— Боюсь, это очевидно только вам, — мрачно отозвалась она. — Вы сделали выводы, основываясь на моем рассказе, а эту точку зрения нельзя считать объективной.
— Он мой двойник, — напомнил Олквин. — Вы сами нашли у нас много общего. Пусть мы выросли в разных условиях, но тела устроены одинаково, так что, можно сказать, мы с ним — почти одно и то же, не правда ли? Как братья-близнецы. Кому, как не мне, проще понять его?
— Ну, хорошо, все может быть, — дернула плечом Джелайна. — Какое это теперь имеет значение? И какая разница, что любит или не любит ваш двойник? У вас своя жизнь, у него своя.
— Просто любопытно, — хмыкнул Бенвор и окинул ее быстрым взглядом. — Сравнить наши с ним вкусы…
Лицо женщины застыло.
— Вы выбрали неудачный объект для сравнения, — резко ответила она.
— Я не хотел вас задеть, — поспешно произнес капитан. — Всего лишь пытаюсь понять ход его мыслей. В конце концов, это и вам может помочь. Думайте, как хотите, но я сомневаюсь, что это было предательством. Если мы и впрямь похожи, то он на такое не способен. Я не могу представить, что могло бы заставить меня…
— Ваша версия? — безо всякого выражения перебила Джелайна.
— О, их даже несколько. Первой напрашивается, конечно же, ошибка. Тем более, что Уокер и сам говорил вам как-то о том, что ему нельзя ошибаться. А возможно, он намеревался уберечь вас от чего-то, или кого-то.
— Или кого-то от меня, — скривилась она.
— Нет, это бессмысленно, — покачал головой Олквин. — Если бы время тут и там шло одинаково… но ведь несколько секунд ничего не решают.
— А как насчет наказания? — прищурилась Джелайна. — На это вы способны?
Капитан задумался.
— Должна быть веская, очень-очень веская причина, — наконец, медленно произнес он, — чтобы я решил так поступить с женщиной. Я бы даже сказал, что и предположить не могу, за что стоило бы так наказывать — кого угодно. А в вашем рассказе я вообще не вижу ничего, хотя бы отдаленно напоминающего серьезный проступок. Вы же не сделали Уокеру ничего дурного. Наоборот, до самого последнего дня проявляли уважение к его тайнам, терпение и понимание.
— Ладно, ясно, — Джелайна отвернулась.
— К примеру, я бы на вашем месте, — продолжал Олквин, — использовал любую возможность, чтобы выяснить правду. Насколько я могу судить, возможности у ваших друзей были немалые. Если бы понадобилось, я проследил бы за ним сам или нанял кого-нибудь. Нашел бы его дом, разведал…
— Следить за Чарли? — фыркнула она. — Если бы вы хоть раз увидели, как искусно он вычисляет хвост и избавляется от ищеек, то даже не заикнулись бы об этом.
— Он бывает безжалостен, да? — поинтересовался Бенвор.
— В пределах необходимого.
— Охотно верю. Я тоже иногда… На войне не до церемоний. Но я не верю, что то же самое могло коснуться вас. Он называл вас своей. Это многое значит.
Джелайна пристально взглянула на капитана. Невозможно было понять, о чем она сейчас думает.
— Версия, которая кажется мне наиболее логичной, — сказал Олквин, — вам же и принадлежит. Очередное учебное испытание. А все эти приготовления к отпуску были лишь отвлекающим маневром, чтобы усложнить задачу, вывести вас из равновесия. Не сказал бы, что я это одобряю, но Уокеру, наверное, виднее, как готовить разведчиков. Он ведь тоже мог прийти сюда, чтобы следить, как вы с этим справляетесь, верно? Я на всякий случай предупредил солдат форта…
— Это ни к чему, — перебила женщина. — Чарли — не я. Они заметят его только в том случае, если он сам позволит им это. Пусть лучше присматривают за всякими необычными явлениями.
— Что вы имеете в виду?
— В месте высадки или ухода рейдера, — пояснила Джелайна, — некоторое время можно наблюдать характерное возмущение в пространстве, слышать несвойственные лесу звуки. Заодно пусть обращают внимание на трупы зверей со странными ранами. Хотя, если он не захочет выдать себя, то не станет оставлять никаких следов.
— То есть, он может один незаметно жить в лесу под носом у целой армии? — хмыкнул Бенвор. — И хищников не боится… Просто дьявол какой-то.
— Чарли опаснее любого хищника, — процедила она. — И лучше бы вашим солдатам не попадаться ему на пути. Независимо от численности отряда. Если что-то заметят — пусть немедленно уйдут оттуда, срочно сообщат вам и держатся подальше от этого места.
Бенвор хотел было возразить, что и солдаты не лыком шиты, но что-то во взгляде женщины остановило его.
— Но вас-то поймали, — буркнул он вместо этого.
— Я была расстроена и непростительно рассеянна. К тому же, я всего лишь стажерка, а Чарли — ветеран. Не судите обо всех рейдерах по одному невезучему новичку.
Олквин почувствовал себя неуютно оттого, в каком настроении теперь пребывала его гостья. Появление Даины, приглашающей их к столу, оказалось весьма кстати.
— Не хотите ли узнать обо мне еще что-нибудь? — предложил он за ужином. Джелайна пожала плечами.
— Даина и Платусс уже снабдили меня кое-какой информацией.
Капитан усмехнулся, оценив рвение слуг. Скорее всего, ей даже и спрашивать не пришлось.
— Нет, я говорю о моем сходстве с Уокером. Мне показалось, что оно может помочь вам понять мотивы некоторых его поступков.
— Вам-то какой прок от моих вопросов? — хмыкнула она. — Или вы тоже что-то хотите за это?
— Каюсь, хочу, — сознался Бенвор. — Я надеялся, что потом и вы расскажете мне еще что-нибудь такое же жутко интересное, как сегодня.
Джелайна тихонько рассмеялась.
— Так я и знала! Пока что налицо только разница. Чарли умеет добиваться своего куда незаметнее.
Олквин улыбнулся и посмотрел на нее исподлобья.
— Я это запомню, — тихо пообещал он. Женщина тут же перестала смеяться, отвела глаза и уткнулась в свою тарелку. Капитану показалось, что ее щеки слегка порозовели.
* * *
Сильный порыв холодного ветра растрепал Бенвору волосы и пробрался под одежду. Юноша поежился, только теперь почувствовав, как сильно замерз. Подышав на онемевшие руки, он бросил последний взгляд на ледяное крошево звезд и вернулся в башню. Спускаясь по спиральной лестнице вниз, он думал о внушительном списке вопросов, составленном за четыре месяца, прикидывая, что еще можно успеть туда добавить.
— Правильно, записывайте все, что вас интересует, — одобрила Джелайна, провожая его из Сентина. — А я, пожалуй, вспомню свою прежнюю профессию, и начну потихоньку составлять для вас учебный план. Я чувствую себя совершенно беспомощной из-за того, что приходится опираться на ваши скудные базовые знания. Будем восполнять пробелы в вашем образовании, осваивать математику, физику и так далее… Но только попробуйте потом хоть раз заикнуться, что вам надоело, или что-то в этом роде — брошу все, и не услышите от меня больше ничего "жутко интересного"! — тон ее стал шутливо-угрожающим, но Бенвору на это было совершенно наплевать, он ликовал. Да пусть хоть розги вымачивает, как братия из монастыря! Она согласна учить его!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
