— Да ты-то тут с какого боку?.. — отмахнулся раздраженно Куница. — Делать мне больше нечего, как в дурной злости бабам головы рубить.
А в следующий момент, на поляну, роняя из пасти розовые хлопья пены, еле вполз взмыленный гепард, и рухнул со стоном ничком на землю, после чего отозвался слабым, запыхавшимся голосом Степана.
— Прости, брат… Упустил я его… Слишком уж быстр… чертушка оказался. Прости…
— Ага, теперь ты тоже предложи казнить себя, — рявкнул на него Тарас. — С ума все посходили… Надеюсь, хоть опричник умнее вас будет.
— Обязательно буду, — отозвался Василий, тяжело опускаясь у кострища. — Жизнь на царской службе ко всякому приучает. Хотя, можешь мне поверить, Иоанн Васильевич не преминул бы парочку голов с плеч снять. В назидание иным слугам… Не зря ж его — Грозным прозвали. Но, не все в нашей власти. Как сквозь землю провалился нечистый.
— У нас и так всего четыре головы в наличии. Пришлось бы, для острастки, сразу ополовинить ватагу. А с кем после совет держать? — вымучено улыбнулся Куница. — Делать-то что станем, братцы?
— Ты атаман, тебе и решать… — пожал плечами Степан и неожиданно обратился к девушке. — Галия, прикрой нас с Василием, хоть чем-нибудь, а? Видишь, одежда вся в негодность пришла. Нагишом неудобно, от важных мыслей отвлекает, а мой морок для тебя, что туман летний.
— Уже, — усмехаясь одними уголками губ, ответила девушка. И мужчины оказались облаченными в отличные шаровары и мягкие кожаные безрукавки.
— Спасибо, солнышко, — искренне поблагодарил ее Орлов, с удовольствием разглаживая руками новый наряд. — Все же, брат чародей, женщины в этом деле больше нашего понимают… Ну, так какие мысли будут, атаман? Куды бечь станем?
* * *
Истекающее жирком мясо издавало одуряющий аромат, но угрюмо супившиеся люди не обращали на него никакого внимания. И только после того, как в вечернем воздухе отчетливо пахнуло горелым мясом, единственная среди сидящих у костра хмурых путников, светловолосая девушка осторожно дотронулась до плеча одного из мужчин.
— Господин… Атаман… Тарас… Ужин совсем сгорит. Уснули вы все, что ли? Можно, я сниму дичь с жару? А то — голодными останемся.
От голоса девушки мужчина, названный атаманом, очнулся и переспросил:
— Что?
— Мясо пригорает… — повторила Галия.
— Нет, про сон…
— Уснули, говорю все, а мясо сгорает…
Куница перевел рассеянный взгляд на догорающий костер и окончательно пришел в себя.
— Так что ж ты сидишь? — ухватился за ближайший прут, с нанизанной на нем четвертью заячьей тушки и радостно заорал. — Эй, други! Очнитесь! Все не так плохо… Я же вам еще о своем последнем сне рассказать не успел.
— О чем? — быстро повернулся в его сторону белобрысый здоровяк. — Да, ты упоминал, что-то…
— Но, ведь мы реликвию уже нашли и у нас ее украли… — более равнодушно отнесся к словам товарища Василий. — Чем теперь поможет какой-то сон? Пусть даже самый вещий…
— Хватайте мясо, пока оно окончательно не превратилось в угли, и слушайте…
В голосе казака не осталось и следа от былого уныния. И заразившись его неожиданным задором, расшевелились и остальные.
По крайней мере мясо было спасено…
— Так вот… — начал Куница, когда первый голод был утолен и процесс поспешного поглощения пищи перешел в стадию неспешного и вдумчивого пережевывания. — В прошлую ночь мне вновь приснился отец… Теперь я точно знаю, что он жив, и прячется где-то неподалеку от того места, на котором небесный архистратиг вручил ему священную хоругвь. Думаю, нам следует не медля, разыскать его.
— Отыскать отца, дело святое, — согласился опричник. — Более того, это твой сыновний долг. Но… Не сочтите меня за тупого чурбана, чем это поможет нам в поисках похищенной реликвии?
— Точно не знаю, — искренне ответил Куница. — Вот только не верю я, что все так просто. Отец многое повидал, и житейской или военной смекалкой, смог бы многих за пояс заткнуть. А ведь он не мог не догадываться, что коль враги прознали о реликвии, то после известия о гибели Тимофея Куницы, в первую очередь станут приглядывать за его родней. Нет, он должен был что-то мудрее придумать, чем отослать небесную хоругвь домой, небрежно засунув ее в старую кульбаку. И так странно, что до сих никому пор не пришло в голову взять, да выпотрошить седло.
— Может, оттого и не пришло, — возразил Орлов, — что и другие, как ты, решили, будто это слишком просто и глупо.
— Ну, хорошо, пусть так. Но ведь все эти вещи могли попросту не попасть в Михайловку. Те самые товарищи отца, которым он доверил их доставку, могли и сами сгинуть. Мало ли какая беда поджидает человека в Диком Поле?
— Значит, другого выбора не было. Пришлось рискнуть…
— Вот-вот… — кивнул Тарас в такт своим мыслям. — Собственно, к чему я и веду. Точно ничего не известно. И пока отец сам не расскажет, как все случилось с ним на самом деле, мы — можем только гадать.
— Хорошо, — согласился Небаба. — А ты знаешь, где именно искать то самое место? Видел во сне какие-то характерные приметы?
— Увы… Но, уверен — если найти кого-то из тех, кто были тогда вместе с ним, они нам его укажут.
— А этих где искать?
— Думаю, на Сечи, — пожал плечами Тарас. — Там точно либо их самих застанем, либо что-то важное разузнаем.
— Что ж… можно и на Сечь махнуть. Галия хоть и не покойный атаман, царствие ему небесное, но кобылка из нее ничуть не хуже Призрака получилась. За пару дён домчит. Как считаешь, девонька? Справишься? — Небаба чуть насмешливо легонько ткнул шаманку локтем в мягкий бочок. — В женском обличии тебе все равно в Кош дороги нет, а лошадкой — добро пожаловать.
— Если господин прикажет… — спокойно ответила та, одновременно на пару ударов сердца делая жилетку Степана совершенно прозрачной, а потом возвращая ей прежний вид. Мол, не забывайся чародей, кто тут правит бал… — Но, мне кажется, что пробираться на Запорожье нет резона.
— С чего бы это? — поинтересовался Тарас, с усмешкой поглядывая, на встревожено лапающего руками свою одежду здоровяка.
— Думаю, каждый, кто может держать в руках оружие и прознает о том, что орда двинулась к Хотинской крепости, поспешит под ее стены. Вот там вы и найдете всех, кого ищете.
— Приятно видеть, когда женщина не только красива, но и умна… — согласился с ее доводами Василий. — Разумное предположение. А главное, Хотин к нам не только гораздо ближе Запорожья, но и по пути… Не найдем нужных людей — поедем дальше.
— Вот и решили, — решительно плеснул себя по коленям Куница. — Сейчас давайте спать, а с рассветом, и двинемся, Богу помолясь… Странно, други, но я почему-то убежден, что у нечисти сегодня не возникло повода для веселья, — и вся эта запутанная история только начинается…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
