- Не играй словами! – лицо королевы прочертили глубокие морщины – за одно мгновение она постарела на пятнадцать лет, если не больше. Нежная фарфорово-розовая кожа потемнела, пошла пигментными пятнами, золотистые волосы превратились в седые редкие пряди – Кто такая Эмили Валентайн? Отвечай!
- Вы о моей жене? – Вирджиль приподнял брови с самым невозмутимым видом. – Что за вопросы! По-моему, вы с ней очень хорошо знакомы, ваше величество.
- Ты доигрался, - грозно и глухо произнесла она и сжала медальон между ладонями.
Боль ударила сильно – в голову, в сердце, в печень. Вирджиль с трудом сдержал вскрик, изо всех сил стиснув зубы, но на ногах не удержался и упал на колени, уперевшись ладонями в пол.
- Как тебе? – поинтересовалась королева и перехватила медальон за цепочку. – Хочешь повторения или скажешь правду? Твоя жена – дочь Джейн Эшборо?
- Нет, с чего вы взяли, ваше величество?.. - начал Вирджиль.
Королева не дала ему договорить и снова припечатала медальон ладонями.
На этот раз боль была в разы сильнее, но Вирджиль, повалившись ничком, снова удержался от крика. Королева мучила его несколько минут, показавшихся длиннее часа, а потом позволила передохнуть.
- Зачем же так жестоко? – с трудом произнёс колдун, поднимаясь на колени. – Вы поверили каким-то глупым слухам, моя королева, а виноват – я?
За это ему пришлось пережить ещё несколько не самых приятных мгновений, пока её величество с остервенением давила медальон о столешницу.
- Отвечай! – потребовала она, когда Вирджиль смог отдышаться.
- Вы ошибаетесь. Эмили – обыкновенная девушка, сирота, без какой-либо волшебной силы. Эмили не имеет никакого отношения к Джейн.
Но королева не поверила.
- Лжешь! Я не слепа и не глупа! – сказала она ожесточённо. – Даже моя полоумная сестра узнала ее! А ты… это ты был глуп, надеясь все скрыть!
Вирджиль опять приподнялся на колени, но вставать не спешил, потому что не надеялся, что экзекуция закончилась.
Королева теперь была похожа на самую настоящую ведьму – черты заострились, кожа обвисла, и только серые глаза сверкали по-прежнему.
- Как ты мог обмануть меня? – королева забылась и стиснула медальон, заставив Вирджиля скрипнуть зубами от боли. - А ведь я ждала от тебя правды! Я давала тебе шанс за шансом, чтобы ты признался! Но ты молчал.
- Мне нечего было сказать, ваше величество… Моя жена…
- Дочь Неистовой Джейн! – крикнула она ему в лицо. – Ты прятал её! Прятал от меня! Но мне всё известно. Теперь всё известно. Значит, вот с какой девицей ты собирался сбежать, когда тебя поймали на Белом Острове! А я-то гадала – какая красотка настолько свела тебя с ума, что ты решил рискнуть своей жизнью. Ведь ты дал мне клятву на крови, Джиль! – она покачала медальон на цепочке. – Надеялся, я пожалею тебя?
- Даже не сомневался в вашей жестокости, леди королева, - сказал Вирджиль.
- Не сомневайся, - отрезала она. – Задумаешь сбежать – я покончу с тобой. Предатели не заслуживают жизни. И твоя прежняя служба не будет учтена.
Она стиснула в ладони медальон, напоминая, кто хозяин положения, а потом вернулась и села в кресло, мрачно подперев седую голову морщинистой рукой.
- Всё это время я наблюдала за тобой, Вирджиль Майсгрейв, - угрюмо сказала правительница. – Наблюдала, как ты врешь, изворачиваешься, как ты убеждаешь меня, что рад свадьбе Аселина, а сам только и делаешь, что пакостишь, стараясь расстроить эту свадьбу. Как ты старался скрыть, кто такая леди Эмилия. Думаешь, я не разгадала твоего фокуса с портретом? Ты так боялся, что леди Эмилия сболтнёт лишнее, что совсем потерял осторожность. А твоя выходка в церкви? Вот это было феерично! Не ожидала, что мой колдун способен на такие чувства. Ты и правда влюбился? Ты и в самом деле потерял голову от любви? Она этого стоит, Джиль? Дочь Неистовой Джейн? Что такого в этих женщинах, отчего все вокруг теряют голову? Ведь это из-за неё ты прикончил тогда своего отца, своего брата, и мужа бедняжки Икении?
- От вас ничего не скроешь, - Вирджиль наконец-то поднялся на ноги и отряхнул штаны и рубашку, а потом прошел к умывальнику, чтобы ополоснуть руки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Значит, я права, - королева откинулась на спинку кресла. – А как ты врал мне, что убил отца, потому что тот не хотел тратить твою кровь на благо государства.
- Разве же я сказал неправду? Ведь не меня принесли в жертву вашей сияющей красоте, ваше величество. Впрочем, от красоты сейчас мало что осталось. Зачем было тратить столько сил? Посмотрите в зеркало и спросите себя – стоила ли наша беседа таких трудов? Теперь потребуется гораздо больше крови, чтобы вернуть вам прежний облик.
- Что ж, один раз можно, - ответила королева. – Зато отныне будущее королевства защищено. Ты вернешься в Мэйзи-холл, и будешь жить там, пока леди Эмилия не забеременеет. Дети точно унаследуют вашу кровь.
- Этого не будет никогда, - спокойно ответил Вирджиль, ополаскивая хрустальный бокал.
- Смеешь спорить?! – мгновенно взъярилась королева.
- Можете меня убить, - Вирджиль полил клинок кинжала прозрачным крепким вином. – Можете забрать всю мою кровь. К вашему сведению, в моём замке остались и та самая ванна, и те самые крюки – как знал, что вы захотите использовать их ещё раз. Я прекрасно смогу повиснуть на них, и крови с меня натечет больше, чем... с женщины.
- Джиль! – воскликнула королева звенящим голосом.
- Заберите мою кровь, - неумолимо продолжал Вирджиль, - но Эмили вы не получите. Никто не достанет её в лабиринте. И вы не сможете добраться.
- Конечно, ты обо всем позаботился! – королева побледнела от злости. – И даже разбил зеркало в комнате Томаса!
- Неожиданно, верно? – похвалился колдун. – Оказывается, и у вас есть тайны, ваше величество. Я был очень удивлён, обнаружив в комнате своего слуги одно из волшебных зеркал.
Королева на секунду потупилась, но тут же воинственно вскинула подбородок.
- Я – королева, - сказала она с вызовом. – И я имею право на тайны.
- И в этом я тоже не сомневаюсь, - Вирджиль закатал рукав рубашки.
Королева молча следила, как колдун рассек кожу повыше локтя, сцеживая кровь в хрустальный бокал, и не произнесла ни слова, когда лезвие ножа коснулось ее лба, рассекая кожу.
Вирджиль прочитал заклинание, омолаживая правительницу, заставляя кожу срастись, а шрамы – разгладиться и исчезнуть.
Когда кровавый ритуал был закончен, королева снова выглядела, как юная дева, зато колдуна пошатывало, словно на ветру.
Королева Гвендолин поднялась из кресла и подошла к огромному зеркалу во всю стену, расстегнув и сбросив на ходу рубашку, запятнанную кровью. Её величество долго рассматривала своё отражение, а потом сказала, не оборачиваясь:
- Ты понял приказ. Возвращайся. Я жду рождения ваших детей, Джиль. Твоих и леди Эмилии. Не считай меня чудовищем. Ты прекрасно живешь, твоей жизни ничто не угрожает, и я осыпаю тебя милостями и подарками…
- Как поросенка, которого должны заколоть на Рождество, - подхватил Вирджиль.
- Неподходящее сравнение, - королева гневно свела брови к переносью.
- Скажите это духу Джейн.
Гневный румянец сразу сбежал с лица королевы.
- Ты знаешь, что в этом не было моей вины, - сказала она тихо.
- Нет, ваше величество, прежде всего в этом виноваты вы, - Вирджиль перетянул рану на руке. – Её смерть – на вашей совести.
- Тем, кто вершит судьбы мира, приходится быть жестокими, - ответила королева, по-прежнему глядя в зеркало. – Но ты не прав. Я не желала смерти Джейн. Она очень нравилась мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Конечно, не желали, - колдун надел камзол. – Ведь речь шла о некой девушке с подходящей кровью. Вы и понятия не имели, что это Джейн. Благодаря вам Эмили осталась сиротой. А я…
- Замолчи и уходи, - перебила его королева, и глаза её опасно сверкнули. – Ты меня не понял. И вряд ли поймёшь.
