плечи и грудь. Немного успокоилась. Хотя, конечно же, до полного спокойствия было очень далеко. Снова закрыла глаза.
И невольно взвизгнула, когда плеснула вода, и горячее сильное тело очутилось бок о бок с ее.
— Тише, тише! — Итан обхватил ее за плечи, — не то прислуга сбежится, подумают, что я тебя убиваю…
— Ты-ы-ы, — прошептала Вельмина, — что ты…
От него пахло свежестью. Мыльная пена на гладкой коже. Волосы мокрые. Отросшая за день щетина, которую внезапно хочется погладить. И взгляд… пугающий. Кельвин на нее так не смотрел ни-ког-да.
Итан заглянул ей в глаза, как будто спрашивая разрешения. Интересно, что он хочет? Поцеловать? Или что-то большее?
Собственно, когда два взрослых человека, мужчина и женщина, сидят в одной ванне с ароматной пеной, глупо ожидать, что они ограничатся светской беседой.
— Закрой глаза, — внезапно требовательно сказал Итан.
— А что ты будешь делать?
— Ничего такого, о чем ты потом будешь жалеть.
Вельмина вздохнула. Ну, в самом деле, что ей терять? Красивый мужчина, который ей нравится. Между прочим, всего лишь один мужчина. Наверное, она просто устала сопротивляться. Просто… устала бояться.
И она закрыла глаза.
Некоторое время ничего не происходило. Потом… она поежилась, чувствуя, как Итан аккуратно стягивает с нее простыню. Совсем чуть-чуть, только вот она больше не закрывает грудь.
Вельмина невольно съежилась, когда мокрые пальцы Итана погладили ее по щеке, скользнули по шее вниз, нарисовали узор еще ниже, на грани дозволенного. И, казалось бы, ничего ужасного. А проклятое тело почему-то вспоминает только то, как это больно и стыдно. Мысли, помимо воли, цеплялись за любую отговорку, только бы не…
— Мы неженаты, — прошептала Вельмина.
И съежилась, жмурясь, ожидая вспышки гнева.
— И то правда, — с усмешкой согласился Итан.
Снова плеснула вода. Вельмина посмотрела на широкую спину дракона, когда он выбирался из ванны, все ещё обмотанный ниже пояса белой простыней. И такая тоска накатила, хоть вой. Она едва не крикнула — вернись! — но момент был упущен.
Итан обернулся, посмотрел на Вельмину с непонятной улыбкой.
— Ты же понимаешь, если я введу тебя в Храм, пути к отступлению уже не будет?
Она кивнула. Глупо как-то получилось.
— Если ты не хочешь всего этого, то лучше прекратить прямо сейчас, — добавил он, — я верну тебе твое обещание, которое ты дала в лесу.
— Я…
Она вдруг растерялась. Ее всю мгновенно омыло холодным страхом и неверием: а вдруг в самом деле все это закончится, даже толком не начавшись? Вдруг… он уйдет?
Сама мысль о том, что они никогда больше не увидятся, резала и пластала, словно острый нож. И так странно было это чувствовать… как будто они уже срослись вместе, как два деревца, посаженные слишком близко. Переплелись корнями и ветками так, что уже и не разорвать.
Вельмина торопливо поправила простыню, натянула ее на грудь. И хрипло ответила:
— Обряд Соединения будет для меня счастьем.
Итан непонятно сверкнул глазами и, улыбнувшись каким-то своим мыслям, вышел прочь.
***
Книга, которой Вельмина разжилась в библиотеке, оказалась толстой, невероятно нудной — и столь же невероятно полезной. Конечно, пришлось посидеть с ней не один вечер. Некоторые страницы Вельмина просматривала по диагонали, особенно, когда дело касалось построения заклинаний. Вельмина не была магом, и потому все эти «центры энергий», «связки» и «срезы» ей были совершенно непонятны. Про совместных детей истинных магов тоже было сказано очень мало, однако одно Вельмина усвоила четко: браки между магами не заключались. Никогда. Если это так, то имелись серьезные причины, о которых автор данного труда не удосужился упомянуть, и, конечно же, отмахиваться от них не стоило. Но попробуй это объясни фарфоровой принцессе. Она влюблена — и все, а потом хоть трава не расти.
А потом, уже ближе к концу, Вельмина нашла очень интересный раздел. Он был маленьким, пара незаметных страниц — затертых почти до дыр. И шла там речь о том, что путем жертвоприношений магические построения урожденного мага обретают дополнительную мощь. Вельмина даже нашла нарисованную пирамиду, где в основании были нарисованы кошки и собаки, выше — козы, ещё выше — лошади. Человек, судя по рисунку, находился почти на вершине, а вот венчал пирамиду тоже человек, но помещенный в кокон, что-то вроде яйца. Вельмина положила в этот раздел закладку и понесла показывать книгу Итану.
Нашла его в гостиной, в крыле де Вера. Итан сидел в кресле, вытянув ноги и положив их на бархатную банкетку. Сюртук беззаботно сброшен на спинку ближайшего стула. На столике — полупустая чашечка кофе. В руках — небольшая книжка.
Вельмина подошла, остановилась. Поймала его взгляд. Она до сих пор так и не могла понять, как это у него получается: только посмотрел, а у нее внутри сразу как будто сотни мотыльков щекочут крылышками. Рука сама потянулась к его щеке, той, со шрамом. Как его разгладить? Это ведь оттого, что в дракона дали залп из орудий… И просто чудо, что он остался жив… И вовремя себя одернула. В конце концов, она здесь по делу, а так, если начинать хватать Итана руками, то никакого дела точно не получится.
— Что это? — Вельмина тронула книгу.
— А у тебя? — он не торопился вставать с кресла. Откинулся на спинку кресла, глядя на Вельмину снизу. И, понятное дело, что ему было неинтересно, что она там читает — ему просто нравилось на нее смотреть.
— Я нашла кое-что про браки среди истинных магов и про жертвоприношения, — строго сказала Вельмина.
— А мне вот советник поручил ознакомиться со справочником ядов, — ответил Итан.
— Кого травить будете? — Вельмина невольно нахмурилась, и желание оказаться где-нибудь подальше от этого дома, королевского дворца и Кентейта заодно стало весьма ощутимым.
Итан рассмеялся.
— Не травить, воробьишка. Но, по словам де Вера, я должен знать признаки тех или иных ядов на теле.
— А что, много тел?
Она внимательно наблюдала за королем-драконом. Внутри екнуло, когда он напустил на себя наигранно-спокойный, флегматичный вид.
— Не много, но есть, — тихо ответил он, — так что там, с жертвоприношениями?
Вельмина прошлась по гостиной. Покосилась на Итана: он ждал, не сводя с нее взгляда, и радужки его казались парой серебряных монет.
— У меня такое чувство, что маг Ардиан собрался принцессу похитить и принести в жертву, — мрачно сказала она, — а ещё даже здесь написано,
