года. Совершенно неясно, почему. Захват Пенне не мог быть решающим. Из всех английских крепостей на юго-западе это была крепость самая сложная для быстрого захвата. Возведенный знаменитым строителем замков королем Ричардом I Львиное Сердце и впоследствии неоднократно модернизированный, Пенне стоял на скале на высоте около 300 футов над рекой Ло. Такое положение делало невозможным подкоп под стены крепости, а их высота была недосягаема для большинства осадных орудий. Французская армия просидела под стенами более десяти недель, пока в начале июля не сняла осаду и не отошла[394].
Наступление на Сентонж было лучше задумано, поскольку министры Филиппа VI уделяли много внимания его планированию еще с осени прошлого года. Но вряд ли оно было более успешным. Командование было разделено между двумя капитанами: Савари де Вивонн был богатым местным рыцарем с долгой, ничем не примечательной военной карьерой; его коллега Жан Мутон де Бленвиль был нормандцем, почтенным королевским чиновником шестидесяти лет. Они разделили свои силы на несколько отдельных осад. Их главной целью был захват Блая в верховьях Жиронды, который стал бы большим успехом. Это амбициозное предприятие предполагало не только осаду города с суши, но и блокаду его с воды, от источника подкреплений и снабжения в Бордо. Несколько галер были переброшены из Ла-Рошели и пришвартованы в Жиронде у города.
Оливер Ингхэм и Джон Норвич проигнорировали действия генерал-капитанов и сосредоточились на более близкой угрозе. Они собрали небольшую полевую армию, из гарнизонов Бордо, Либурна и Сент-Эмильона и привлекли свиты верных дворян. Эти импровизированные силы двинулись на Монлор, замок (ныне не сохранившийся), который, вероятно, находился на Гаронне на небольшом расстоянии вверх по течению от Блая. В начале июля они прорвали французскую осаду, внезапно спустившись по реке в лодках на осаждавших и рассеяв их. Французы отступили на север. В середине июля они обнаружили, что французы осаждают Монтендре, последний значительный английский опорный пункт в глубине Сентонжа, чей беарнский командир удерживал изолированный замок с самого начала войны. Ингхэм попытался освободить и это место. Но он был либо отбит, либо отказался от попытки, не дойдя до него. Монтендре сдался в начале августа и был немедленно разрушен. Это был единственный французский успех в кампании[395].
К этому времени должна была прибыть вспомогательная армия графа Хантингдона. Ее отсутствие должно было сильно смутить сенешаля. Но планы Эдуарда III подстерегали неудачи и просчеты. В апреле появились признаки сильного истощения ресурсов — следствие попыток достичь слишком многого сразу. Явка в армию организованная офицерами по вербовке была очень плохой, как по количеству, так и по качеству. Значительной проблемой оказалось снабжение продовольствием. Люди скрывали свои запасы и в некоторых частях Англии оказывали вооруженное сопротивление офицерам ответственным за поставки. Часть продовольствия, которое удалось собрать для Гаскони, была украдена нечестными королевскими чиновниками. Часть его пришлось продать, чтобы выплатить жалованье морякам. Остальное было переправлено в устье Оруэлла, чтобы накормить армию для Нидерландов. В начале мая ни люди, ни припасы не достигли Портсмута. Обе континентальные экспедиции пришлось несколько раз откладывать. Хотя нехватка людей и припасов в значительной степени способствовала такому исходу, именно нехватка судов в конечном итоге стала решающим фактором. Эдуард III все еще не понял, как трудно и долго реквизировать корабли и нанимать моряков. В Хартлпуле, докладывал офицер северного адмиралтейства, на запрос информации о кораблях грузоподъемностью в 30 тонн и более был получен ответ, что их нет, "но я доказал, что этот ответ ложный". В Равенсере, недалеко от Халла, бальи "не выполнил приказ короля и не предоставил информацию, которую я требовал". В Халле было реквизировано восемь кораблей, но они почти сразу же вышли в море. В Уитби было конфисковано еще восемь кораблей, но их экипажи забастовали и отказались отплывать. Объяснения задержки, все более неуклюжие, были отправлены смущенным представителям Эдуарда III в Нидерландах[396].
Еще хуже то, что в конце мая руководители армии и несколько тысяч человек все еще были заняты осадой Данбара. Гарнизон под командованием Агнессы Рэндольф, Черной Агнессы, графини Данбар, в течение четырех месяцев сопротивлялся усилиям солдат и осадных инженеров Эдуарда III, бросая угрозы и оскорбления с крепостных стен. Эдуард III отправил ее брата, графа Морея, который был его пленником, на север и пригрозил казнить его под стенами, если она не сдастся. Но она была непоколебима, и Эдуард III не выполнил свою угрозу[397].
Праздник Троицы в 1338 году выпала на 31 мая. Эдуард III отмечал его в аббатстве Бери-Сент-Эдмундс, недалеко от своей армии, которая собиралась в Норвиче. Его совету предстояло провести несколько трудных обсуждений. Данбар был единственным важным опорным пунктом, который удерживали сторонники Давида II Брюса к югу от Ферт-оф-Форта, удобного пункта выгрузки товаров и людей из Франции, но от осады пришлось бы отказаться, чтобы пополнить численность армии для экспедиции в Нидерланды, не говоря уже о Гаскони. Поэтому 13 июня графы Арундел и Солсбери свернули свой осадный лагерь и ушли. Арундел остался на севере, чтобы организовать оборону границы. Солсбери присоединился к королю в восточной Англии. Планы гасконской экспедиции были оставлены, так как было очевидно, что они стали совершенно нереальными. 19 июня 1338 года, все еще испытывая нехватку кораблей, войск и, прежде всего, денег, Эдуард III отменил ее[398].
С военной точки зрения, отмена экспедиции Хантингдона имела мало последствий. К тому времени, когда весть об этом достигла Гаскони, французская кампания в регионе уже провалилась, и у них оставалось очень мало времени, чтобы исправить положение. В середине июля 1338 года в Ла-Реоле состоялось общее собрание французских командиров на юге. После этого их наступление распалось на ряд отдельных рейдов в Ажене и южные Ланды. В следующем месяце все они, включая двух генерал-капитанов, графов Фуа и Арманьяка и людей из Лангедока, срочно понадобились на севере. Силы французов на юго-западе вновь были сведены к основным гарнизонам[399].
Однако в политическом плане это была серьезная неудача. Бароны герцогства сделали свои расчеты и извлекли соответствующие уроки. Бернар-Эзи д'Альбре, несмотря на свои обещания, данные в начале года, так и не сдвинулся с места в интересах английского короля. Хотя Эдуард III назначил его 1 июля 1338 года сенешалем Аквитании, он так и не приступил к исполнению своих обязанностей, и назначение было признано недействительным. Филипп VI также призвал Бернара-Эзи присоединиться к его армии. Ответ сеньора д'Альбре не сохранился, но хотя он совершил несколько мелких набегов по поручению Филиппа VI, он не сражался в войсках французского короля, а ждал развития событий. Другие сеньоры, объявившие себя сторонниками Эдуарда III в то же время, поступили так же[400].
Глава VIII.
Камбре и Тьераш 1338–1339 гг.
Давно подготовленная армада Эдуарда III отплыла
