«Большое количество немецких специалистов и ученых в области авиации находится сейчас в наших руках. Эти ученые и специалисты обладают огромным запасом знаний, накопленных за время работы в научно-исследовательских и опытных организациях Германии. Часть этих специалистов находятся в зоне, занимаемой союзниками, но, по имеющимся у нас сведениям, уже используется союзниками и некоторые из них отправлены в США и Англию.
Имеются также сведения и о том, что среди немецких ученых, находящихся в советской оккупационной зоне, наблюдается большое стремление попасть в Англию и США, что для нашей страны было бы чрезвычайно нежелательно. Необходимо не только не допустить перетекание германских ученых к союзникам, но, наоборот, принять меры к использованию (их) в наших интересах.
С нашей точки зрения, было бы целесообразно на территории СССР или в оккупированной нами зоне Германии организовать специального типа организации с особым режимом (под наблюдением НКВД), где немецкие ученые могли бы вести научно-исследовательские работы по нашим заданиям. Основное руководство и направление научно-исследовательских работ таких организаций должны возглавляться советскими учеными; немцы должны быть изолированы от общения с нашими научными и опытными организациями.
Ввиду чрезвычайной важности вопроса, прошу доложить его товарищу Сталину с тем, чтобы поручить НКАП и НКВД совместно подготовить проект решения по этому вопросу»[614].
Неясно, знал или нет автор письма о том, что за неделю до этого, 19 июня 1945 года, руководство НКВД санкционировало первую попытку «инвентаризации» своих интеллектуальных «ресурсов» — высококвалифицированных «зэков»-специалистов. В тот день было издано распоряжение НКВД № 132 «Об учете специалистов, работающих в лагерях НКВД для военнопленных и интернированных», в котором говорилось:
«В соответствии с приказом НКВД №0014 от 11 января 1945 г. учет специалистов, работающих в лагерях для военнопленных и интернированных, должен проводиться отделами кадров НКВД республик и УНКВД краев и областей, в связи с чем предлагается:
1. Взять на учет всех специалистов с законченным высшим и средним специальным образованием, работающих как военнопленные и интернированные, и должны их учитывать в общих квартальных отчетах о движении специалистов по форме 52-Т (объявлена приказом НКВД СССР №002286 1942 г.), представляемых в отделы кадров НКВД.
2. Представить в отдел кадров НКВД по установленной форме на указанных специалистов контрольные списки по состоянию на 1 июля 1945 г.»[615].
Первые результаты «инвентаризации» заместитель начальника Главного управления по делам военных и интернированных (ГУПВИ) НКВД СССР А. 3. Кобулов сообщил 15 октября 1945 года Л. П. Берия в «Справке о количестве немецких ученых и специалистов, выявленных в лагерях НКВД для военнопленных».
Вот текст этого любопытного документа:
«В целях использования немецких специалистов, содержащихся в лагерях НКВД нами был проведен специальный учет.
В результате выявлено:
Докторов физико-математических наук — 2.
Докторов физики и химии — 2.
Профессоров физики и химии — 10.
Докторов и инженеров химии — 91.
Химиков — 39.
Инженеров — электриков — 139.
Электромехаников и электротехников — 21.
Инженеров машиностроения 125.
Инженеров-механиков — 140.
Механиков — 12.
Всего — 581.
Об использовании военнопленных специалистов Оперативным управлением ГУГПВИ НКВД СССР докладываю Вам письмом №28/00/8933 от 7 сентября 1945 года.
Прошу Вашего решения»[616].
И решения последовали. Одно из них — более тщательно провести проверку всех военнопленных. Вдруг кто-то попытался скрыть свою квалификацию? Другое указание — создать специальные конструкторские бюро, подчиненные 4-му спецотделу МВД СССР. Одно из них занималось работами в области авиационной техники.
Результаты второй «инвентаризации» отражены в «Докладной записке о количестве высококвалифицированных специалистов, выявленных среди военнопленных, и возможности их использования по специальности». Ее подготовил 22 июня 1946 года помощник министра внутренних дел С. И. Круглова для И. В. Сталина и Л. П. Берия. В этом документе не только сухая статистика, но и предложения об эффективном использовании этих людей:
«В лагерях военнопленных МВД СССР выявлено до 1600 высококвалифицированных специалистов.
В том числе:
Докторов физико-математических и технических наук— 111 чел.
Инженеров общего машиностроения — 572 чел.
Инженеров строителей и архитекторов — 257 чел.
Инженеров-электриков — 216 чел.
Инженеров-химиков — 156 чел.
Инженеров по слабым токам — 29 чел.
Инженеров по самолетостроению — 39 чел.
Горных инженеров — 37 чел.
Инженеров-металлургов — 28 чел.
Инженеров по автостроительству — 16 чел.
Инженеров-путейцев — 13 чел.
Инженеров-текстильщиков — 9 чел.
Агрономов — 13 чел.
Прочих специалистов — 85 чел.
По отзывам Академии наук СССР, ряда научно-исследовательских институтов и хозяйственных министерств, среди выявленных специалистов имеются крупные ученые, а также видные производственные и технические руководители известных германских фирм. Так, например, Христиан Манфред — член быв(шей) Германской академии наук, крупный специалист по газовым турбинам и реактивным двигателям, быв(ший) технический директор моторостроительной фирмы «Аргус».
По имеющимся данным, американцы через своих доверенных лиц пытались его получить из советской оккупационной зоны Германии и вывезти в США.
Хеймендт Пауль — доктор технических наук, один из крупнейших специалистов в области низких температур, моторов внутреннего сгорания и ракетных агрегатов.
Буссе Эрнст — доктор физических наук, бывший руководитель Центрального института дециметровых и сантиметровых радиоламп.
Бранднер Фердинанд — бывш(ий) технический директор завода фирмы «Юнкере» в городе Дессау по производству турбинных самолетов, изобретатель и владелец многих патентов по 24-цилиндровому авиационному мотору.
Юнг Герхард — профессор физической химии, бывш-(ий) руководитель института при Центральной военно-химической лаборатории в Шпандау и ряд других.
МВД СССР организовало работу с выявленными специалистами, в результате которой получено значительное количество технических материалов, получивших положительные оценки заинтересованных организаций.
В связи с этим ряд министерств и научно-исследовательских институтов обратились в МВД СССР с просьбой передать им нужных специалистов из числа военнопленных и интернированных для использования на заводах, в конструкторских бюро, институтах и других объектах.
Запросы поступили из Министерства черной металлургии, авиационной промышленности, электропромышленности, целлюлозной и бумажной промышленности, химической промышленности, машиностроения и приборостроения, станкостроения, Совета радиолокации, Главного управления гидрометслужбы при Совете Министров СССР, а также от ряда научно-исследовательских институтов Министерства Вооруженных Сил СССР.
МВД считает целесообразным удовлетворить просьбу заинтересованных министерств. Проект Постановления Совета министров СССР прилагается»[617].
Проект Постановления, на который есть ссылка в этом документе, содержал шесть пунктов.
В первом пункте Госплану при Совете Министров СССР вместе с МВД СССР поручалось распределить выявленных среди военнопленных и интернированных специалистов по отраслям промышленности. Во втором пункте МВД СССР поручалось освободить отобранных для работы в промышленности специалистов из лагерей, выдать им временные удостоверения на проживание в местности, куда они направлялись на работу, установив контроль за режимом проживания. На соответствующие промышленные министерства возлагался контроль за правильным использованием специалистов и за созданием им надлежащих жилищно-бытовых условий. Проект предусматривал оплату труда специалистов по существующим ставкам для советских специалистов с выдачей половины этой суммы в валюте государств, подданными которых были военнопленные и интернированные. За МВД СССР было оставлено право водворять обратно в лагерь тех специалистов, которые не проявят себя на работе в течение трех месяцев или по каким-либо причинам не могут быть в дальнейшем использованы на производстве[618].
С сентября 1947 года согласно Приказу МВД СССР № 00837 от 7 августа 1947 года «О сосредоточении оперативных учетов враждебного элемента и агентуры по военнопленным и интернированным в первых отделах МВД—У МВД» на оперативном учете стояли не только преступники, но и «специалисты в области перспективных отраслей науки и техники».
По этому приказу сотрудникам МВД, которые осуществляли агентурно-оперативное обслуживание лагерей военнопленных и интернированных лиц, нужно было выявить и сообщить в первые отделы областных МВД установочные данные на категории специалистов работавших в сфере:
