многого, что творится вокруг, не замечаю. Стоило раньше заглянуть в одну из папиных газет и почитать, что там пишет эта Дафна в своих колонках.
Сегодня на аккуратной головке не было ни косичек, ни короны, что делало девушку еще прекраснее. Женщиной назвать ее не получалось, хотя она была все же сильно старше меня. При удивительно молодой, без единой морщинки коже ее выдавал взгляд. Виделась в ярко-голубых глазах диковинная мудрость, словно на долю Ее Величества выпало немало невзгод.
Движения королевы были плавными, выверенными, словно она эту грацию репетировала годами. За мягкостью жестов чувствовался укромно спрятанный крепкий стержень.
– Чем могу быть полезен короне? – даже угрюмого Райса пробрало, и он ссутулился над кушеткой.
– Вы – ничем, – поморщила носик «Элси». – Я ищу мастера Рэдхэйвена… Прибыла в Анжар по другому делу, но мне срочно понадобилась его консультация.
– Разве вы не увидитесь с ним вечером? – растерянно выдохнула мисс Лонгвуд и виновато прикрыла рот рукой.
– Увижусь, – удивленно улыбнулась королева. – Вы слишком осведомлены… эмм… мисс. Но до вечера я, боюсь, не дотерплю.
– Мастер Рэдхэйвен занят дверью в лаборатории, рядом с питомником, – выдавила я из себя.
Я ничего не знала о перемещениях Ее Величества, но была хорошо осведомлена о том, где в тот или иной момент найти Даннтиэля. Сама себе удивлялась. Сегодня утром, разбудив меня поцелуем в плечо, он сообщил, что у него осталось всего три двери. И если он справится с ними до вечера, то завтра вызовет воздушное судно и «увезет меня из этого бардака».
Я зажмурилась, пряча нос под
