жажды познания и радостей множества удовольствий существования в физическом теле. А им, не утратившим вкус к жизни на этом плане бытия Силы, нужно всё это вкусить сполна. Его вина, что их существование ныне уныло, но причины весомы. Тяжесть их запредельна, лишь здесь он может сдерживать их.
Дети по прежнему надеялись, что он передумает, они желали творить и постигать. И даже вести за собой. Конечно же, их тайные стремления и надежда — что разрешение снова покинуть Мортис будет вручено им, известны ему.
Но уроки прошлого выучены. А решения он так и не нашёл, несмотря на своё, казавшееся беспредельным, могущество.
Лично же он… свой шанс упустил? Впрочем, обиды на Силу, это безмозглое и всемогущее как бы божество, воплощавшее сумму всей жизни в Галактике и с каждой эпохой тянувшей своё могущество дальше и дальше за пределы её, не было.
Его любовь, свершившая запретное, успела одарить его Детьми. Он жил ради них. И ради того, чтобы они не свершили подобное.
Многие годы он проводил в бесконечных медитациях, ища тот единственный путь, который позволит избежать очередной трагедии в его судьбе, проглядывавшей в некоторых вариантах будущего. Последней трагедии. Которая отправит их всех в Силу без возможности возврата.
А время текло. Нет, оно истекало. Вместе с пределами терпения Сына. Чьё могущество в Тёмной Стороне всё возрастало и возрастало. Все удобства и удовольствия, даримые жизнью в телесной форме, несли с собой и все недостатки физической оболочки. Даже Дочь, всегда поддерживавшая его, иногда робко пыталась поднять тот же вопрос.
Материнский, женский инстинкт. Дочь надеялась стать Матерью. Конечно же, она и не рассчитывала найти равного себе. Но одарённые, способные подарить ей тех, кто стал бы следующим поколением, всё же были. Но их желания и ненасытная жажда владеть и повелевать, опираясь на могущество в Силе, могли завести Галактику в бездну и даже… извратить саму Силу.
Только призраки довольствуются малым.
И древние и мудрые.
Такие, как он.
Но мудр ли в действительности он?
* * *
Он был первым.
Не давшимся смерти и вырвавшимся из её приближавшихся страшных объятий надвигающегося небытия — растворения своего «я» в Силе… Многие мечтали и до него. И после. Но первым нашёл путь к вечной жизни он. Чтобы отшагивать вместе с временем и Галактикой эпохи, размышляя от вечности и познавая Силу.
Этого… бессердечного всеобъемлющего монстра-родителя и одновременно заботливую родительницу.
Всего живого.
Которое само, в свою очередь, породило в этой Галактике Силу, едва вырвавшись из первородного хаоса мёртвой материи.
Он давно бросил попытки понять сей парадокс — сама жизнь породила Силу и Сила, пронизывающая всю живую и неживую материю в Галактике.
* * *
За сотни тысяч лет жизни и странствий в Галактике от встретил пятерых, подобных ему. В разные времена взобравшиеся на самую вершину могущества. Своими путями. Познанием, свершениями. И ужасающими злодеяниями. Они нашли общий язык, как-то договорились о взаимоприемлемом взаимодействии. И правили, хотя и опосредованно, низшими расами. Всякое было.
Впрочем, он спохватился о том, что цель не оправдывает средства только тогда, когда посчитал, что наконец то достиг личного счастья и гармонии. Седьмая. Встреченная им юная одарённая, способная подняться на их уровень. Это было тогда, когда он достиг зенита своих познаний и могущества. И решившего, что пришло время создать с любимой настоящую Семью.
Она стала Матерью. Их стало девятеро.
Он готовил место для неё в пантеоне. А она… возжелала всего и сразу.
Позже, бросая им несправедливые упрёки, она обвинила его в том, что нужна была ему, Отцу, лишь как подходящее лоно для потомства.
А он… всего то долго размышлял, как лучше свершить необходимое и хотел провести процесс преображения смертной формы в любом из источников мягче. Не заставляя её излишне страдать.
А, возможно, его настоящая вина была лишь в том, что он решил, что она должна сперва родить для него.
Чтобы стать по настоящему рядом с ним. И теми, кому они вдвоём подарили жизнь…
* * *
Одна из рас-слуг — Раката, собравшие всю свою мощь в невообразимый интеллектуальный кулак и смогших сконструировать невиданные технологические устройства, восстала против Небожителей, разобравшись сперва с Гри и Ква.
И они, Небожители, безмятежно наблюдали за происходящим. Отстранившись от «жалких войн» смертных.
А после пришёл их черёд.
Против изобретательности, помноженной на ярость и погружение в Тёмную Сторону совокупности индивидов целой расы не смогли устоять пятеро, встреченных им, других зазнавшихся Небожителей.
Эти пятеро не смогли уйти даже в Силу. Развоплощённые в схватках с расой, использовавшей чудовищные порождения сплава Тёмной Стороны и технологических достижений.
Как будто тех Небожителей и не было никогда.
Такова была ярость этой Расы, не способной воспринять даже каплю Света.
Но его ярость и желание мести за равных себе и страх за детей были больше. Он, поддержанный Сыном и Дочерью, нашёл способ и отомстил.
Медленно, но навсегда лишив их доступа к Силе. А его лучшее философское детище — Орден Равновесия, нанёс раката главный удар, от которого они не оправились.
Конечно же, он знал, где и поныне скрывались жалкие остатки расы, сознательно шагнувшей во Тьму без возврата.
Милосердие было не чуждо ему.
Хотя и очень своеобразное.
* * *
Он, в чём то ожесточился. После падения той, что ныне звалась Абелот. И, особенно после её временного противоестественного союза с воздвигавшими свою Бесконечную Империю.
У его и детей, после её падения, не хватило тогда решимости сразу оборвать нить её присутствия здесь, на этом плане бытия Силы. Ни в следующие разы, когда им приходилось усмирять её, вырывавшуюся из Мау на свободу, стоило ей утянуть соблазнительным зовом в Силе кого-то из смертных одарённых, завлечённых в её сети обмана и лжи и помогавших ей снаружи прорываться сквозь лабиринты перекрученного пространства.
Иного решения не было и тогда, когда её трансформация началась, ни, тем более сейчас, когда она прошла так далеко по пути Зла.
Только вечная тюрьма.
И он, вечный страж для любимой.
* * *
С некоторых пор видения будущего стали двоится и искажаться.
Последние тысячелетия игры Ситов, этих новых исчадий из смертных, использующих, но не способных по настоящему контролировать соблазны могущества Тёмной стороны, поглощавшей их, начинали беспокоить его.
Достойные «идейные наследники» пожиравших и в переносном и в самом прямом смысле себе подобных представителей безвозвратно павшей в Тьму расы.
С превеликим трудом противостоящие им джедаи отправили навсегда в Силу самого могущественного из них, Императора Вишейта.
Длительное противоборство двух
