Я невероятно сердился на девушку за то, что решилась подвергнуть свою жизнь опасности, за то, что едва успел поймать ее там над обрывом. Пусть я ненадолго пережил бы Лею, но невосполнимое чувство потери буквально захлестнуло меня, когда в последнюю секунду успел сжать в ладони тонкое запястье. Никогда еще не испытывал подобного страха за чужую жизнь и уж точно не потому, что жизнь эта была связана с моей. Как же я злился на нее! Я был в бешенстве! Но даже эти чувства не помогли мне перебороть восхищение собственной женой. Ну что за непостижимая женщина! Как она провернула этот трюк с перемещением! Кажется, я плохо на нее влияю, раньше Лея ни за что бы не выкинула подобное, просто смирившись с моим решением. Невыносимая любимая упрямица! Научилась соблазнять собственного мужа, а еще накрепко вбила себе в голову мысли о том, чтобы родить мне ребенка. Что было бы, окажись ее сон лишь плодом разгоряченной несбыточными мечтами фантазии? Что если бы кольца не оказалось в той расщелине? Ведь тогда нам пришлось бы намного хуже. Рискнуть всем и не получить ничего взамен слишком мучительно для тех, в ком горит надежда. И одно дело рисковать ради чего-то вполне осязаемого, а другое - ради призрачной мечты.
Жена и правда нашла свое кольцо, нашла и не выпускала его из рук. Я раньше слышал о таких удивительных людях. Они не были провидцами, не могли видеть будущее, но благодаря их чистой не замутненной злостью душе, святые небеса посылали им в дар провидческие сны, способные помочь в переломные моменты в жизни, направить или защитить, а иногда подсказать выход, как в данном случае с Леей.
Я перевел взгляд на умиротворенное лицо темноволосой девушки, лежавшей сейчас в моих объятиях, едва сдерживаясь, чтобы не начать вновь покрывать поцелуями ее тело, ощущая почти физическую боль от необходимости выпустить ее сейчас из своих рук. Очень осторожно я поднялся с дивана, наклонившись и подхватив мое крепко уснувшее счастье на руки, перенес ее на кровать, а потом, едва прикоснувшись губами к темным волосам, выпрямился и открыл портал в заброшенный дом.
Эрик был уже здесь. Весь стол, а также стул рядом с ним, тумбочка и пол были уставлены всевозможными колбами, банками и склянками. Что-то булькало, что-то шипело. Запах стоял невероятно тошнотворный! Я зажег под потолком дополнительные магические шары, осветившие устроенное Эриком безобразие, и осторожно прошествовал к старому креслу. Усевшись в него, достал из кармана плаща свиток и углубился в изучение собственных расчётов. Внезапно потайная дверь с легким скрипом отъехала в сторону, и в проем вступил Аурус.
- Альтар, - кивнул он мне.
Я поприветствовал его в ответ. Эрик, оторвавшийся от своих колб, махнул целителю рукой и вернулся к прерванному занятию.
- Рад тебя видеть, - сказал я хмурому магу.
- Если бы не мой долг, Альтар, я бы здесь не появился.
- Прекрасно это понимаю.
Аурус отвернулся, стремясь скрыть собственную досаду, и в этот момент в тайный проход шагнул Ольган.
- Я ничего не пропустил? - раздался веселый голос друга.
Аурус:
Я злился, а как могло быть иначе? Ходить в должниках у Астелло, который задумал... нет, о таком даже помыслить страшно, а я вынужден подчиниться этой его прихоти потому, что когда-то, находясь под влиянием эмоций, дал клятву оплатить свой долг жизни. Тогда я и представить не мог, чем это для меня обернется.
Никогда не любил диора, впрочем, как и многие. А за что его было любить? Холодный, бездушный, всегда ходил в любимчиках у короля, а женщины сами падали к его ногам. Не буду однако утверждать, что моя неприязнь зародилась с нашей первой встречи, скорее, совсем наоборот. Когда я познакомился с диором, я восхищался им, его силой, а также решительным волевым характером.
Все изменилось в один день, когда во дворце я встретил Светлену, удивительную девушку, перевернувшую весь мой устоявшийся мир. Такая красивая, грациозная, очаровательная и в то же время настоящая женщина, знающая себе цену и прекрасно понимающая, чего она хочет от жизни. Когда впервые увидел ее нежное лицо, то просто остолбенел. Я ведь тогда только приступил к работе в лазарете. Сам Риний принял меня своим помощником и все благодаря моему сильному целительскому дару. Удивительно, что Риний также восхищался Альтаром и благоволил ему. В те первые дни во дворце мне все казалось восхитительным. Замок был просто роскошен! Огромный, светлый, с цветными витражными стеклами, каждая картинка в которых - совершенство, настоящий шедевр из сотни, тысячи самоцветных камней. Всякая сцена отражала какое-нибудь событие из нашей истории. Многие из них были посвящены великим деяниям короля-основателя. Великолепные стены дворца, покрытые магической штукатуркой, способной преломлять свет таким образом, что поверхность казалась радужной, местами были закрыты потрясающе красивыми гобеленами, сотканными руками самых искусных в королевстве мастериц. Полы были из редчайшего мрамора, который мы закупали у гномов. Однако помимо красоты, дворец также отличало совершенно непонятное устройство, бесконечная сеть лабиринтов и переходов, лестниц и коридоров, спусков и подъёмов.
Заблудившись однажды в этом огромном замке, я и натолкнулся случайно на Светлену, попросив у сиятельной девы помощи. Красавица беззлобно посмеялась надо мной и провела в главный холл, напутствовав напоследок, попросить у служанки поисковик.
С той самой знаменательной встречи я всякий раз искал повода увидеться с девушкой, и мне это удавалось. В какой-то момент даже стало казаться, что аристократка благоволит мне. Какой же шок я испытал потом, когда узнал, что она тоже охотится за Альтаром. Как она могла, моя Светлена, эта изумительная девушка, как могла стать одной из многих соискательниц сомнительного счастья разделить постель с бездушным диором? Как могла уподобиться всем этим глупым придворным дамам?
О тайне девушки я узнал совершенно случайно от одной из целительниц, которая, не догадываясь о моих чувствах, рассказала об эликсире любви, купленном у нее Светленой за очень большие деньги. Моя возлюбленная ухитрилась не только достать этот эликсир, но и подмешать диору в вино на званом обеде. Я тогда наблюдал за ней издалека и все видел. Заметил, как зажглись ожиданием ее глаза, стоило Альтару пригубить вино. Этот взгляд ранил мне сердце. Диор же вел себя совершенно невозмутимо. После обеда я проследил за ним, видел, как дар Астелло отправился в сад, и прокрался следом. Конечно же моя избранница тоже последовала за мужчиной и подкараулила его на темной садовой дорожке, ожидая, что диор падет к ее ногам. Она так явно показала ему собственные чувства, столь открыто праздновала свою победу, что была невероятно и до глубины души уязвлена его холодной усмешкой и жестокими словами о том, что на него любовные эликсиры не действуют. Я ушел тогда из сада, чтобы не видеть ее слез, а после перестал искать встреч. Как же глупо было надеяться с ее стороны, что мужчина с ледяным сердцем способен на любовь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
