Читаем без скачивания Русская фантастика 2015 - Андрей Бочаров

– А что с ним? Я выплатил долг и, хотя лицо дядюшки при этом было похоже на вареную брюкву, так он был зол, но теперь Локсли в полном нашем распоряжении.

– Подумать только! – поджала губы баронесса Фитц-Уолтер. – И вам этого достаточно?! Ваш мерзкий дядя аббат опутал всю округу соглядатаями. Да что там округу, не только Ноттингем, но и Йорк, и Дерби прекрасно знают этого сквалыгу! Его людишки шастают повсюду, вызнавая, кто из рыцарей или вольных йоменов попал в тяжелое положение, кому срочно нужны деньги. И тогда он предлагает их в долг под залог владений. Дай бог, чтобы в треть цены! Тебе ли не знать, он не щадит никого, и никакие обстоятельства не могут смягчить его каменное сердце. Даже с бедным Шимоном можно договориться о выплате долга частями или об отсрочке. А этот слуга божий, должно быть, знать не знает, что такое христианское милосердие! Руки так и чешутся надавать ему тумаков…

– Тише, Мэриан, – прервал ее гневную тираду хозяин замка.

– Сэр Ричард тому живой пример, – не унималась девушка.

– Он в порядке? – поинтересовался шериф.

– Потерял много крови, но рана не слишком опасна. Я промыла ее отваром из целебных трав и приложила сарацинскую мазь. Сейчас он в забытьи, и я пока решила, что вам будет не лишним узнать его историю. Она коротка и похожа на множество других, в которых замешан настоятель аббатства Святой Девы Марии.

Оба сына сэра Ричарда давным-давно отправились в Святую землю и попали в плен к сарацинам во время битвы при Хаттине. Много лет о них не было ни слуху ни духу, но отец продолжал искать и, в конце концов, нашел. Египетский султан любезно согласился отпустить их за выкуп. Сэр Ли продал все, что только мог, но денег не хватало. Тогда-то и появился твой двоюродный дядюшка и предложил золото в обмен на замок, если через год и один день заем не будет возвращен.

Султан был верен данному слову, но вот беда, корабль, на котором плыли сыновья, пропал без следа. Несмотря на постигшее его горе, сэр Ричард пытался скопить нужную сумму, теперь уже для возврата долга. Но словно рок повис над его поместьем. То кто-то похитит выращенных на продажу коней, то соседское коровье стадо вытопчет посевы. А я так думаю, у скота того очень знакомое лицо. Срок возврата истекает на днях. Сэр Ли пробовал было перезанять, но кто ж даст в долг тому, кто еще не вернул прежнего. Так что можно не сомневаться, едва Ричард Ли станет на ноги, он присоединится к бесчисленной толпе нищих, проклинающих день своего появления на свет.

– Знакомая история, – едва замолчала дочь, покачал головой шериф. – Пожалуй, мы бы могли занять денег сэру Ричарду…

– Однако это означало бы вновь пойти на поводу у мерзкого святоши, прикрывающего свое ненасытное брюхо одеяниями напускного благочестия. Тут нужно взяться хитрее, – задумчиво проговорил Роберт Локсли. – Очень скоро в Лондон повезут налоги, собранные в северных графствах…

– Верно. Но вы же знаете, с золотом отправится большая охрана.

– Знаю, конечно, – задумчиво кивнул Робин. – Но, скажем прямо, дело того стоит.

Рыцарь за столом нахмурился.

– Захват денег государственной казны – ужасное преступление. За такое не может быть прощения и пощады!

– Оно, конечно, так, – послышалось из угла. – Но только ж королем о ту пору все еще был славный Ричард Львиное Сердце, упокой господь неуемную душу. А его свобода стоила денег. Ну а в том, что золото попало бы к нему, минуя казну принца Джона, никто из нас не видел ничего плохого.

– Но, готов поклясться, – рыцарь стукнул кубком по столу, – далеко не все денежки пошли на выкуп короля.

– Да что вы такое говорите, сэр?! Конечно, все! Мы же честные люди! Не то что всякие лорды. Сэр Роберт еще и своих положил сверху!

– Не слишком почтительно ты говоришь о лордах! – Рыцарь сурово нахмурил брови.

– Да всяко говорю. Если будет на то ваша воля, послушайте. В этом дельце как раз дружок вашего батюшки принимал участие.

Трактир «Паломничество в Иерусалим» тогда совсем недавно открылся. Говорят, сам Робин Гуд туда порой захаживал, отправляясь на свидание с невестой. Правду сказать, там я его не видал. Но вот брат Тук – причетник из Компенхерста, тот – да, сиживал частенько. Вот и в тот вечер…

…Мач появился на пороге трактира, рассеянным взглядом обвел завсегдатаев и, бочком, точно стесняясь ветхого рубища, направился к стойке.

– А что, бедного Шимона и тут нет? – снимая шляпу перед кабатчиком, осведомился пастух.

– Ноги его здесь больше не будет! – гневно фыркнул хозяин трактира, еще совсем недавно сопровождавший барона в крестовом походе.

– Он что же – ног лишился? – всплеснул руками сельский дурачок. – Бедный, бедный Шимон! Как же он теперь плясать-то будет?!

– Пусть радуется, что в петле не спляшет! – хмуро огрызнулся собеседник. – В тюрьме он! Пришел тут, посуду мне разбил…

– Ой-ё-ёй! – Мач обхватил голову руками. – Вот же, беда какая. А кто же теперь вместо него евреем будет?!

Кабатчик от неожиданности выронил полотенце, которым протирал кружку.

– Ты это о чем?

– У меня тут штука, – пустился в объяснения Мач. – Я ее Шимону нес. Может, она чего стоит.

– Что за штука? – поинтересовался кабатчик, знавший толк во всем, что можно было обменять на звонкую монету.

– Старая штука. – Он достал из сумы на поясе увесистый золотистый крест, заключенный в круг.

– Ты что ж, дурья башка, святой крест собрался иноверцу продать?!

– Я ж не продать, я только чтоб деньги получить, – часто заморгал парнишка.

– Ты откуда это взял? – напирал вояка, сменивший кольчугу на фартук.

– Мне лорд дал, – чистосердечно признался сын мельника.

– Какой еще лорд?

– Да я почем знаю. Такой большой. – Сельский дурачок начал размахивать руками, очерчивая габариты неведомого лорда. – Честное слово, не украл. Мы с тем лордом, как стемнело, вместе пошли. Может, слыхали, я надысь тут овечку потерял…

– Да, – закивал кабатчик. – «Бе-е», – у большей части присутствующих нервно дернулся глаз, – слыхали.

– Так вот, – обрадовался пастух, – лорд тот со мной захотел пойти, чтоб я ему показал, как искал. Может, он тоже овцу потерял? Ну, мы полночи ходили, да все впустую. Оно и понятно, я ж тогда, как услышал «бе-е», так сразу место и нашел. А тут же ж ни «бе-е», ни «ме-е». Разве сыщешь?

– Это верно, – согласился хозяин трактира. – Ну, так все-таки нашли?

– Ага, – закивал Мач, – уже на самом что ни на есть рассвете. Вот хоть верь, хоть нет, а как будто услышал вновь «бе-е»…

– Это можешь пропустить, – перебил его хозяин заведения, заметив, что немалая часть посетителей потянулась за ножами.

– Как это пропустить, я ж так собьюсь! Тогда придется сначала рассказывать!

– Ладно-ладно, вот ты будто услышал свою овечку…

– Ну да, и она так жалобно: «бе-е»…

– Все, прекрати, – обрубил корчмарь. – Что было дальше?

– Так дальше-то, почитай, ничего и не было.

– Как это ничего? А это у тебя откуда?

– Как откуда? Из пещеры, конечно, – недоуменно глядя на непонятливого собеседника, дернул плечом Мач. – Мы с лордом туда спустились. И он будто свихнулся. Прыгает, монеты кидает, а потом этот крест мне выдал и сказал, чтоб я молчал и шел домой. Так я после этого три дня молчал, ни словечка не сказал, а тут гляжу – лорд вроде как уезжать собирается. Думаю, может, уже можно не молчать. – Он огорченно вздохнул. – Так что, Шимона больше не будет? Эх, как же он теперь без ног-то? Суров наш шериф, ох, суров. Но и то дело, впредь неповадно будет по кабакам ходить. – Он протянул руку за крестом. – А это-то куда девать?

– Погоди ты, – корчмарь прикинул в руке вес трофея. – Одно могу сказать, это не золото, скорее – золоченое серебро. А уж чего оно стоит… Вон, может, брат Тук скажет, – он указал на широкоплечего монаха, пишущего слезное прошение для одного из завсегдатаев. – Идем, его спросим.

Увидев драгоценный трофей, причетник Святого Дунстана осторожно взял находку в руки, покрутил ее, поднес к свечам и пророкотал своим густым басом:

– Где вы нашли это сокровище, дети мои?! Я глазам своим не верю. Смотрите: видите голубей, восседающих на перекладине креста? Они как нельзя лучше свидетельствуют, что сие – не что иное, как навершие пастырского жезла Святого Коломба – первого нашего английского святого. Он бесценен!

– Так что, ему и цены нет, и евреям нельзя… – жалобно всхлипнул сельский дурачок.

– Обладать такой реликвией – высокая честь. Думаю, настоятель аббатства Святой Девы Марии достойно наградит тебя за этот дар.

– А он у меня ее не отберет? Монетки же все забрал.

– Не сомневайся, добрый юноша, ступай домой. А завтра я пойду вместе с тобой, – монах отдал драгоценное навершие сыну мельника. – И да хранит тебя господь и ангелы его.

Причетник вернулся к прерванному письму, но спустя несколько минут к нему скользнул проворный мальчуган и что-то быстро зашептал на ухо. Дослушав, брат Тук кивнул, сунул в футляр перья, быстро подвесил к поясу чернильницу и зашагал к выходу.