- Всё равно очень похоже на вашу личную Белую Башню, - сказала Алис. Сумеко нахмурилась.
- Нет, нет, - покачала головой Илэйн. - Белая Башня подразумевает власть, политику. Вы станете чем-то абсолютно иным. Представьте себе место в Кэймлине, куда каждый человек может бесплатно обратиться за Исцелением. Представьте город, свободный от болезней. Представьте мир, в котором провизию можно моментально доставить тем, кто в ней нуждается.
- И королеву, которая сможет направлять войска всюду, куда ей необходимо, - произнесла Алис. - Чьи солдаты смогут сегодня воевать, а назавтра быть здоровыми. Королеву, которая получит солидную прибыль, обложив налогом купцов, желающих воспользоваться её вратами.
Женщина глотнула чаю.
- Да, - признала Илэйн, хотя была не уверена, как она собирается убедить Эгвейн разрешить ей всё это.
- Мы хотим половину, - сказала Алис. - Половину прибыли от Перемещения и Исцеления.
- Исцеление бесплатно, - твёрдо сказала Илэйн. - Для каждого, кто явится, независимо от его положения. Людей будут лечить в порядке серьёзности их болезней, а не исходя из их ранга.
- С этим я могу согласиться, - сказала Алис.
Сумеко повернулась к ней, широко открыв глаза:
- Ты не можешь говорить за всех нас. Ты сама ткнула меня носом в то, что, когда мы покинули Эбу Дар, Связующий Круг распался. Кроме того, по правилам…
- Я говорю только за себя, Сумеко, - отозвалась Алис. - И за тех, кто пожелает ко мне присоединиться. Родни, которую мы знали, больше не существует. Над нами довлела потребность оставаться незаметными. Сейчас всё иначе.
Сумеко замолчала.
- Ты рассчитываешь присоединиться к Айз Седай, подруга, - сказала Алис. - Однако ни я им, ни они мне не нужны. Мне нужно иное, так же как и остальным.
- Но подчиниться трону Андора…
- Мы связываем себя с Белой Башней, - сказала Алис. - Но живём в Кэймлине. И то, и другое даёт определённые преимущества. Мы недостаточно сильны, чтобы выстоять самостоятельно. Андор хорошее место, не хуже любого другого. Город находится под покровительством Белой Башни и Возрождённого Дракона. А заодно с ним и мы.
- Вы можете изменить традиции, - увлечённо произнесла Илэйн. - Правила можно заменить новыми. Теперь, если пожелаете, вы можете позволить женщинам Родни выходить замуж. Я думаю, что перемены были бы к лучшему.
- Почему? - спросила Алис.
- Потому что это их свяжет, - пояснила Илэйн. - И сделает менее опасными для Белой Башни. Это поможет отличить вас от неё. Мало кто в Белой Башне выходит замуж, и именно это сделает Родню более привлекательной.
Алис кивнула, задумавшись. Сумеко, казалось, тоже готова была согласиться. Илэйн было жаль сознавать, что она не будет скучать по Сумеко, когда та уедет. Илэйн собиралась заставить их изменить порядок выбора главы. Намного удобнее было бы сотрудничать среди Родни с кем-то вроде Алис, а не той, которая окажется среди них старейшей.
- Я всё ещё беспокоюсь об Амерлин, - сказала Алис. - Айз Седай не взимают плату за свои услуги. Что она скажет, если мы начнём это делать?
- Я поговорю с Эгвейн, - отозвалась Илэйн. - Уверена, что смогу убедить её в том, что ни Родня, ни Андор не представляют для неё угрозы.
Надо надеяться, что сможет. Для Родни это был невероятный шанс, а также шанс для Андора иметь постоянные и недорогие врата перехода. Это практически делало её равной Шончан.
Илэйн ещё немного поговорила с женщинами, чтобы те сочли, что она уделила им должное внимание. Наконец она отослала их, а сама осталась в саду, стоя между двумя вазонами с растущими колокольчиками - их крохотные, похожие на чаши соцветия шевелил лёгкий ветерок. Она старалась не смотреть на пустой вазон, находившийся рядом с этими. Колокольчики там стали цвета крови, а когда их срезали, из них и вправду потекло что-то красное. Поэтому садовники от них избавились.
Рано или поздно, Шончан явятся в Андор. К тому времени войска Ранда, вероятно, будут ослаблены сражениями, а их лидер может быть мёртв. В очередной раз её сердце сжалось от подобного предположения, но она должна смотреть правде в лицо.
Для Шончан Андор будет лакомым кусочком. Их соблазнят рудники и плодородные земли, не говоря уже о близости к Тар Валону. Кроме того, Илэйн подозревала, что люди, объявившие себя потомками Артура Ястребиное Крыло, не успокоятся, покуда не приберут к рукам всё, что когда-то принадлежало их предку.
Илэйн задумалась о народе. Её народе. О тех, кто доверился ей, поверил, что она сможет защитить и позаботиться о них. Многие, поддержавшие её притязания на трон, почти в неё не верили. Но она была их лучшим, их единственным выбором. Она докажет, насколько этот выбор был мудрым.
Взять Родню под крыло - только первый шаг. Рано или поздно Шончан научатся Перемещению. Всё, что требовалось сделать - захватить женщину, которой известно это плетение, а затем любая дамани с достаточным уровнем Силы сможет создавать врата. Илэйн Перемещение тоже необходимо.
Но чего ей не хватало, так это людей, способных направлять, которых можно использовать в битве. Она знала, что не может об этом просить Родню. На подобное они никогда бы не согласились, как и Эгвейн, как и сама Илэйн. Принуждать женщину использовать Силу как оружие - значит стать ничем не лучше тех же Шончан.
К сожалению, Илэйн прекрасно знала, какие разрушения могут причинить женщины, использующие Единую Силу. Она лежала связанной в фургоне, пока Бергитте атаковала Чёрных Айя, похитивших Илэйн прямо посредине Кэймлина. Но она видела, к чему это привело. Сотни убитых, сотни раненых, многие выжжены погибельным огнём. Дымящиеся, изуродованные трупы.
Ей необходимо что-то иметь взамен. Какое-то преимущество над Шончан. Что-то, что в бою можно противопоставить их направляющим. Единственным, что приходило в голову, была Чёрная Башня. Она стояла на земле Андора. Илэйн объявила, что считает их частью своей страны, но пока не пошла дальше отправки инспекционных отрядов.
Что с ними будет, если Ранд погибнет? Посмеет ли она на них претендовать? Осмелится ли ждать, пока это сделает кто-то другой?
Глава 18. Сила дома
Перрин мчался сквозь темноту. Капли тумана омывали его лицо и оседали на бороде. Его мысли были смутными, отстранёнными. Куда он бежит? Что он делает? Почему? Перрин взревел и рванул вперёд, продираясь сквозь покрывало тьмы на открытое место. Он глубоко вздохнул и опустился на вершину обрывистого холма, местами покрытого короткой травой. Подножие холма кольцом опоясывали деревья. Небо, напоминая кипящий котел со смолой, грохотало и вспенивалось тучами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
