Войска Воронежского фронта в это время предпринимали отчаянные попытки прорвать вражескую оборону на Днепре. При этом главные удары наносились с южного, букринского плацдарма, а вспомогательные – с северного, лютежского плацдарма (район севернее Киева). Однако фон Манштейн сумел сосредоточить против букринского плацдарма крупные силы и создать здесь прочную оборону. Все атаки войск фронта разбивались под ее стенами.
По приказу Гитлера на пятихаткинское направление началась срочная переброска из резерва Ставки Верховного Главнокомандования вермахта танкового корпуса СС с задачей восстановить положение. Его соединения создали серьезную угрозу правому крылу Степного фронта, развернутому на юго-запад. Генерал армии Конев, узнав о сосредоточении здесь свежих сил противника, решил повернуть на западное направление 5-й гвардейский Зимовниковский механизированный корпус. После этого войска 5-й гвардейской танковой армии устремились на Кривой Рог. Противник оказывал ожесточенное сопротивление. В результате войска армии затратили на преодоление более чем 30-километрового расстояния от Пятихаток до Кривого Рога около трех суток.
К исходу дня 23 октября передовые отряды 18-го и 29-го танковых корпусов сумели выйти на подступы к Кривому Рогу. Части 18-го танкового корпуса с десантами мотострелков на танках ворвались на окраину города, но контратакой противника были отброшены назад. Части 5-го гвардейского Зимовниковского механизированного корпуса, выдвинутые на правое крыло 2-го Украинского фронта [387], попали под мощный удар танкового корпуса СС и понесли значительные потери. После этого эсэсовские соединения, развивая успех, обрушились на тылы 29-го танкового корпуса, штурмовавшего Кривой Рог. Это вынудило генерала Ротмистрова отвести корпус на р. Ингулец, в район Недай-Вода, где он перешел к обороне. К тому времени 5-я гвардейская танковая армия понесла большие потери. В 18-м танковом корпусе осталось всего 49 исправных танков, а в 29-м – 26 боевых машин [388].
Несмотря на это, командующий 2-м Украинским фронтом генерал армии Конев требовал овладеть Кривым Рогом. В шесть часов утра 24 октября после непродолжительной артиллерийской подготовки 18-й и 29-й танковые корпуса при поддержке авиации снова перешли в наступление. Части 29-го танкового корпуса были остановлены противником на северной окраине города. Соединения 18-го танкового к восьми часам с ходу форсировали р. Саксагань у кирпичного завода и ворвались в Кривой Рог. После ожесточенных боев, израсходовав горючее и боеприпасы, они вынуждены были отойти из города на исходный рубеж.
Генерал Ротмистров, убедившись, что силами двух ослабленных непрерывными боями танковых корпусов овладеть Кривым Рогом не удастся, доложил об этом командующему фронтом. С его согласия 18-й и 29-й танковые корпуса были отведены на р. Ингулец, где они заняли оборону впереди стрелковых соединений 37-й армии по рубежу Петрово, Недай-Вода, Лозоватка. 5 ноября генерал армии Конев, учитывая большие потери войск 5-й гвардейской танковой армии, приказал вывести их в район Пятихатки для доукомплектования.
На других направлениях наступление войск 2-го Украинского фронта развивалось следующим образом. Соединения 57-й армии освободили 22 октября Верхнеднепровск. С целью развития ее успеха Ставка ВГК усилила фронт 1-м механизированным и 20-м танковым корпусами. Генерал армии Конев немедленно ввел их в сражение, подчинив им в оперативном отношении две авиационные дивизии. К 23 октября оба корпуса при поддержке авиации прорвались к Кривому Рогу и в район Митрофановки (30 км восточнее Кировограда), создав угрозу окружения шести дивизий немецкой 8-й армии. В тот же день перешли в наступление армии правого крыла соседнего 3-го Украинского фронта, которые при содействии части сил 2-го Украинского фронта освободили Днепропетровск.
Фон Манштейн, внимательно следивший за ходом сражения, весьма высоко оценивал действия Конева. Вот что он пишет: «В течение всего октября Степной фронт противника, командование которого было, вероятно, наиболее энергичным на стороне противника, перебрасывал все новые и новые силы на плацдарм, захваченный им южнее Днепра на стыке между 1 танковой и 8 армиями. К концу октября он расположил здесь не менее 5 армий (в том числе одну танковую армию), в составе которых находились 61 стрелковая дивизия и 7 танковых и мех. корпусов, насчитывавших свыше 900 танков. Перед таким превосходством сил внутренние фланги обеих армий не могли устоять и начали отход соответственно на восток и запад. Между армиями образовался широкий проход. Перед противником был открыт путь в глубину Днепровской дуги на Кривой Рог и тем самым на Никополь, обладание которым Гитлер с военно-экономической точки зрения считал исключительно важным» [389].
Успешные действия войск 2-го Украинского фронта создали угрозу окружения 1-й танковой армии в восточной части Днепровской дуги. Фон Манштейн, пытаясь избежать этого, обратился к Главному командованию Сухопутных войск с просьбой усилить группу армий «Юг» свежими соединениями. Ему были выделены всего три дивизии (14-я и 24-я танковые, одна пехотная). Кроме того, были обещаны еще три танковые дивизии – 1-я, «Leibstandarte-SS Adolf Hitler» и вновь сформированная 25-я. Но время их прибытия не указывалось.
Фон Манштейн, учитывая сложившуюся обстановку, решил нанести контрудар имевшимися в его распоряжении двумя танковыми и одной пехотной дивизиями. Они были включены в состав 40-го танкового корпуса, который получил задачу нанести контрудар со стороны загнутого назад фланга 8-й армии с запада во фланг и в тыл войск 2-го Украинского фронта, продвигавшихся на Кривой Рог. 1-й танковой армии приказывалось бросить все имеющиеся в ее распоряжении танки и пехоту навстречу войскам фронта, чтобы сохранить жизненно важную для нее связь через Кривой Рог. С целью обеспечения этого удара фон Манштейн решил оставить в полосе, занимаемой 30-м армейским корпусом на Днепре, по обе стороны от Днепропетровска, только охранение на самой реке. Главным силам корпуса предписывалось отойти на укороченную линию в районы севернее Запорожья и Кривого Рога, чтобы высвободить соединения, необходимые для действий на решающем участке. Гитлер вынужден был примириться с таким решением фон Манштейна и с тем, что нужно отдать часть Днепровского рубежа.
24 октября соединения 1-й танковой армии, 30-го армейского, 40-го танкового корпусов и прибывшие из Германии две танковые и две пехотные дивизии перешли в наступление. Благодаря тесному взаимодействию войск 8-й и 1-й танковой армий удалось сорвать замысел генерала армии Конева отрезать 1-ю танковую армию в восточной части Днепровской дуги. Войска 2-го Украинского фронта, по данным фон Манштейна, потеряли убитыми около 10 тыс. человек, а в качестве трофеев были захвачены 350 танков, свыше 350 орудий и 5 тыс. пленных [390]. В результате удалось снова восстановить сплошной фронт между 1-й танковой и 8-й армиями. Однако отбросить войска 2-го Украинского фронта на северный берег Днепра из-за недостатка сил не удалось. Маршал И.С. Конев, вспоминая об этих сражениях, отмечал, что наступление противника, потерявшего за два дня 150 танков, заглохло и было приостановлено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
