Никто не предлагал идти вместе с воинами в Степь, наоборот нам дарили свободу, но я, как и многие женщины, добровольно пошла вслед за синеглазыми спасителями.
Волитерра на миг замолчала, а я подумала, что за такими мужиками как кахары грех не пойти! И не потому, что дерутся лучше некоторых отдельно взятых королей, а потому, что благородны, честны и ни к чему не принуждают, также в отличие от некоторых отдельно взятых особей.
На поляне воцарилась тишина. Дизон, задрав заднюю лапу выше головы, глубокомысленно совершал свое кошачье дело, а именно вылизывался. Кроки, с которыми Волитерра устраивала разборки до нашего прихода, тоже примолкли, стараясь не привлекать к себе внимания. Макс нахмурив брови, смотрел в пространно, и что-то внутри подсказывала — королевству Глудрис предстоят нелегкие времена.
Собравшись с духом, я посмотрела в сине-зеленые глаза стоящей передо мной женщины и задала вопрос, которые мучил меня на протяжении последних часов:
— Как ты стала богиней?
Леди Байхо вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки и торопливо продолжила рассказывать:
— Бикхар командовал отрядом. Всю дорогу мы были бок о бок, поэтому, когда я прибыла в племя вместе с остальными спасенными женщинами, мужчина уже был полностью и безоговорочно влюблен, — обняв себя за плечи и смотря куда-то в бок, начала делить она. — А потом появилась Элейна…
Эта дерзкая девчонка не понимала, как мы близки с Бикхаром. Для нее не существовало ничего на пути к цели, — я понимающе хмыкнула и покосилась на Макса, по всей видимости, твердолобость у них семейная черта.
— Эта маленькая дрянь, — Волитерру аж затрясло от ненависти, — она всадила нож мне в сердце и отправила сюда, а сама заняла мое место рядом с Бикхаром. Моим Бикхаром!
Последние слова женщина выкрикнула так громко, что я невольно вжала голову в плечи, опасаясь оглохнуть раньше, чем наступит старость.
— Но даже после смерти, ты нашла способ вернуться? — спросил Макс. Его не выбили из колеи ни причастность сестры к убийству, ни истеричный крик Волитерры. Перед мужчиной была головоломка, которая вот-вот сложиться и это было важнее всего.
Полубогиня отвернулась и начала рассматривать притихших Кроков. Птички жались друг к другу в раскидистых ветках и… внимательно слушали. Чем-то они походили на стайку голубей оккупировавшую линии передач. Вот только во внимательных бусинках-глаз Кроков отражалось столько внимания и сосредоточенности, любой профессор позавидует.
А вот леди Байхо завидовать никому не хотела:
— Это был идеальный план, — топнула ногой она, опять разворачиваясь к нам прекрасным лицом, которое даже печать злобы не портила. — Не знаю, кто надоумил эту дурочку принцессу Мари сделать ритуал, но для меня… Это словно подарок судьбы!
Твое тело, твой дух — идеально подходили. Мне оставалось только заключить пару магических контрактов с нужными людьми, уничтожить Элейну и занять место рядом с Бикхаром.
Вот! Я же говорила! — фальшиво запело все внутри меня и принялось исполнять победный танец. Но Макс почему-то не торопился рассыпаться передо мной в тысячи извинениях, посыпать голову пеплом и целовать пятки, вымаливая прощение.
— Ты сказала, — мужчина был явно недоволен, — что этот союз необходим для спасения мира…
Я открыла рот от удивления. Не широко, но факт остался фактом. Выходит, развели нашего манипулятора, тирана и сатрапа на банальном! Спасение мира?! А я еще грешным делом называла его машиной анализа! Да тут же сплошные баги!
Ему бы ему еще мир во всем мире наобещали.
Нет, ну прям как маленький…
— Мужчины, — презрительным взглядом смерила Макса женщина. — В каждом из вас живет добряк, готовый во имя великой миссии спасения человечества на все. — Лорд Рок насупился и стал похож на большого расстроенного тигра. — Мне нужен был только свадебный ритуал, — сознавалась тем временем Волитерра. — Мои жрицы провели бы ритуал перемещения и все бы решилось.
Тигр, внезапно оживший в Максе, грозно рыкнул, заставив все внутри сжаться от страха, после чего мужчина немного подышал свежим воздухом, расслабился и тихо с достоинством выругался.
— Не понимаю, — нахмурила я брови, вспоминая скупую информацию, почерпнутую в библиотеке у Абрахаса. — Ну, поменяла бы ты нас с Элейной телами и что потом? Через пару часов все равно вернулись…
— Не вернулись, — покачав головой, процедил сквозь сжатые зубы Макс. — Ты из чужого мира, а значит, ритуал перемещения прошел бы иначе. Ваши души покинули бы тела, но не смогли бы переместиться.
— Почему? — самый тупой вопрос, но я его все-таки задала.
На меня коллективно посмотрели все, даже Кроки и Дизон. Достаточно выразительно, для того чтобы я приняла «потому что» за аксиому и внутренне смирилась. Но видимо справедливость в этом мире нет, нет да и заскакивает на огонек к «тупым блондинкам», ряды которых я в данным момент пополнила без возражений.
Изогнув аристократические брови и нахмурившись так, что на переносице образовалась небольшая морщинка, Макс скрестил руки на груди и начал объяснять:
— Твое тело и душа — для нашего мира все равно, что инородный предмет. Дух Элейны не смог бы занять тело чужого мира, впрочем, как и твой дух несовместим с телом этого мира.
— Умно, — мрачно согласилась я, смотря на Волитерру.
А что и впрямь оригинально!
Лежат на полу храма два бесчувственных трупика, рядом носятся два озлобленных духа и не могут вернуться ни туда, ни обратно. Толпа гостей в панике взирает на массовую смерть двух принцесс и выбирает стратегию отхода. А в это время Волитерра по-хозяйски укладывается в тело Элейны и «вуа-ля!» у Бикхара старая жена с новым характером.
— Не боялась, что Бикхар рано или поздно заметит подмену? — спросила я, все еще не понимая, на что рассчитывала женщина в подобной ситуации. Влюбленный мужчина конечно дурак, но не прям настолько же.
— Боялась? Я хотела сама ему все рассказать, — улыбнулась женщина.
— Кахар перерезал бы твою глотку сразу же, как узнал, кто ты, — сжал кулаки Макс.
Над поляной разнесся громкий издевательский смех:
— Бикхар и пальцем бы меня не тронул, — уверенно заявила она, отсмеявшись. — Связь между Месхар и ее кахаром не позволила бы ему это сделать.
— Может быть, но любить тебя так, как любит Элейну…
— Да что ты знаешь, — закричала женщина. — Бикхар любил меня по-настоящему, без этой дурацкой связи! Любил больше жизни, больше племени, настолько, что порой забывал о Великих Духах. И знаешь что случилось? Степь решила ему отомстить, — Волитерра тряхнула густыми волосами и посмотрела на меня. — С нами сыграли злую шутку, сделав Элейну его Месхар.
Знаешь, как долго он пытался сопротивляться Зову. Целовал меня и сходил с ума, стоило этой девчонке пройти рядом. Поверь, Мари, Зов — это проклятие, лишающее двух людей выбора. Очень скоро вы оба поймете, о чем я говорю.
Выпалив эту злую тираду женщина смолкла и замерла. В ожидании посматривая то меня, то на Макса.
Эээ… Что сейчас вообще происходит? Неужели полубогиня решила будто между мной и Максом что-то есть.
Абсурд! Его Величество заинтересованно только в том, чтобы найти отца и брата, он сам не далее как час назад в этом признался, пока восстанавливался в «горячих источниках» подземного озера.
Бред! Только недалекий идиот станет верить, что у искусного манипулятора и стратега вдруг выйдут из комы нормальные чувства типа любовь и привязанность.
— Глупости! — уверенно ответил Макс, а я согласно кивнула.
Да как вообще Волитерре пришло в голову сравнить любовный треугольник между кахаром, сестрой Макса и самой черноволосой синеглазой полубогиней с непонятками между мной, Его Величественным засра… кхм… лордом Роком и голубоглазым блондинчиком?
— Ах, значит глупости? — окинула нас насмешливым взглядом женщина. — Кого ты хочешь обмануть? Я же вижу, что эта девчонка тебе небезразлична. Эта маленькая дрянь настолько запала тебе в душу, что ты боишься потерять ее даже больше, чем своего раба…
— Джамбо мой друг!
Ого! Такому дикому рыку любой лев позавидует.
— Называй Безродного как хочешь, — отмахнулась леди Байхо, игнорируя взбешенного Макса, как поп-дива надоедливого поклонника. — Очень скоро ты начнешь сгорать в ревности, глядя на то, как ее тянет к Лонхару. А самое мучительное, знать что ты ей тоже не безразличен и быть бессильным что-либо изменить. Что бы ты не сделал, как бы сильно ее не любил, в одно прекрасное утро она сломается под действием Зова и побежит к Лонхару… Она будет кричать его имя, извиваться под ним, а ты — страдать!
— Я не позволю, — Макс был полностью уверен в том, что говорит: — Мари станет моей женой. Кахарам будет запрещено всякое вторжение и контакт. Лонхар больше никогда не увидит ее…
