Л.Н. был реалистом и считал, что без оружия и без захватов не обошлось и не могло обойтись. Объединить и удержать под единым началом столь великое разнообразие невозможно одним принуждением, без добровольности и согласия. Правда, Гумилев был не всегда прав, когда утверждал, что народы Евразии к нашему времени уже в основном нашли свои территориальные государственные границы, сселились в некие конгломераты этносов, и произвольно разорвать их нельзя. Принципиально важно, по-моему, всем нам, россиянам всех национальностей, понять, что не Запад и не Восток, а именно Россия как общее, собирательное суперэтническое, если хотите, понятие, является матерью и истинным домом населяющих ее народов1117.
Завоевания и захваты, конечно, были, но больше было другого. Л.Н. любил приводить пример вхождения Грузии в состав России: «Долгое время первые Романовы – Михаил, Алексей, даже Петр – не хотели принимать Грузию, брать на себя такую обузу. Только сумасшедший Павел дал себя уговорить Георгию XIII и включил Грузию в состав Российской империи. Результат был таков: в 1800 году насчитывалось 800 тысяч грузин, в 1900 г. их было 4 миллиона»1118. В другом интервью Л.Н. высказался еще более выразительно: «Русские войска защищали их от турок, персов, кавказских горцев – чеченцев. Русские сражались, грузины пили кахетинское и очень мирно жили вместе»1119.
В 1992 г. я получил письмо из Закавказья. Армянский профессор, мой друг, писал: «У нас холодно, у нас голодно, мы без света, вот что дала горбачевская перестройка. Видимо, путь к независимости проходит через ад». Да, в советские годы Армения жила неплохо, если в начале века там жило 1,5 млн армян, то в 1989 г. – 3 млн. Не было никаких «оккупантов». Более того, доля русских с 4% в 1939 г. снизилась до 1,6% в 1989. «Имперское устройство» России – СССР позволило армянам сохранить и упрочить свою национальную самобытность. Через 10 лет число армян, покинувших родину, достигло 1 миллиона!1120
Л.Н. многократно подчеркивал такую черту русских, как умение понимать и принимать другие народы. Это подтверждено историей: ведь опорный слой царской России во второй половине XIX в. лишь на 45% состоял из православных. Так называемые «инородцы» (и это не было уничижительным словом) поднимались на самые высоты иерархической лестницы России, начиная с татарина Симеона Бекбулатовича, которого Грозный, удаляясь в Александровскую слободу, оставил вместо себя на троне, и кончая армянином Лорис-Меликовым – по существу правителем России на рубеже XIX – XX веков1121. «Что бы ни говорили, хоть Чаадаев, хоть Бердяев, – писал Л.Н., – наша история не более кровава, не более мрачная, не более катастрофичная, чем история той же Европы, Ближнего и Среднего Востока или Китая, где при этнических потрясениях уничтожалось две трети, три четверти и даже, эпизодически, девять десятых населения (Китай, VI в.)»1122.
Все это абсолютно современно и верно, все это не какое-то чудачество далекого от жизни ученого и подтверждается позициями и словами очень разных, но авторитетных и абсолютно современных людей. Сергей Кургинян пишет: «Строго говоря, СССР равно «империя минус империализм» или еще лучше: «Империя – форма существования цивилизации, строящейся на наднациональном фундаменте»1123. Как подчеркивал Юрий Жданов, в отличие от империй Россия не имеет этно-класса, т. е. экономически и политически господствующей нации; это государство в равной степени русское, татарское, бурятское, башкирское и т. д.1124.
Все это как-то ужасно быстро забылось, когда в эпоху «перестройки» начали лихо отрицать дружбу народов. Как будто все, что делалось на этот счет и не существовало: дней культуры народов СССР в Москве и столицах республик, огромных тиражей классиков национальных культур, да и лучших современных писателей и поэтов. Между тем одним из самых ностальгических мотивов по Союзу остается у людей возможность сесть в поезд (да и самолет был доступен практически всем) и выйти «на дальней станции» любой из республик, выйти и встретить если не родных, то друзей или коллег, увидеть открытые лица, и уж точно – не вражду. Недаром именно в эти годы Л.Н. писал: «Во-обще дружба народов – лучшее, что придумано в этом вопросе за тысячелетие». За тысячелетие!1125
«Перестройка» и «реформы» поставили под сомнение, если не перечеркнули, многие, казалось бы, бесспорные положения; еще бы – одна чеченская бойня говорила о стремлении Центра к типично имперской политике, к силовым, страшным решениям. Действия российских властей подорвали у многих и веру в евразийство как реальную концепцию «международной политики внутри страны», подорвали даже там, где авторитет Л.Н. был и остается бесспорным, в частности в Татарстане1126. Видный татарский историк, советник президента Татарстана – Рафаэль Хакимов сформулировал это так: «Современное евразийство представляет из себя конфликтогенную идеологию, ибо, не выдвигая общих ценностей для различных народов и стран, оно тем не менее говорит о восстановлении государства в старых границах. В таком случае ей не на что уповать, кроме грубой силы»1127. Правда, при этом почему-то представителем евразийства у него фигурирует журналист Денис Драгунский, никак не замеченный в «Гумилевстве» или евразийстве.
Вина политиков современной России (грех сказать, национальных политиков) абсолютно очевидна: они не восприняли подлинного духа евразийства, абсолютно неспособны выдвинуть общие ценности для различных народов России, не говоря уж о СНГ.
Ложь № 3: «Вас здесь не стояло», как шутливо говорила когда-то А. Ахматова. В серьезном варианте ложь такого рода состояла в исконности тех или иных земель для «исконного же» народа. Мы единственные и коренные, все остальные – мигранты, «покупанты», оккупанты и вообще «не граждане» (в балтийском варианте геноцида). Ложь эта дошла до того, что чтимая интеллигентами газета всерьез писала, что «доля исконно русской земли составляет (в РФ) всего несколько процентов!»1128.
Л.Н. утверждал, что исконных земель не бывает. Каждый народ-этнос возникает в историческом времени, завоевывает или занимает территорию, меняет на новую, а ему кажется, что он всегда там жил. Л.Н. опровергает это заблуждение: всегда никто не жил1129. В другом интервью Л.Н. уточнял: «Навечно закрепленных за каким-то народом земель и территорий не существует»1130.
В 90-х гг. лживые мысли и спекуляции на национальных мотивах были не у народов, а у так называемых «политических элит», а еще проще и грубее – у корыстного сословия, современных князьков и баев (по Л. Гумилеву), у серо-безграмотной «новой образованщины» России (по А. Солженицыну).
«Желательно, – писал Л.Н., – чтобы политики знали историю, пусть в небольшом, но достаточном объеме»1131. За доказательствами правильности подобного требования далеко ходить не надо: высшее лицо страны искренне считало, что граница Чечни с Дагестаном – это не одна, а почему-то ... две границы, а один из экс-премьеров заявлял, что «Россия занимает основную часть Европы»1132. А. Солженицын сказал про таких: «Они мнятся себе на исторических государственных высотах, на коих не состоят»1133. По национальному вопросу он высказался вполне по-гумилевски: «Страна многонациональная в трудные моменты своей истории должна иметь опору в поддержке и одушевлении всех своих граждан. Каждая нация должна иметь убежденность, что единая защита общих интересов государства жизненно нужна также и ей»1134.
Ложь № 4: Распад СССР был неизбежен, а произошел вследствие экономического краха социализма в «холодной войне» с США. «Колбасное объяснение» (сколько сортов «у них», а сколько у нас) не удовлетворяло Ученого, и он отмечал, что «те, кто ненавидели друг друга, ненавидели и раньше, когда в магазинах всего было достаточно»1135.
Ложь № 5: «Империя зла» не имела идей, кроме как ложных (строительство коммунизма, интернационализм). «Нет, имела!» – возражал Л.Н. Однажды, в пору всеобщего охаивания марксизма, он даже спросил воображаемого оппонента: «Не понимаю, зачем вам оспаривать теорию исторического материализма?»1136. Необходимо заметить, что сказано это было в период охаивания марксизма. Но вместе с тем Л.Н. жестко критиковал то в советской политике, что понимал куда лучше власть предержащих – этническую политику, говоря его словами. «Все, что делал Сталин, было упрощением этнической системы. А мы сейчас расхлебываем»1137. Истинные корни межнациональных конфликтов заключались в шаблонизации решений: совершенно бессмысленно переносить прибалтийские особенности на Чукотку или Памир. «Право выбора пути, – многократно повторял Л.Н., – всегда принадлежит этносу»1138.
