Вместе с новобранцами Элор усиленно обучалась владению мечом. Застав ее в спарринге на тренировке, Стас поразился настойчивости и горящим глазам девушки.
— Для чего тебе это, я все равно не позволю тебе сражаться! — сказал он.
Элор сунула подарок Огневара в ножны. Пряди на ее лбу слиплись от пота.
— Тот, кто хочет править, должен уметь подтвердить свое право!
— Право на трон и так твое. Все знают об этом.
— Я многое поняла, Мечедар. Право владеть надо уметь защищать. Я знаю, что Ильдорн мой по праву, но готова доказать это в честном бою. Я готова сразиться с Айрин!
— Она не станет биться с тобой, — улыбаясь, заявил Стас. — Может, она и меча-то никогда не держала!
— Она примет мой вызов — или сгниет там, где томилась я! — отрезала Элор, и Стас не нашел, что ответить. Было неприятно видеть злобу в глазах любимой, но он ее понимал. Испытать то, что испытала Элор, не каждому под силу. В его мире месть считалась пережитком, чем-то недостойным и осуждаемым, она преследовалась по закону, но Стас не верил, что справедливость восстанавливается законами. Нет, она добывается теми, кто испытал подобную боль. Никакая чернильная строка, никакая умная фраза не способны выразить и представить человеческую боль и страдания. И он не осуждал Элор, надеясь, что ей не придется столкнуться с Айрин.
Наконец требюше был готов. Стас лично проследил за установкой машины напротив южных ворот, за которыми возвышалась цитадель. Завидя катящегося деревянного монстра, лучники выпустили тучи стрел, но ставры прятались за передвижными щитами. Затем полетели пропитанные смолой горящие стрелы, и тут уж пришлось нелегко. Смельчаки сбивали пламя и гибли. Стас подал команду отступить, после чего велел обить дерево мокрыми шкурами. И требюше вновь выкатили на позиции.
Уловка с мокрыми шкурами помогла — поджечь камнемет аллери не удалось, и Стас подал команду заряжать. Требюше стрелял медленно, но скорострельность от осадного орудия и не требовалась. Главное — попасть, а тяжелый камень сам все сделает.
Двадцать ставров с трудом натянули дрожащий от напряжения трос. Готовый к выстрелу механизм замер, замерли и все вокруг.
— Огонь! — приказал Стас. Ставр из рода Буйно-гривых ударом выбил клин, удерживающий туго натянутый трос, плечо требюше стремительно размахнулось, и снаряд полетел в сторону ворот. Неудача. Камень упал и зарылся в землю в паре десятков метров до створок. Со стен заулюлюкали.
— Заряжай меньшим! — сказал Стас. Самый простой метод прицеливания, открытый еще Архимедом, состоял в подборе камней по весу. Римляне, штурмовавшие Сиракузы, очень удивлялись, когда метательные машины греков поражали их корабли даже в упор…
Вложили меньший камень — и то его с трудом подкатили пятеро воинов.
Тишина разлилась над городом. Осажденные страшились попадания, осаждавшими владел азарт. Фффууу! Снаряд вылетел и унесся к Ильдорну. Через несколько мгновений раздался глухой удар и треск расколотой кладки. Ставры оглушительно заревели.
— Попали!!
Валун не попал в ворота, но снес часть стоящей над ними башни, и Стасу стало страшно при мысли о том, что стало с ее защитниками.
— Заряжай! — крикнула за него Элор, но возбужденные удачей ставры уже подкатили новый снаряд. Ошеломленные защитники даже не стреляли.
— Готовься! — сказал Стас Лютоглазу. — Когда ворота падут, врывайтесь в город!
Бывший зверолов кивнул. В закрытом железном шлеме с торчащими сбоку рогами, в панцире из сшитых вместе нескольких толстых кож, с огромной секирой в руках, генерал Лютоглаз выглядел грозно и жутко.
— Помни, что я сказал. Мы не воюем с аллери! Убивайте тех, кто будет сражаться, прочих не трогать!
— Да будет так, вождь.
Пристрелка продолжалась, и лишь к сумеркам огромный камень проломил врата Ильдорна. Бросившихся на штурм ставров в проломе встретила закованная в латы гвардия Айрин. Ожесточенная схватка длилась долго. На стороне аллери были выучка и страх загнанного в угол зверя, заставляющий биться до последнего. Ставры брали мощью и натиском, с двуручной секирой или молотом бесстрашно бросаясь на пики врагов. Со стен непрерывно стреляли, и отряд Элор немедленно выдвинулся на помощь. Хороших стрелков среди них было немного, но и несколько метких выстрелов хватило, чтобы заставить врага спрятаться под защиту стен.
Если бы на защиту встал каждый из горожан, ставры бы не прошли. Но гвардию почти никто не поддерживал. Аллери дрогнули, и разъяренные ставры ворвались в город. Уцелевшие в резне бежали в цитадель.
Штурм цитадели требовал особого подхода. Нападавшие понесли немалые потери, прежде чем сообразили укрыться под крышами от сыпавшихся сверху стрел и камней. Вкатить требюше в город было затруднительно, поставить и вовсе некуда — площадь перед дворцом и цитаделью простреливалась очень хорошо.
Напуганные горожане заперлись в домах, но ставры их не трогали. Присутствие среди нападавших людей смягчило страх обывателей, и Стас слышал, как из некоторых окон неслось:
— Слава Элор! Слава королеве!
Элор въехала в город на единороге. В руках королевы развевался красно-белый стяг, в отличие от белых флагов Айрин. Мастер-бронник сделал для девушки прекрасные, не сковывающие движения доспехи, рядом находились телохранители, готовые закрыть королеву щитом или телом, и, конечно, Стас. Он же Мечедар Железнорогий. Чтобы отличать своих воинов, Элор приказала каждому повязать на голову или шлем различимую издалека красно-белую повязку.
Грозный силуэт цитадели возвышался над ночным городом. Четыре опорные башни выглядели неприступно и грозно. Окружив последний оплот Айрин, повстанцы зажгли костры и ушли под защиту щитов и домов.
Возбужденный быстрым успехом Стас набросал чертеж тарана на колесах, с крышей, предохранявшей от стрел, и всю ночь проработал с плотниками, указывая, что и как делать. За подходящим стволом в лес были посланы ставры, и пока таран доставляли, в местных кузницах отковали стальной наконечник. Ствол огромного дерева подвесили на мощной раме и закрыли крышей из небольших обитых железом цельных стволов. «Настоящий танк, — думал Стас, оглядывая свое детище. — Завтра проверим его в деле».
Утром ему удалось немного поспать. Наказав разбудить себя при малейшем движении противника, Стас мгновенно уснул. Его разбудила Элор.
— Когда штурм, Мечедар? — глаза королевы яростно блестели. — Ставры отказываются идти без твоего приказа. Прикажи им! Пора!
Он схватил ее за руку и притянул к себе:
— Дело сделано. Город взят. Думаю, ни к чему лишние жертвы. Надо требовать у Айрин сдаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
