– А разве плетение способен снять кто-то, кроме того, кто его создал? Я прекрасно помню, как Мать сказала, что ни она, ни кто-либо другой…
– Ты забываешь, что я – Целительница. И мне, в отличие от других, доступно то, что не умела даже Холера. Но мы уже давно отклонились от темы нашего разговора, – ее взгляд стал колючим, и она больше не улыбалась. – Я вами не разочарована. Это хорошо. В первую очередь, для вас. Но знакомство знакомством, а дела делами. Я хочу вам кое-что предложить. Тебе, Лаэн. И тебе, Шен. Ты, молодой человек – приятный довесок в эту чудную компанию. Побольше молчи и не лезь в дела магов. Тогда я с радостью буду потчевать тебя пирогами до конца твоих дней. Согласен?
Я, не имея альтернативы, кивнул.
– Вы двое подумайте вот над чем. Ваши «искры» не такие уж и светлые. И вам есть чему поучиться. А мне нужны хорошие ученики. Именно мне. И именно ученики. Есть, что рассказать и показать. Я не собираюсь убеждать вас перейти на сторону тех, кого в этой стране давно знают как Проклятых. И мне, и вам, это ни к чему. Я предлагаю лишь учебу.
– В обмен на что? – усмехнулся Шен.
– А что у тебя есть такого, что мне нужно, а, мальчик? – усмехнулась Проказа. – Ни-че-го. Мне следует передать знание хорошим людям. Тем, которые смогут его понять, удержать и донести до других. Мне нужны союзники и соратники, а не бездарная мелочь. Если согласитесь, то останетесь со мной. Предупреждаю сразу – о побеге можете забыть. От меня еще никто никогда не убегал, мои хорошие. Конечно, со временем, после того, как станет понятно, что вы со мной – получите полную свободу. Но не раньше. Уверена, после нескольких уроков вы и думать забудете о том, чтобы оставить меня. Вот такое вот у меня к вам предложение. Всякие тонкости обсудим несколько позже, когда вы дадите окончательный ответ. Я не тороплю. Но времени, действительно, мало. Так что, мои дорогие, к завтрашнему вечеру хочу услышать ваше решение.
– А если наш ответ вам не понравится? – снова вякнул Шен.
Проклятье! Ну, как заткнуть этому дураку рот? За каким говом он ее злит?
– Хм… – Проказа «задумалась». – Признаюсь тебе честно, мой мальчик, я очень разочаруюсь. Я не могу вас отпустить. Кто-нибудь из моих соратников может случайно вас перехватить. А в чужих руках вы, боюсь, станете помехой для меня. Не скажу, что серьезной, но таким старым женщинам, как я, лишние назойливые мухи совершенно ни к чему. Поэтому, в независимости от предпочтения – вы останетесь со мной. К сожалению, я не могу ждать Рована, мальчик слишком занят игрой в войну, да и говорить ему о таких гостях неразумно. А сама я в перековке не слишком сильна. Однако выбора у меня нет. Впрочем, как и у вас.
– Простите, госпожа, – вкрадчиво сказала Лаэн. – Но я не могу согласиться на ваше предложение. Не «не хочу», а «не могу».
– Почему?
– Потому что умру.
– А! Ты из-за того маленького плетения, которым, судя по почерку, тебя наградили в Башне? Совсем я стала рассеянная. Оно тебя тяготит?
– Тяготит? – Лаэн посмотрела на Тальки так, что стало понятно – ей кажется, будто она ослышалась, столь глупым был вопрос ведьмы. Но Ласка тут же взяла себя в руки. – Да. Пока плетение в «искре», моя жизнь под угрозой, и я буду делать то, что мне приказали.
– Как нехорошо и примитивно принуждать человека вот таким вот способом, – огорченно покачала головой Тальки. – Слишком ненадежно. В любой момент можно лишиться ценной «искры». Выжечь ее. Впрочем, о чем я говорю? У Ходящих никогда не хватало ума на большее. Если не секрет, что ты должна сделать?
– Доехать до Радужной долины.
– Тебя отправили учиться? – удивилась Проклятая.
– Нет, – губы Лаэн тронула улыбка. – Мать хочет припрятать меня до поры до времени. Для себя.
– Ха! А она не дура. Но тебе не стоит думать о ней. Плетение очень просто снять. Я могу сделать это прямо сейчас.
– Но разве не тот, кто создал…
– Ну, вот. Опять, – огорченно вздохнула Проказа, закатив глаза к потолку. – Не знаю, кто вбил тебе в голову этот бред, но запомни раз и навсегда – обычные правила магии для Целителя не закон, а задача. И если знаешь решение, то перед тобой нет ничего невозможного. Это делается очень просто. Вот так, – она с иронией развела руками. – Теперь тебе незачем идти в Радужную долину. Счастлива?
– Вполне.
– Кира! Абдул!
Вошла бывшая Ходящая и некромант.
– Отведите их. Всего доброго, мои хорошие. Вам есть над чем подумать. Ступайте. И возьмите пирожков на дорожку.
Глава 24
Перед самым закатом Тиф сползла с седла, стреножила лошадь и, упав в траву, позволила себе целый нар отдыха. Когда солнце зарылось в степь, небо стремительно остывало, а первые звезды висели высоко-высоко, Проклятая продолжила погоню. Она чувствовала, что те, кого так долго преследовала через всю страну, где-то рядом. В Тиа с каждой минкой разгоралась уверенность, что на этот раз никаких ошибок не будет. Она поймает их, обретет утраченное и станет такой, как прежде.
Лишь к утру, когда трава обветрилась алмазными зернами крупной росы, а звезды одна за другой начали гаснуть, Убийца Сориты устроила привал. Кое-как проглотив кусок сыра и зажевав его черствым хлебом, она забылась тревожным тяжелым сном и только через несколько наров проснулась оттого, что перестала ощущать «метку». Дочь Ночи настолько с ней сроднилась, что отсутствие восприняла так, словно ей отрезали руку.
Тиа пришла мысль, что она все еще спит и видит кошмар, понадобилось несколько ун, чтобы понять – все происходящее совершенно реально. «Метка» и не думала возвращаться. Она исчезла. Растворилась в воздухе, словно никогда не было.
– Невероятно. Невероятно. Невероятно. Этого не может быть! Не со мной. Только не со мной, – шептали сухие обветренные губы Тиф.
Затем на нее упало отчаянье. Накрыло тяжелыми черными крыльями, вгрызлось в кости и превратилось в слезы. За последний месяц Тиа плакала уже не первый раз и не сразу смогла успокоиться.
Что произошло? В дело влез новый игрок? И этот неизвестный обладает не только длинным любопытным носом (последний следовало укоротить при первой же возможности), но и великолепным опытом во владении Даром. Вряд ли такое могла сварганить девчонка-самоучка. Да и Целителю знаний на подобный шаг не хватало. Кто-то из избранных? Или, того хуже – один из Шести? Или… тот незнакомец, с которым она однажды столкнулась у пирсов? Какие дела у этого человека могли быть с лучником?
Пришел «вызов» от Тальки, и Тиф создала «Серебряное окно».
Проказа улыбалась. Щурилась, словно старая, облезлая, вечно голодная, а теперь накормленная горой свежей печенки, кошка. Казалось, еще миг, и она, распушив обрубок лишайного хвоста, замурлычет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
