Он легонько стукнул по приемнику волшебной палочкой, наугад бормоча себе под нос какието слова. При этом он исподтишка поглядывал на Гермиону явно опасаясь, как бы она опять на него не налетела, но Гермиона старательно делала вид, будто его здесь нет. Так прошло минут десять. Рон бормотал и стучал палочкой, Гермиона перелистывала страницы, а Гарри упражнялся со своим новым приобретением.
Наконец Гермиона встала. Рон сразу перестал стучать.
- Если тебе мешает, я не буду! - торопливо заверил он.
Гермиона не снизошла до того, чтобы ответить. Она подошла к Гарри.
- Нам надо поговорить.
Он посмотрел на книгу, которую Гермиона держала в руке: «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора».
- Ну что? - спросил он неохотно.
У него мелькнула мысль: вдруг там есть глава, посвященная ему? Гарри не чувствовал в себе сил знакомиться с тем, как Рита излагает свою версию его отношений с Дамблдором. Однако Гермиона сказала совсем не то, что он ожидал.
- Я хочу повидаться с Ксенофилиусом Лавгудом. Гарри вытаращил глаза.
- Чточто?
- Ксенофилиус Лавгуд, папа Полумны. Я хочу с ним поговорить!
- А… зачем?
Гермиона сделала глубокий вдох, как будто готовилась к прыжку, и выпалила:
- Да все этот знак из «Сказок». Вот, смотри!
Она сунула Гарри под нос «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора», раскрытую на странице с копией письма Грин-де-Вальду, написанного таким знакомым, летящим косым почерком Дамблдора. Гарри было тошно видеть перед собой окончательное доказательство, что письмо - не выдумка Риты Скитер, что Дамблдор в самом деле написал эти слова.
- Подпись, - подсказала Гермиона. - Посмотри на подпись!
Гарри посмотрел. Сперва он не понял, в чем дело, но потом пригляделся, поднеся к книге светящуюся волшебную палочку, и увидел, что Дамблдор вместо буквы «А» в слове «Альбус» нарисовал крошечный треугольный значок, такой же, как в сборнике сказок.
- Э-ээ… вы о чем? - заикнулся было Рон, но Гермиона испепелила его взглядом и снова повернулась к Гарри.
- Все время этот знак всплывает, понимаешь? Конечно, Виктор Крам говорил, что это символ Грин-де-Вальда, но мы же его видели на той старой могиле в Годриковой Впадине, а даты на ней намного раньше Грин-де-Вальда! И теперь еще это письмо. Ну, Дамблдора или Грин-де-Вальда мы не можем спросить, что это значит, - я даже не знаю, жив еще Грин7 де-Вальд или нет, - зато можно спросить мистера Лавгуда! Он тогда пришел на свадьбу с этим символом на шее. Я уверена, Гарри, что это очень важно!
Гарри ответил не сразу. Он посмотрел на исполненную азарта Гермиону, потом в темноту за палаткой и глубоко задумался. Наконец он сказал:
- Не надо нам еще одной Годриковой Впадины. Мы тогда убедили друг друга, будто нам туда очень нужно, и что вышло?
- Но он же все время нам попадается, Гарри! Дамблдор завещал мне «Сказки барда Бидля», так откуда ты знаешь, что не ради этого знака?
- Ну вот, опять все сначала! - Гарри вдруг вышел из себя. - Мы все время уговариваем сами себя, что Дамблдор оставил нам какието тайные указания, намеки…
- Делюминатор здорово пригодился, - подал голос молчавший до этого Рон. - Помоему, Гермиона права. Я думаю, надо навестить этого Лавгуда.
Гарри мрачно глянул на него. Он был совершенно уверен, что Рон просто подлизывается к Гермионе, а глубокий смысл треугольного значка его нисколько не волнует.
- И тут не то же самое, что в Годриковой Впадине, - прибавил Рон. - Лавгуды на нашей стороне. «Придира» с самого начала был за тебя, он постоянно всех призывает помогать тебе!
- Я уверена, что это важно! - твердила Гермиона.
- А вы не думаете, что, если бы это было так важно, Дамблдор сам бы мне все рассказал, пока был жив?
- Может, это чтото такое, что ты обязательно должен узнать сам, - предположила Гермиона, явно хватаясь за соломинку.
- Вотвот, - льстиво поддакнул Рон. - Все логично!
- Совсем не логично, - огрызнулась Гермиона, - но все равно я считаю, что мы должны поговорить с мистером Лавгудом. Символ, который связывает Дамблдора, Грин-де-Вальда и Годрикову Впадину… Да мы просто обязаны все о нем выяснить!
- А давайте проголосуем, - подал идею Рон. - Кто за то, чтобы навестить Лавгуда…
Он вскинул руку даже раньше Гермионы. Ее губы подозрительно дрогнули. Она тоже подняла руку.
- Извини, Гарри, ты в меньшинстве, - объявил Рон и хлопнул друга по спине.
- Ладно, - сдался Гарри, не зная, смеяться ему или злиться. - Только давайте после Лавгуда поищем еще крестражей, идет? Где они хоть живут, эти Лавгуды? Ктонибудь знает?
- Да недалеко от нас, - ответил Рон. - Точно не знаю, но мама с папой, когда о них говорят, всегда показывают в сторону холмов. Мы их легко найдем.
Когда Гермиона вернулась к себе на койку, Гарри тихонько сказал Рону:
- Ты просто перед ней выслуживаешься, и больше ничего.
- В любви и на войне все средства хороши, - бодро ответил Рон. - А у нас тут и то и другое. Гляди веселей! Сейчас каникулы, Полумна наверняка дома!
На следующее утро, переместившись, они оказались на продуваемом всеми ветрами склоне холма. Оттуда открывался прекрасный вид на деревушку Оттери-Сент-Кэчпоул. С высоты домики казались игрушечными. Косые лучи солнца падали на землю в разрывы облаков. Заслоняя глаза руками, друзья смотрели в сторону «Норы», но смогли разглядеть только живые изгороди и деревья в саду, защищавшие нелепый домик семьи Уизли от взглядов любопытствующих маглов.
- Странное ощущение - совсем рядом, а зайти нельзя, - сказал Рон.
- Вряд ли ты успел соскучиться. Ты ведь был здесь на Рождество, - холодно промолвила Гермиона.
- Не был! - возмутился Рон. - Ты что, думаешь, я бы явился к ним и сообщил, что бросил вас в лесу? Ага, Фред и Джордж меня бы за это по головке погладили. А уж Джинни бы как меня поняла!
- Где же тогда ты был? - удивилась Гермиона.
- У Билла и Флер, в их новом доме. Коттедж «Ракушка». Билл всегда со мной нормально обращался. Он, конечно, не пришел в восторг, когда услышал, что я наворотил, но жилы тянуть не стал. Он видел, что я всерьез об этом жалею. А больше никто из наших не знал, что я у него. Билл сказал маме, что они с Флер не поедут в «Нору», хотят провести Рождество наедине - типа, первый праздник после свадьбы и так далее. Флер вроде была не против. Она терпеть не может Селестину Уорлок.
Рон повернулся спиной к «Норе».
- Пошли поищем вон там. - И он решительно двинулся к перевалу.
Они бродили по холмам несколько часов. Гермиона потребовала, чтобы Гарри прятался под мантиейневидимкой. Невысокие холмы оказались необитаемыми, если не считать маленького коттеджа, жителей которого нигде не было видно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
