В ванкорских верованиях тоже есть святой крест, но тут не крестятся. У русских раньше было принято осенять себя крестным знамением в промежутке между молнией и громом… Я не стал.
Известно, что молнии бьют по выступающим вверх предметам. Гика прижал повозку вплотную к стене, и тут нас поджидала другая опасность: а вдруг от грохота со скалы свалится многотонный обломок, способный расплющить дилижанс в лепёшку? Мы с Ланой съежились в салоне, маленькие стёкла которого задребезжали, когда несколько особенно мощных ударов грома забили уши, кошмар! Хотелось влезть в какую-нибудь выемку, пещеру!
А когда гром закончился, по реке, вспенивая воду, ударил сильный град, хорошо, что дилижанс и упряжка были прикрыты скалой. Весь этот природный апокалипсис длился всего минут двадцать, а мне наше беспомощное состояние показалось вечностью.
И вдруг всё прекратилось, стихия устала. Возничий, ругаясь на чём свет стоит, в одиночестве вернулся и протянул руки к печке.
Поднявшийся ветер снёс с горы чёрную тучу, град закончился, апокалипсис ушёл на восток. В просветы между облаками заглянуло вечернее солнце, освещая пихтовый лес через реку напротив и узкую полосу ледника на ближнем склоне. По-осеннему спокойная река, вбирая дождевые потоки, быстро вздулась, превращаясь в стремительный и неудержимый поток.
– Хорошо, что дождь растопил снег на дороге, теперь лишь бы мороз не упал, ведь на льду можно и в пропасть сверзиться, – проворчал Гика, подкидывая парочку поленьев. – Пойду, посмотрю на Геллерта.
Упрямец так и сидел под козырьком на облучке.
Опять пошёл снег, всё такой же пушистый.
– Не знаю, Марк, в какое хранилище тайн ты нас везёшь, но ещё пару снегопадов, и в эту долину будет не проехать, – неожиданно сказала девушка. – Становится всё холоднее, наверное, это последний дождь в горах.
– Что же, будем считать, что сам Ванк подтолкнул меня в спину…
Какая тут высота? Ну, пусть сколько-то украдёт продолжающийся после перевала спуск. Пожалуй, метров четыреста всё равно будет, ледники рядом.
Солнце уже клонилось к закату, тени удлинились. По ущелью над потоком ползли клочья тумана. Мистическая обстановочка! Горы огромные, скалы отвесные… Из облаков в высоте вырастали движущиеся фигуры монстров, окруженных оранжевым контуром предзакатного света. Это сияние – уже явный перебор. Природа, прекращай нагонять жуть!
За поворотом уклон чуть увеличился, едем вниз, дорога перестала вилять, обрыв отодвинулся.
– Не выгонишь, – констатировал Гика, закрывая переднюю дверь.
– Как он там? – спросил я.
– Бурчит что-то под нос. Кувшин почти допил, а как был трезвым, так и остался. Больше не дам, чего добро зря переводить, в заначке последний бочонок… Скоро придёт в себя. Геллерт хороший солдат, тёртый. Побыстрей бы.
– Вижу долину! – раздался громкий голос охотника за головами.
Вот она!
Дилижанс достиг границы скального массива, горы раздвинулись, демонстрируя вытянутую вдоль реки чашу небольшого плато. Солнце стояло низко – вот-вот спрячется среди пиков, – и его лучи полого лежали на широко раскинувшейся поляне.
Все полезли наружу, неужели приехали?! Холодный ветерок ударил в лица, но мы застыли не от этого: команда молчала, ошеломлённая хаосом снега, света и простора.
Долина Башен безжизненно смотрела на пришельцев…
– Четырнадцать башен, всё сходится, это она, – закончив подсчёт, я опустил трубу, которую тут же вырвал из моей руки Геллерт.
– А надо было две покупать! – с занудной назидательностью пояснил он.
Башни были раскиданы по всей долине почти равномерно, а не в виде компактного анклава. Часть из них вообще стояла на скалах, чуть ли не прижимаясь к крутым склонам. Густой лес остался только по окраинам. Слева с гор стекал ручей, перерезавший долину по центру. Справа нависал ледник, мерцающий в наступающем сумраке синими полосками. Небольшое озеро лежало всего в паре сотен метров от дороги, отделенное от неё полосой песка и кустарника.
– Ни одного дымка, что вы на это скажете? – тихо произнесла Лана.
– Можешь не выискивать, – мрачно посоветовал возничий. – Здесь всё спокойно, как на том кладбище, мимо которого проезжали давеча.
– Там нечисть была, – напомнил Геллерт Де Вельд. Хвала всем пророкам, ожил!
– Здесь она тоже будет, точно вам говорю, – не мог успокоиться возничий. – Слышал от дикарей о драконах? Да ещё и горные тролли сюда захаживают.
– Чтоб тебе язык склеило в трубочку, ворчливый повелитель повозки! – воскликнул воин. – Накличешь!
Лана тоже не замедлила вступить в разговор:
– Для битвы с драконами у нас есть славный воин Геллерт Де Вельд! – эх, жаль, не знают на Ванкоре слово троллинг…
Гел смешно пошлёпал губами, задумался.
– Милая пташка, скажи мне, ты сильно расстроишься, если я откажусь с ними биться? В мире довольно дураков, гоняющихся за драконами по дорогам Ванкоры, и мне, право слово, не хотелось бы оказаться в их числе… Я уже добыл немало военной славы, и на моём теле больше десяти шрамов от ран, полученных в кровавых сражениях, ты же видела! Разве этого не хватает?
– Вполне хватает для летописей! – воскликнула она, вылущивая очередную тянучую конфетку из грубо сделанной бонбоньерки без рисунка. В Элоне запаслась, дети любят сладкое. – И всё же такой подвиг был бы прекрасен!
Воин посмотрел на нас с Гикой, словно спрашивая: шутит зловредная девица или нет? Вдруг его растерянное лицо озарилось вспышкой понимания, он потянулся и произнёс хриплым шёпотом, предостерегающе помахивая указательным пальцем:
– Я, по крайней мере, сумею от них отбиться и спрятаться. А остальные? Ты, Лана? Так что поберегись призывать навстречу злые силы, клянусь, мы их и так встретим!
– Вот и договорились, – подвёл я итог. – Теперь по делу…
– Знаешь, какая именно башня нужна? – по делу спросил Гика.
– Самая большая.
– Хо-хо! Задачка легче лёгкого, Марк! – воскликнул охотник за головами и вытянул руку. – Тогда это одна из тех двух!
Вот ведь какое разное восприятие у людей… Гел указал на высокие, метров в тридцать, пожалуй, узкие боевые башни, стоящие на склонах. Правда, многие историки сомневаются, что подобные постройки имели существенное фортификационное значение. Гарнизон в них крошечный, запасов очень мало, сечение квадратное, далеко не самое лучшее, с точки зрения стратегической обороны. Достаточно самой примитивной стенобитной машины, чтобы вынести у постройки углы, а затем разрушить и стену. Для обороны куда пригодней сечение круглое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
