А может, ему и тогда приснилось. На этой планете Игорь быстро разучился доверять ощущениям.
Однако поспать в то утро ему так и не довелось. Едва первые лучи солнца показались из-за восточного склона, он услышал крик. Далекий, но все же отчетливый крик. Если исключить версию об очень скрытных аборигенах, то это могли быть либо Алекс, либо Стэн. Никаких признаков аборигенов до сего момента Игорь в горах не встретил, а потому резко вскочил, завертел головой. Откуда пришел звук? Откуда-то сверху, но с какой стороны? Эхо может сыграть злую шутку, оно здесь ничуть не добрей, чем в горах Эльвиры.
Ладно, спуститься в долину здесь можно лишь в нескольких местах. Склоны окрестных гор неприветливы, и если человек не самоубийца, он будет спускаться там же, где и доктор — по относительно пологой осыпи в верхней части долины.
Значит, в любом случае, сначала нужно идти туда. Кричали, вроде, не от боли, вообще, непонятный какой-то крик. Хотя, расстояние велико, да и эхо искажает звуки. Додумывал эту мысль Игорь уже на бегу.
Плохо было, что с тех пор так больше ничто и не нарушило тишину. Стало даже казаться, что звук примерещился, был частью ночных иллюзий, каким-то образом сбежавших из сна. А может, он таки задремал…
Уклон усилился, мелкие камни стали выворачиваться из-под ног. Крупные качались, «оживали».
А потом он увидел — слева, на более ровном участке, человеческая фигура. Видно только ноги и спину. Значит, кто-то все-таки сорвался, упал.
Игорь изменил направление движения. Вверх двигаться было немного проще, чем вбок. Но он справился, и довольно быстро. Человек оказался скафандром. Кем-то скинутым и выброшенным.
— Так, — сказал он вслух, — еще этого не хватало.
Проверил передатчик в найденном скафе, — не работает. Что требовалось доказать. Его собственная станция тоже молчала с самого первого момента. То ли виной странности здешней атмосферы, то ли эта техника вышла из строя еще в космосе. Хотя, с чего бы. Версия про атмосферу более правдоподобна, но менее желательна.
…а единственным средством коммуникации на той планете были признаны ночные кошмары…
Игорь огляделся. На склоне больше никаких признаков человеческого присутствия. Скорей всего, кто-то снял скаф еще наверху, а потом скинул его. А может, тот сам упал, скатился. Значит, лезем дальше.
Если бы кто-то спросил, зачем он это делает — зачем разыскивает тех двоих, которые, по сути, его бросили, не ответил бы, пожалуй. Во всяком случае, задумался бы надолго. Тщетность этих поисков, ровно как и любых других действий, не вызывала сомнений.
А все-таки где-то в глубине, в самом укромном уголке сердца жила крошечная надежда. А вдруг сны все же несут долю истины. И кто-то ищет потерявшихся на планете людей, пусть даже не Сашка…
С перевала открывается вид на соседнюю долину. Она выше, круглая, обрамленная неровными зубцами гор. Дно долины поросло мхом. Все тем же серебристым.
Стало почти светло, сумерки здесь короткие.
Хорошее место, чтобы оставить знак, о котором говорила Сашка.
Глупо верить снам, но когда больше некому, остается хотя бы эта малость. Значит, здесь. Но знак подождет. Сначала нужно выяснить, кто кричал.
Игорь присел на камень. Подъем дался ему нелегко. Все-таки три дня почти впроголодь, да еще и двигаться приходится постоянно. Опять же — сны. А сегодня и вовсе отдохнуть не удалось.
Ну, кто мог кричать? Долина казалась такой открытой, что трудно представить, будто кто-то может здесь укрыться от внимательного взгляда. Ни крупных камней, ни деревьев, ничего.
Человека он увидел позже, когда со вздохом поднялся и направился присмотреться к россыпи камней более темного цвета, чем все остальные здесь. Вчера он такого не видел и заинтересовался, вдруг это родник. Пить хотелось очень.
Вообще, в здешних горах воды много. Она выбивается прямо из-под камней, ручьи сливаются, превращаясь в неглубокие и быстрые реки с ледяной водой. Но Игорь, сорвавшись на примерещившийся голос, даже не подумал о том, что потом обязательно захочет пить.
Человек стоит у обрыва, подперев плечом скалу, и задумчиво, как показалось Игорю, разглядывает долину, в которой доктор провел ночь.
Комбинезон у него синий, значит, это Стэн.
— Эй! — окликнул Игорь.
Тот обернулся. Слишком резко. Видимо, у парня закружилась голова, он чуть не упал, впился пальцами в темные камни.
Игорь подошел ближе.
— Отойди от края, — посоветовал он. — Упадешь.
Стэн отчаянно мотнул головой и вновь повернулся к обрыву. Черт! Может, на него здешние иллюзии действуют сильней? И он сейчас видит не Игоря, а кого-то другого?
— Стэн, меня зовут Игорь Седых. Мы втроем попали на эту планету. Стэн, вы слышите меня?
Он близко. Снова обернулся, и теперь можно различить лицо, заросшее темной щетиной. Осунувшееся, с блестящими воспаленными глазами. А все равно видно, что парню лет двадцать. Молодой, испуганный.
— Стэн, вы меня слышите?
Кивнул. Снова как-то резко. Вот потеряет равновесие, и собирай потом, доктор, кости под обрывом…
— Хорошо. Отойдите от края. Вы можете сорваться.
— Все равно нам отсюда не выбраться…
Голос очень тихий. Игорь скорей прочитал ответ по губам, чем услышал.
— Глупости. Нас ищут. Идите сюда.
Но Стэн замотал головой и сел на камни — там, где стоял. Игорь немного перевел дух — теперь, чтобы свалиться, парню придется приложить некоторое усилие.
— Вы не понимаете…
— Все я понимаю. Вы устали, голодны. Заблудились…
— Да мы же все здесь умрем… скоро.
— Не хотелось бы. Лично я рассчитываю вернуться.
Игорь постарался, чтобы его голос звучал как можно убедительней. Кажется, удалось.
— Связь не работает… откуда они узнают… полковник не станет рисковать…
Речь путанная, движения резкие, плохо контролирует себя. Наглядное пособие, а не пациент. Что ты, парень, делаешь в военном флоте со своей скрытой склонностью к суициду и низкой стрессоустойчивостью?
— Не знаю, как твой полковник. Но нас ищут, можешь мне поверить. И найдут. Ну, давай руку…
Но «пациент» вдруг весь подался назад, словно от чумного, и закричал:
— Я же его убил! Понимаешь? Я его убил! Сам…
— Кого ты убил? — Игорь был уже настолько близко, что был уверен — если Стэн решит все же спрыгнуть с обрыва, он успеет схватить его за ногу.
— Алекса…
Так. Замечательно.
Парень облизал губы и заговорил быстро, глядя прямо перед собой:
— Я не знал, что это Алекс. Я думал… мне казалось… это был другой человек. Беглый… он Вика убил… я тогда не догнал его, не успел… так и не знаю, что случилось… а тут — он. Я клянусь, это был он. Я его лицо на всю жизнь запомнил. Не веришь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
