Глава 29
Артур
— Ты решил снова всё испортить?! — грозный голос бабушки загнал меня в тупик. Она стояла на верхней ступени широкой дубовой лестницы и смотрела на меня так, будто готова была убить. — Что ты творишь, Артур? Почему играешь с собственной жизнью?
Спустившись ко мне, бабушка встала напротив, во весь своей маленький рост. Несмотря на то, что доставала мне женщина только до груди, это не мешало ей прострелить меня грозным взглядом из-под нахмуренных бровей.
— Почему ты не позволил Сергею выполнить моё поручение? С каких это пор моё слово для тебя ничего не значит?
Её слова резали подобно лезвию ножа. Медленно, но верно, каждый удар попадал точно в цель, раздирая запёкшиеся шрамы и образуя новые. Бабушка, ради счастья которой я был готов пойти на что угодно, стояла напротив и жестоко обвиняла меня в том, чего никак не могло быть. Я не ценю её? Не считаюсь с её мнением?
Злость вскипела в груди, сердце застучало так громко, что в ушах заложило. Я будто снова вернулся в прошлое, оказался на ковре у своего деда, который так старательно пытался сделать из меня достойного наследника. Его противный, с раздражающим акцентом голос зазвучал в моей голове, стирая грань между воспоминаниями и реальностью.
— Ты опозорить меня хочешь, Артур?! — орал тот, а изо рта старика вылетали слюни, словно он был и не человеком вовсе, а диким псом. Смотрителем у ворот ада. — Я не позволю тебе играть с моим именем, щенок! Вздумал условия мне ставить?! Не получится! Пока ты живёшь в моём доме, ты будешь следовать моим правилам! Слышишь меня, Артур?! Слышишь?!
— Хватит! — закричал так громко, что в гроле заболело. Крепко сжав голову обеими руками, зажмурился изо всех сил. Голоса в голове смешивались с причитаниями бабушки, превращаясь в противный жужжащий звук. — Достаточно! Прекрати!
Но она не слушала. Ей было плевать на меня, на моё состояние. Словно не видела, как мне плохо в этот момент. Не хотела видеть.
— Ничего не достаточно, — парировала бабушка, отрывая руки от моего лица. — Ты дослушаешь меня до конца. Выслушаешь всё, что я собираюсь сказать, — когда наши глаза встретились, стало только хуже. Я смотрел на неё и не узнавал. В этой женщине не было ничего общего с той, которая заменила мне и мать и отца. — Я не позволю, чтобы все наши старания пошли коту под хвост только потому, что тебе приглянулась собственная жена, — медленно процедила бабушка, буравя меня сердитым взглядом.
Взяв меня за руку, будто я — безвольный ребёнок, потащила в светлую гостиную. Ещё секунда и я уже сидел в одном из белых, украшенных цветастой вышивкой, кресел. Бабушка встала напротив, из-за чего теперь обрела некоторое превосходство в росте. Посмотрев на меня сверху вниз, густо нахмурилась.
— Неужели, — начала уже намного мягче, — ты совсем не доверяешь мне, Артур? Я ведь хочу сделать как лучше. С теми бумагами мы бы смогли доказать невозможность вашего с Сарой брака, ты бы развёлся с этой девушкой...
Несколько секунд мне потребовалось на то, чтобы переварить всё, сказанное ею. С черепашьей скоростью, но мой мозг уже начал соображать, медленно сопоставляя факты. Опустив взгляд на ладони бабушки, которые ещё лежали поверх моих, почувствовал такую неприязнь, что удивился собственной реакции. Впервые за столько лет, мне было некомфортно рядом с ней. Я не хотел, чтобы она прикасалась ко мне. Не желал слушать «добрых» советов.
Поднявшись с кресла, засунул руки в карманы синих брюк и удивлённо посмотрел на неё. По-другому. Не так как раньше.
— Я не понимаю тебя, — подойдя к распахнутому окну, устремил взгляд на яблоневый сад. Готов был смотреть куда угодно, лишь бы не на неё. Свежий воздух дул в лицо, приятно успокаивая расшатанные нервы. Всегда любил это место, но теперь уже начал сомневаться. Неуверенность возникла так неожиданно, что я поначалу даже испугался. Себя, своих реакций... острого желания развернуться и уйти. Как можно дальше от бабушки и этого проклятого места. — Ты же хотела, чтобы я делал вид, будто влюблён в неё. Что с тех пор изменилось?
Бабушка тяжело вздохнула, словно не хотела продолжать этот разговор. Весь её боевой настрой испарился, больше она не кричала, не обвиняла меня, но мне уже было всё равно. Я хотел получить ответы. Она сама воспитывала во мне упорство. Это ей я обязан всем, что имею.
— Ты говорила, что ни одна девушка не захочет чувствовать себя предметом для достижения чьей-то цели, а теперь? Что изменилось? — развернувшись к ней лицом, удивлённо вздёрнул бровь. — Когда я, наконец, решил остепениться и попробовать себя в новой роли, ты говоришь мне «не нужно». Почему? Откуда эта категоричность? Откуда ненависть к Саре? И не пытайся врать, бабушка, — отрицательно мотнул головой. — Всё равно не поверю. Мне нужна только правда.
Впервые в жизни я был готов повысить на неё голос. Спорить до тех пор, пока не узнаю причины таких веских перемен. Пока не пойму, кто она, чёрт возьми!
Бабушка нахмурилась и нервно теребила в руках платок. Она всё ещё носила траур по деду, хотя тот не заслужил подобного уважения к себе...
— Вы уже подписали брачный договор, — начала неуверенно. Прежней прыти как не бывало. — Через пять месяцев этот фарс закончится и я не хочу, чтобы из-за твоей любвеобильности она забеременела от тебя, — при слове «беременность» у меня глаза на лоб полезли, а по спине прошёлся неприятный холодок. Ощущение, будто она только что влепила мне пощёчину было слишком реальным, чтобы отмахнуться от него.
