— Спасибо за предложение, но мне всю жизнь хотелось стать аврором, и никакой Фрост не помешает мне осуществить эту мечту. Я твёрдый орешек. Зубы обломает.
— Ну, что ж, если передумаете, моё предложение остаётся в силе. Спасибо за помощь. Не будем вас больше задерживать. Отдыхайте. Набирайтесь сил и терпения. Чувствую, всё это вам ох как понадобится.
Сыщики попрощались с аврором и, добравшись до аппарационной площадки, перенеслись в свою штаб-квартиру, решив не беспокоить лорда Малфоя незапланированным визитом в два часа ночи. По дороге насмешник Алан, не обращая внимание на надувшегося, словно мышь на крупу, Люка, в лицах рассказал старшим друзьям о стычке между обычно доброжелательным Веймаром и стажёром Фроста:
— Не знаю, какая муха нашего красавчика укусила, что он так на этого мальчишку вызверился.
— И ничего я на него не вызверился, просто он… он… бесит меня этот парень! Сам не знаю, почему.
Шеридан похлопал крестника по плечу и подмигнул Блэку:
— Бесит, говоришь? Ну что ж, и так бывает…
— Да что бывает-то?! Что я смазливых мальчишек не видел?!
— Ага, — Доусон едва увернулся от тычка Люка и ехидно продолжил: — К тому же этот Вернер похож на нашего Прекрасного Принца как две капли воды. Те же белоснежные волосы, только не с золотым, а с серебряным отливом. Голубые глаза. А на личико он даже посимпатичней будет, а, Веймар?
— Да иди ты! — Люк хотел было обидеться и уйти. Он и сам не понимал, что за чувства будил в нём давешний аврорчик, а тут ещё хохмач Алан со своими подколками, но Эрлих остановил его, крепко сжав руку на плече крестника.
— Похож, говоришь? Есть немного. А то, что посимпатичней, так ей так природой предназначено…
— Ей?!
— Ага. Поверьте мне, анимаг не может ошибаться: наше возможное будущее пополнение — ведьма.
— С чего ты взял, что она примет наше предложение? — любивший поспорить Алан, не удержавшись, сунулся с вопросом.
— А ты бы между работой на Фроста и работой у нас в агенстве что выбрал?
— Ну-у, то я…
— Вот и она выберет. Так что готовьтесь, ребята, скоро наш мужской монастырь прекратит своё изолированное существование.
— Да, это меняет дело. Девчонке не место в том крысятнике, в который превратил Фрост свой отдел.
***
Люциус материализовался на аппарационной площадке поместья с последними лучами закатного солнца и, нетерпеливым жестом отбросив полу мантии, во время перемещения опутавшую ноги, быстрым шагом направился к дому. Эльфы, лучше кого бы то ни было ощущавшие плохое настроение хозяина, раздражали аристократа своей услужливостью, и он, постаравшись как можно быстрее избавиться от их присутствия, устроился в собственном кабинете в компании чашки чёрного ароматного кофе. Хотя именно сейчас Люциусу впервые за несколько лет до зубной боли хотелось нарушить свой «сухой закон» и напиться. Но он не позволял себе ничего подобного с момента выхода из Азкабана и не собирался нарушать данное жене слово и впредь. Да и чем могло огневиски помочь в сложившейся ситуации? Ничем. Приходилось признаться самому себе: надежда найти врага собственными силами, не пользуясь услугами Блэка, потерпела полный крах. Его люди не смогли найти ни единой зацепки, способной привести к заказчику преступления. А в том, что случившееся десять дней назад было заказным убийством, аристократ не сомневался. Оставалось полагаться на советы, данные бывшим врагом. Асторию Люциус уже пригласил в поместье. Каково же было его удивление, когда на обтекаемо-завуалированные фразы с его стороны о «небольшом, в скором времени разрешимом недоразумении» невестка ответила, что подозревала что-то подобное, когда с месяц назад у неё пропало Сквозное зеркало, с помощью которого она связывалась со Скорпиусом. Умная и осторожная женщина велела сыну немедленно выбросить оставшийся у него артефакт. В свете этих событий и Люциус смог припомнить кое-какие мелкие странности, произошедшие вокруг их семьи за последние… три месяца. В своё время он не придал им значения, ведь они не были каким-то образом связаны с официальной и… неофициальной деятельностью Малфоев. Его и подчинявшихся ему людей прощупывали постоянно, с момента окончания войны не оставляя в покое. Кто-то искал связь с беглыми Упивающимися. Кто-то, наоборот, пытался отомстить за пострадавших родственников. Аврорат подозревал его в заговорах и преступлениях. Министерство… А вот Министерство было отдельной песней. Малфой невесело усмехнулся, отсалютовав своему отражению в кофейнике — политики очень хотели иметь его в своём распоряжении покорным и готовым выполнить любое их пожелание… Вот только исключительно живым. Тот же, кто ранил Нарциссу, сентиментальностью не страдал. И Люциуса неимоверно напрягало то обстоятельство, что он никак не мог вычислить этого подонка.
Недопитый кофе давно остыл, на часах был второй час ночи, но спать ему совершенно не хотелось, и Малфой, не привлекая внимания домовиков, осторожно выскользнул в коридор, бесшумно продвигаясь в сторону спальни жены. Ему хотелось проверить, на что способен этот не признанный Блэками родственник — сын оборотня Люпина.
Никого не обнаружив ни в самом коридоре, ни в личной гостиной Нарциссы, он, начав уже раздражаться, толкнул, было, дверь в спальню жены, когда ему в сонную артерию упёрлась чья-то палочка, а тихий голос, раздавшийся за спиной, поинтересовался:
— Скажите, лорд Малфой, вы всегда в темноте подкрадываетесь к спальне жены? Если да, то я буду иметь в виду эту вашу особенность. В противном же случае должен вас поставить в известность: вот уже четверть часа, как у меня появилось сильное желание проклясть вас чем-нибудь посущественней, и однажды я могу, совершенно случайно, разумеется, его реализовать.
— Вы уверены, что у вас хватит на это способностей?
— Уверен. Хотите проверить?
— Не сейчас. Я просто проверял безопасность жены, — несмотря на испорченное с утра настроение, Люциусу с трудом удалось сдержать улыбку. «Надо же! Пятнадцать минут! А я даже не заметил его присутствия». Профессионализм новых союзников начал вызывать невольное уважение у аристократа.
— Передайте вашему шефу, что утром я хотел бы услышать его предварительное мнение о случившемся.
— Хорошо, — полуоборотень растворился в окружающей тьме так же бесшумно, как появился, и сколько лорд Малфой ни напрягал слух, так и не смог определить, в каком же направлении тот скрылся.
«Хорошие у тебя люди… Блэк. А раз они на тебя работают, то и сам ты неплох. Вот и посмотрим, насколько», — навалившаяся за день усталость прошла, словно и не бывало, а чувство поднимавшегося в груди куража заставило тонкие губы Люциуса искривиться в усмешке предвкушения. «Посмотрим, как долго ты будешь сопротивляться, прежде чем начнёшь выполнять мои приказы. Посмо-отрим…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
