Международного трибунала. Американский судья Дж. Кинап – главным обвинителем на судебном процессе, одновременно обвинителем от США.
Обвинение поддерживали опытные национальные юристы – представители от каждой страны – участницы МВТ.
От СССР обвинение представляли член-корреспондент Академии наук СССР С.А. Голупский, государственные советники юстиции А.Н. Васильев и Л.Н. Смирнов.
Защита была представлена 79 японскими и 25 американскими адвокатами. Участие американских защитников в судебном процессе мотивировалось некомпетентностью японских адвокатов в англосаксонской судебной процедуре.
Задача его заключалась в «организации справедливого и быстрого суда и наказании главных военных преступников на Дальнем Востоке».
* * *
К судебной ответственности были привлечены 28 человек, которые обвинялись в непосредственной причастности к разработке и проведению политики агрессии и милитаризации экономики.
Сразу следует оговориться, что избежали суда представители крупнейших японских монополий, финансировавших и направлявших агрессоров, хотя советское обвинение по праву, объективно настаивало на привлечении их к уголовной ответственности.
Перед судом предстали:
– премьер-министры разных лет К. Койсо, Х. Тодзио, К. Харанума, К. Хирота;
– вице-премьер министр Н. Хосино;
– военные министры С. Араки, С. Итагаки, Д. Минами, С. Хата;
– военный вице-министр Х. Кимура;
– морские министры О. Нагано, С. Симада;
– морской вице-министр Т. Ока;
– командующий японскими войсками в Центральном Китае И. Мацуи;
– начальники бюро военных дел военного министерства А. Муто, К. Сато;
– член Высшего военного совета К. Доихара;
– начальник генерального штаба армии И. Умодзу;
– министры иностранных дел И. Мацуока, М. Сигэмицу, С. Того;
– дипломаты Х. Осима, Т. Сиратори;
– идеолог японского фашизма С. Окава;
– лорд-хранитель печати К. Кидо;
– председатель планового комитета при кабинете министров Т. Судзуки.
Подсудимым было предъявлено обвинение в заговоре, совместно с Германией и Италией, «обеспечить господство агрессивных стран над остальным миром и эксплуатацию его этими странами…».
Кроме того, в нем говорилось, что, используя все средства, обвиняемые «намеревались и действительно планировали, подготавливали, развязывали и вели агрессивные войны против Соединенных Штатов Америки, Китайской Республики, Британского Содружества наций и Северной Ирландии, Союза Советских Социалистических Республик, Австралии, Канады, Французской Республики, Королевства Нидерландов, Новой Зеландии, Индии, Филиппин и других миролюбивых народов в нарушение международного права, договоров, обязательств и заверений. с нарушением законов и обычаев ведения войны…».
Было выдвинуто 55 обвинительных пунктов, разделенных на три группы:
а) «Преступления против мира»,
б) «Убийства»,
в) «Военные преступления и преступления против человечности».
В группу «а» входили обвинения в разработке планов, ведении подготовки и развязывании агрессивных войн.
В группу «б» – убийство военнослужащих и гражданских лиц при развязывании незаконных военных действий и прочие убийства с нарушением общепринятых законов и обычаев ведения войны, как расстрел военнопленных, массовое убийство гражданского населения и прочее.
В группу «в» – негуманное обращение с военнопленными и гражданскими интернированными лицами.
На вопросы членов Международного трибунала, признают ли подсудимые себя виновными, все 28 японских преступников ответили отрицательно.
Сделаем небольшое отступление.
Когда после процесса генерал-лейтенант К. Н. Деревянко докладывал И. В. Сталину о результатах своей миссии в Токио, хозяин Кремля спросил:
– Какие трудности испытывал Международный трибунал в ходе суда над японскими военными преступниками?
– Очень мало было документальных материалов, подтверждающих совершение японской военщиной преступлений, – ответил генерал.
– Куда же делись подлинники?
– Были уничтожены для сокрытия злодеяний.
– Судя по тому, что творилось в отряде № 731, имя этому явлению скорее «зверство». – Сталин сощурил свои небольшие, с желтоватыми белками глаза, отчего они показались еще меньше, хмыкнул и добавил: – Да, зверства. И следы их надо было прятать. Ничего, мы еще разберемся с не выясненными Международным трибуналом в Токио преступлениями самураев. Несколько сот тысяч их захвачено в плен. Развяжутся языки.
Когда генерал Деревянко покинул кабинет вождя, Сталин стал читать тот кусок копии приговора, где говорилось и о зверствах, и об их сокрытии:
«Когда стало очевидным, что Япония вынуждена будет капитулировать, были приняты организованные меры, для того чтобы сжечь или уничтожить каким-либо другим образом все документы и другие доказательства относительно плохого обращения с военнопленными и гражданскими интернированными лицами.
Японский военный министр 14 августа 1945 года приказал всем штабам армий немедленно уничтожить путем сожжения все секретные документы. В тот же день начальник жандармерии разослал различным жандармским управлениям инструкции, в которых подробно излагались методы эффективного уничтожения путем сожжения большого количества документов».
Начальник отделения лагерей для военнопленных (Административный отдел по делам военнопленных при Бюро военных дел) отправил 20 августа 1945 года начальнику штаба японской армии на острове Тайвань циркулярную телеграмму, в которой он заявил:
«С документами, которые могут оказаться неблагоприятными для нас, если они попадут в руки противника, следует обращаться так же, как и с секретными документами, и по использовании их необходимо уничтожить».
Копии этой телеграммы были отправлены в японскую армию в Корее, Квантунскую армию, армию в Северном Китае, в Гонконг, на остров Борнео, в Таи, Малайю и на остров Ява.
Именно в этой телеграмме начальник отдела лагерей по делам военнопленных сделал следующее заявление:
«Личному составу, который плохо обращался с военнопленными и гражданскими интернированными лицами или к которому относятся с большим недовольством, разрешается ввиду этого немедленно переехать в другое место или скрыться без следа…»
Сталин был осведомлен руководителем военной контрразведки СМЕРШ генерал-лейтенантом В.С. Абакумовым о том, как уничтожались военнослужащими Квантунской армии документы о разработке бактериологического оружия и испытаниях в различных экстремальных средах и ситуациях наших военнопленных и местного населения в лагере № 731 в Маньчжурии. Когда Абакумов доложил ему обобщенную справку по этой теме, вождь был потрясен изуверством японцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
