Меняя очередной магазин, Влад вдруг услышал автоматную трескотню где-то за домами. Он прислушался, потом свистнул Петровичу.
– Слышишь что-нибудь?
– Точно! – обомлел Петрович. – «Калашниковы» бабахают. Это что ж, наши наступают?
– Не знаю, – отрывисто ответил Влад, наводя автомат на шарнирные сочленения механида. – Что угодно может быть.
Механид, получив десяток пуль под брюхо, казалось, забеспокоился. Прекратив стрельбу, отполз чуть назад, за угол какого-то сарая.
Время шло. Автоматные очереди в стороне стали громче и отчетливее. Влад вдруг опустил оружие, присматриваясь.
– Прекратить огонь! – закричал он. – Не стрелять!
Усоды суматошно отходили. На их месте в просветах между зданиями и заборами появлялись узнаваемые рослые фигуры с автоматами.
– Наши! – закричал Петрович, вскакивая. – Я же говорил. Они услышали!
Все стихло буквально за пару минут. Усоды бежали, их механид развернулся и, хромая, заковылял прочь. Редкими выстрелами сторожевики провожали перепуганных солдат противника.
Влад осторожно поднялся из-за своего укрытия, оглядываясь. Первое, что он увидел, – это глаза сержанта. Тот смотрел как-то странно, слишком неподвижно, словно чего-то боялся. Потом он указал взглядом на поваленный каменный столб.
Влад повернул голову – и его словно прошило льдом.
Он увидел Алику. Ее била крупная дрожь, она лежала, прижимая руки к животу. На губах пузырилась кровь.
Влад подскочил, упал перед ней на колени.
– Что с тобой?!
Алика с трудом перевела на него взгляд и попыталась улыбнуться. Струйка темной крови сбежала с уголка губ.
– Девчонки! – заорал Влад. – Кто-нибудь, помогите!
Он осторожно приподнял Алику, уложил себе на колени.
– Держись, девочка, пожалуйста. Сейчас тебе помогут.
В ответ она покачала головой.
Подбежали ее подруги, решительно отстранили Влада, склонились над Аликой. Звякнули застежки боевой брони.
Вдруг они все одновременно встали и отошли на шаг. Одна из девчонок ахнула и закрыла руками лицо.
Влад понял – они увидели что-то ужасное, роковое, непоправимое. Но сам он не хотел этого видеть. Он опять подошел к Алике, глядя только ей в глаза.
Подошва скользнула на крови. Влад осторожно обнял Алику, чувствуя, как ее трясет. Все ее тело было твердым, как натянутая пружинка.
– Холодно, – прохрипела она, и новая порция крови выплеснулась изо рта.
– Я тебя согрею, – прошептал Влад. – Ты будешь жить, слышишь?
– Нет… Иди. Торопись. Возвращайся домой.
– Я тебя не брошу, замолчи!
– Уходи, тебе пора. Прости, не помогла тебе дойти.
– Я никуда не уйду! – закричал Влад. – И думать не смей. Я останусь с тобой, девочка, навсегда! Клянусь тебе. Мне никуда больше не нужно, я всегда буду рядом! Ты только держись, ты же сильная, с тобой ничего не может случиться.
– Ты уйдешь, – прохрипела Алика. С каждой секундой говорить ей было все труднее. Ее губы побелели, а глаза, наоборот, стали совершенно черными, как две маленькие бездонные пропасти.
– Ты вернешься домой, – шептала она. – Ты будешь счастлив. Не забудь меня, ладно? Я буду смотреть на тебя с Вершины Мира и улыбаться. Так будет.
Влад чувствовал, как ее маленькое хрупкое тело провисает в его руках. Теперь дрожали только пальцы.
Вскоре и они перестали дрожать. Неподвижные черные глаза смотрели в пустоту.
Влад бережно опустил Алику на землю, поднялся, отошел на пару шагов. Он поднял голову к черному небу, разорванному вспышками сигнальных ракет.
– Слышь, парень… – Петрович коснулся его плеча.
Влад отбросил его руку.
– Ни слова! – он стиснул зубы.
Потом обернулся, увидел, сколько людей собралось вокруг.
– Остальные все целы? – спросил он.
– Не все, – сказала Марго.
Она сидела возле упавшего дерева. Там же был совершенно бледный Лури. Его ногу уже бинтовал кто-то из сторожевиков.
– Отбегался, извините, – Лури кисло усмехнулся. – Как хотите, но я где-нибудь здесь останусь, наших дождусь.
– Один не останешься, – отвечал ему сторожевик. – Мы тоже остаемся.
– Ага, ты не один тут раненый, – добавил второй.
Марго держала мужа за руку и кусала губы.
Влад еще раз внимательно оглядел отряд. Он вдруг понял, что девчонок стало вдвое меньше, хотя они и промолчали про свои потери.
– Откуда они взялись? – проговорил Влад.
– Кто? – удивленно поднял брови командир сторожевиков.
– Вот они, – Влад ткнул пальцем в сторону дороги, где валялись подстреленные усоды.
– Да просто пришли, – развел руками командир. – Вон оттуда.
– Они не могли просто прийти оттуда. Там только что были мы! А девчонки проверили окрестности на сто шагов вокруг. Ни постов, ни баз. Вот я и спрашиваю – откуда они взялись? Да еще такие чистенькие и свеженькие.
– Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Лисин.
– А что тут непонятного? Мы прошляпили установку! Их явно перебросили сюда с какой-то базы. А где может быть база? Там! – Влад развернулся всем телом в сторону Роториума.
– И ты предлагаешь?..
– Да! Возвращаемся к комендатуре и ищем, где они прячут Соцветие. Если надо, вышибаем оттуда этих носатых к чертовой матери! Другого пути нет.
– Э, постой! – забеспокоился Петрович. – Ты понимаешь, что…
– Ничего не хочу понимать. Кому страшно, тот может оставаться.
Влад развернулся и, закинув за спину автомат, быстро пошел один вдоль улицы.
* * *
Его неожиданно нагнал командир сторожевиков.
– Не так быстро, – сказал он. – Мы решили идти с вами. До самого Роториума.
– Почему? – рассеянно спросил Влад. – У вас свои дела, вас ждут.
– Подождут. Там, наверху, считай, дети. Мальчонка тот говорил, что совсем чуть-чуть надо поднажать. Вот и поднажмем. Не волнуйся, мы сами так решили.
– Ну, отговаривать не буду.
– А ты приготовь-ка на всякий случай оружие и займи место в боевом порядке. Нечего тут вышагивать – не парад.
– Да, не спорю.
…К комендатуре подошли без единого выстрела. Видимо, бегущим усодам не приглянулось закрепляться в расстрелянном дымящемся здании, и они проследовали дальше – в тыл своих.
У забора скверика остался только поврежденный механид – он стоял, печально наклонившись, в боку зиял распахнутый люк.
Половина сторожевиков разошлись охранять подступы – остальные прочесывали окрестности.
Установку нашли очень быстро, хотя и в неожиданном месте. Она стояла на крыше соседнего здания, куда вела основательная железная лестница с перилами.
– А с чего ты решил, что мы попадем куда надо? – сомневался Лисин. – А если вылетим черт-те куда – за город или вообще в пустыню?
– А я ничего не решил. Мы сначала посмотрим, куда вылетим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
