Я уже достала мобильник позвонить Ане и рассказать о неудаче, как меня спросили сзади:
– Спешишь?
Я обернулась. На меня смотрел Даниил и загадочно улыбался. Пальцы сами нашли красную кнопку и отключили разговор прямо под вопросительное Анино «Алло?».
– Нет, не спешу.
– Я бы тебя пригласил на чашечку кофе, но погода замечательная, – он сделал жест рукой, показывая на пронзительно голубое небо с перьями облаков. – Прогуляемся по городу, если хочешь, я недавно переехал и еще ничего не видел. Ты не против?
– Нет, конечно нет.
Боже, меня уже так давно не приглашали на свидание! Или это не свидание и ему просто нужен проводник? Я уже ни в чем не уверена.
Мы пошли по улице по направлению к остановке. Я тайком рассматривала небритую щеку с черной щетиной, пушистые ресницы и нос с небольшой горбинкой. По-своему красив, но главное – спокоен и уверен в себе. Не навязывается, не пытается понравиться. Спокойно идет рядом и думает о своем, не пытаясь завязать разговор.
– Можно спросить, откуда вы приехали?
– Мне очень неудобно: я обратился на «ты», а меня поставили на место. Прошу прощения.
Я ужасно смутилась, он мне чем-то понравился, и я хотела произвести хорошее впечатление, а вместо этого заставила его почувствовать себя грубияном.
Я принялась многословно извиняться и перешла на «ты», но он только отмахнулся и с улыбкой сказал:
– Проехали.
Начали мы плохо, поэтому единственным способом исправить ситуацию показалось сказать правду.
– Признаюсь честно, я сама в Краснодаре только год, и большинство времени посвятила учебе, поэтому из рук вон плохо знаю местность. Если хочешь, поедем в центр, купим путеводитель и будем бродить по достопримечательностям, уткнувшись носами в книгу.
Даниил удивленно усмехнулся, будто только что я сообщила ему замечательную новость, а не призналась в своей полной профнепригодности в качестве проводника.
– Давай, отличная идея, – сказал он. – Только без путеводителя. Пойдем куда глаза глядят. Если у тебя нет других дел, естественно.
Я отрицательно покачала головой. Ехать в общежитие не хотелось, там, как цунами за спиной, меня ждала гора невыученного материала.
Мы словили автобус и поехали, ютясь на сиденьях в последнем ряду, как подростки. Даниил постоянно показывал на интересные здания за окном и с энтузиазмом комментировал:
– Мария, посмотри, какая красота! Ну же, ты все пропустишь! Глянь, там за углом голубое здание с белыми окнами. Прям дворец, интересно, кто в нем живет?
Постепенно я заразилась отличным настроением и тоже дергала его за рукав и говорила:
– Ты все пропустишь, смотри и запоминай – тут лучший клуб города, видишь – деревянная дверь между зданиями с черной надписью? Ну там, где мусорка… Да не смотри на меня так, отличное место, они специально шифруются, чтобы круче выглядеть.
– А ты любишь танцевать?
– Люблю, только часто ходить не получается.
– Я вообще не помню, когда в последний раз танцевал. Если не стыдно тащить старика, возьми меня тряхнуть стариной.
– А сколько тебе?
– Двадцать девять. А тебе, красавица?
Я даже зарделась от такого обращения, хотя да, в его глазах я читала интерес. Нравлюсь. В груди заплясали джигу пузырьки шампанского.
– Двадцать один. Ты и вправду пожилой, артрит не замучил?
– Не боись, суставы в порядке, как и кое-что другое. Я о голове в случае чего. На память не жалуюсь.
– Ну смотри, тогда придется тебе запоминать дорогу. У меня врожденный топографический кретинизм. До сих пор через раз общежитие нахожу. Соседи привыкли, что могу вечерами долго стучать в дверь и сердиться, а потом сконфуженной уползать к себе домой.
Он опять послал мне тот же удивленный, но радостный взгляд.
Так мы и болтали, между делом узнавая все больше и больше деталей друг о друге. О работе в Майкрософте я стеснялась спрашивать, не хотелось нарушать непринужденность беседы.
Приехав в центр, мы проголодались, и Даниил предложил все-таки посидеть в кафе и выпить чашечку кофе. Я не отказалась.
Светило солнышко, но уже дул прохладный осенний ветер, швыряя горстями листья по тротуару. Мы остановились в неплохом местечке на Красной улице неподалеку от парка. Сели за столик на дощатом патио, под навесом в красную полоску, у перилл с горшками гортензий.
Даниил пил лимонад через трубочку и подставлял лицо солнцу, довольно прищуриваясь.
– Даниил… – начала я, собираясь спросить его, откуда-таки он приехал.
– Зови меня просто Данила. Полным именем меня только чужие зовут, а мы ведь уже вроде не чужие, правда, Мария?
– Тогда и я просто Маша.
– Да? И тебе не хочется красиво называться на европейский манер?
– Как будто личину носить, – скривилась я. – Зачем выпендриваться?
Он откинулся на спинку стула, задумчиво крутя в руках трубочку из лимонада.
– Знаешь, от имени многое зависит, тебе это любой специалист скажет. Тот же брендинг, например.
Я фыркнула и отпила маленький глоточек из чашки с дымящимся кофе.
– Так я же не самопиаром с тобой занимаюсь, а просто гуляю по городу. Мы уже вроде как не на собеседовании. Я его провалила и теперь просто Маша.
Я подмигнула Даниле, а он щелкнул пальцами, поймав ускользающую мысль:
– Кстати об интервью, я вот что хотел тебе сказать: не переживай, я видел, что расстроилась. Ты хорошо отвечала, мне понравился твой ход рассуждений. Просто нет смысла тебя брать на студенческую ставку с недостаточным багажом знаний – пока поймешь, что к чему, уже год пройдет. Ты сколько готовилась?
– Две недели, – сказала я, густо покраснев и жуя булочку.
– Ну ты даешь, Маша! Никогда бы не сказал… Серьезно?
Я сконфуженно кивнула.
– Блин, вот смелость! Неплохие амбиции, – сказал он, покачав головой и помешивая трубочкой лимонад с кубиками льда. – Далеко пойдешь, Маша, поверь, в этом мой глаз наметан.
Я не поняла, посчитал ли он меня зарвавшейся выскочкой или действительно оценил самонадеянный порыв начать работать в Майкрософте. Я знала, что другие готовились месяцами и даже брали специалистов для натаскивания перед собеседованием. Я уделила всего лишь интенсивные две недели и надеялась на лучшее. Меня поставили на место, и это было болезненно, но не смертельно.
– Это плохо? – наконец отважилась я спросить его напрямую. Раньше я бы ни за что не призналась в своих чувствах, но после истории с Игорем во мне что-то сломалось, и я больше не хотела ничего скрывать и оставлять недосказанным с парнем, который пригласил меня на свидание.
– Маш, – сказал Даниил, удивленно ухмыляясь и глядя исподлобья. – Ты все-таки такая девочка. Все тебе нужно знать, особенно о произведенном впечатлении.
