— Спасибо, — сказал он и закрыл глаза.
— Не за что, — глядя на него. В некотором смысле ей было проще от того, что он сидел с закрытыми глазами, т. к. ей не пришлось смотреть куда-нибудь в сторону. Он был бледен, вероятно, от боли. У него были длинные, темные ресницы, которым позавидовала даже Лаванда Браун.
— Не надо, — вдруг сказал Малфой, не открывая глаза.
— Не надо что? — спросила Джинни.
— Смотреть на меня. Это заставляет меня нервничать, — Драко открыл глаза изучил выражение лица Джинни, потом опять закрыл их и произнёс:
— А вообще-то забудь. Всё равно не сработает.
— Да что не сработает?
Драко вздохнул:
— Я знаю, о чём ты думаешь — сказал он, — Ты думаешь о том же, о чем думала прошлым вечером: “Ой, посмотрите на Малфоя, симпатичный и беспомощный, но всё же хороший. Он ранен. Всё что ему нужно, это только любовь и, сейчас он может получить её” Ты об этом думаешь, я угадал? — спросил он, обратив внимание на её реакцию, — Но учти я не хорошенький. И я не нуждаюсь в любви, особенно в твоей.
— Да я никогда — заикалась Джинни — Конечно, я никогда не думала…
— Отлично, — перебил Драко, — Выкинь эти мысли из головы. А если тебе нужен хорошенький бойфренд то, пожалуйста, у тебя всегда есть… воображаемый ГАРРИ ПОТТЕР.
Джинни чуть не взорвалась от возмущения, она даже хотела ударить Драко. Но у него была сломана нога, и Джинни сказала себе: “Ты не можешь побить его, он и так ранен”. Она хотела бросить Малфою словечки, типа: НЕ УДИВИТЕЛЬНО, ЧТО ТВОЙ ОТЕЦ НЕ ЛЮБИЛ ТЕБЯ или ДАЖЕ ВООБРАЖАЕМЫЙ ГАРРИ ПОТТЕР ЛУЧШЕ, ЧЕМ НАСТОЯЩИЙ ДРАКО МАЛФОЙ, СПРОСИ ЭРМИОНУ, ЕСЛИ НЕ ВЕРИШЬ.
Но Джинни не могла так поступить.
Вместо этого она просто сказала:
— Малфой, а ты слышал когда-нибудь о такой вещи, как тактичность?
Драко открыл глаза и посмотрел на неё. Она увидела, как расширились его зрачки, но не знала от чего. Его глаза стали черными, если не считать окружавшей их полоски серебра.
— Тактичность — это ложь для взрослых, — сказал он спокойно.
— Это одно из знаменитых выражений твоего отца?
— Нет, — ответил Малфой, — Это моё собственное.
**************
— Волынки, — произнес Сириус твёрдо.
Нарцисса покачала головой, не отрывая взгляда от свадебного журнала:
— Никаких волынок, — сказала она, взяв подушку и положив её под голову. Нарцисса сидела на кровати в номере отеля, и была окружена различными журналами, книгами и кусочками пергамента, на которых она пыталась изобразить всевозможные виды свадебных приглашений.
— Я из Шотландии, — стоял на своём Сириус. — И хочу такую свадьбу, как люди устраивают в Шотландии.
Нарцисса улыбнулась, всё ещё не отрывая взгляда от журналов:
— Я уже говорила, что если ты так хочешь, то можешь надеть юбку, но…
— Килт, — перебил Сириус.
Но Нарцисса полностью проигнорировала его.
— И даже если ты наденешь подтяжки и высокие каблуки, мне будет всё равно. Я говорила, что мы можем приготовить хаггис (телячий рубец с потрохами и приправой) и, если ты хочешь, мы можем швыряться им весь полдень на заднем дворе, но я не могу заставлять моих друзей и знакомых слушать эти волынки. Подумай, что на это скажет Драко.
— Подумай лучше, что он скажет, когда увидит костюм, который ты выбрала для него.
— Этот костюм, просто очарователен, — усмехнулась Нарцисса.
Выцветшие на солнце и без того белые волосы Нарциссы, такие же, как и у Драко, блестели и падали искрящимися локонами ей на спину. Сейчас она выглядела также, как и когда они ещё учились в школе. Удивительно как её сын походил на неё. Но только у Нарциссы лицо было более круглое, а подбородок не такой острый, но глаза, их общие серебряно-серые глаза, были абсолютно одинаковые.
— Но Драко возненавидит его, — настаивал Сириус.
— Ты не можешь знать этого заранее.
— Но я всё равно уверен в этом.
Нарцисса закатила глаза:
— Ты должен понять, что Драко это не твоя шестнадцатилетняя копия, Сириус. Я полностью согласна, что ты бы ненавидел этот костюм, но Драко любит такую одежду, и…
— Ставлю пятьдесят галлеонов, что он сожжёт этот костюм, прежде чем согласится надеть его.
Нарцисса внезапно заинтересовалась журналом.
— А ты не хочешь поспорить со мной, — предложил Сириус, — А если я выиграю, то на нашей свадьбе будут… волынки!
— Никаких волынок, — ответила Нарцисса приглушенным тоном.
— Если там не будет волынок, то будет кровопролитие.
— Ну тогда это будет похоже на мою предыдущую свадьбу, — злобно усмехнулась Нарцисса.
“Когда, она так улыбается, то действительно очень похожа на своего сына” — подумал Сириус.
— Э… э… — произнёс голос из угла комнаты. И Нарцисса, и Сириус подскочили, — Мне не хотелось бы вам мешать, но…
Сириус подошёл к камину:
— Рем?
— Мне очень жаль, — повторил Лупин, чьи голова и плечи появились в камине. Он выглядел чрезвычайно печальным, — Я бы никогда не побеспокоил вас, если бы это не было важно, — Взгляд Лупина задержался на кровати, — Прости Нарцисса.
Она отложила журналы и с тревогой посмотрела на Лупина:
— Всё в порядке?
— Гарри, — произнёс Сириус, становясь на колени перед камином, — Что-то случилось с Гарри?
— Он сбежал, — тяжело ответил Лупин, чувствуя себя виновным за то, что Сириус побледнел.
— Сбежал?
— Гарри пропал, и его метлы тоже нигде не видно. Мой кабинет разрушен, и меч, о котором я вам рассказывал, тоже исчез.
— Драко? — быстро спросила Нарцисса — А ты не спрашивал Драко о том, куда мог деться Гарри?
— К сожалению, это не возможно — произнёс Лупин, — Потому что Драко тоже нет.
Нарцисса побледнела так же, как Сириус.
— Итак, мы хотя бы знаем, что они вместе, — сказал Сириус, — А ты уверен, что это они разрушили твой кабинет?
— Да, уверен, — ответил Лупин, — Помнишь тот шар, со снегом и рыжеволосой нимфой внутри? Так, она видела их вместе, она видела, как Драко и Гарри взяли меч, — Лупин вздрогнул, — Они разрушили защиту, созданную вокруг меча, и я понятия не имею, как они смогли сделать это. Это был адмантин. Я бы не смог её разрушить.
— Драко и Гарри, — Магиды, и это говорит о многом, — выдавил из себя Сириус.
— Но они же дети, — сказала Нарцисса, вставая с кровати, — Они взяли меч — что это значит? Это может причинить им вред?
— Вот этого я действительно не знаю, — ответил Лупин, — Я весь день рылся в книгах, искал хоть какую-нибудь информацию о том, что может произойти. И, к сожалению, ничего не смог найти, кроме какого-то неопределённого пророчества, — Рем протёр свои глаза руками, и Сириус заметил, что все они были измазаны чернилами, — Но если вы спрашиваете меня, может ли меч причинить им боль, мой ответ “да”. Они могут быть в опасности.
