— Доктор! — ахнула Шахди Фероз. — Вы ранены!
Костенко и впрямь хлюпал кровью, сочившейся из разбитого носа. Марго вытащила из кармана своих обносков неожиданно чистый носовой платок и сунула ему в руку.
— Идемте уберемся отсюда быстрее. Мы уже получили все, за чем сюда приходили. Скрутите из него тампоны, суньте в ноздри и придерживайте. Да быстрее же! — Последнее относилось к Гаю Пендергасту, увлеченно снимавшему драку своей скрытой камерой. — Если мы вовремя придем на разбирательство в Уайтчеплскую Рабочую Школу, мы успеем занять лучшие места.
Этот аргумент подействовал на репортера. Он повернулся и — с некоторым запозданием — помог увести доктора Костенко подальше от беспорядков. Марго и ее подопечные миновали несколько кварталов и только после этого задержались у небольшой кофейни перевести дух.
— Вот, выпейте, — протянула она доктору Костенко дымящуюся глиняную кружку. — Это вас согреет и подбодрит. Лучшее средство от шока.
Доминика Нозетт тем временем тоже боролась с шоком, хотя у нее он был вызван причинами не физического, а эмоционального характера. Марго и ей сунула кружку кофе, а Даг купил всем по свежей плюшке. Павел Костенко сидел на тротуаре, упершись локтями в колени, не обращая внимания на то, что разбитые башмаки его стоят аккурат в луже. Его трясло так сильно, что он с трудом удерживал у носа окровавленный платок. Марго подсела к нему.
— Вы в порядке? — тихо спросила она.
Он пожал плечами, потом медленно кивнул. Когда он опустил платок на колени, на подбородке остался кровавый мазок.
— Похоже, вы спасли мне жизнь.
Она пожала плечами: ей некогда было задумываться о собственной роли в той едва не обернувшейся катастрофой ситуации.
— Возможно. Все разгорелось быстрее, чем я ожидала. В результате вы травмированы, чего не должно было случиться. Я знала, что люди там не в лучшем состоянии духа. И знала про их антисемитские настроения. Но по моим расчетам беспорядки не должны были вспыхнуть так быстро.
С минуту он молчал, глядя на кружку, которую протягивала ему Марго. От темного, горького кофе в холодный утренний воздух поднимался пар.
— За свою жизнь я повидал немало злости, — тихо произнес он. — Но ничего похожего на это. Столько убийственной ненависти — только потому, что я не такой, как они…
— Это не двадцать первый век, — сказала Марго, понизив голос. — Ив наше-то время люди далеки от идеала, еще как далеки. Но по эту сторону Врат вы тем более не должны ожидать от людей, что они будут вести себя как в Верхнем Времени. Видите ли, за полтора столетия правила человеческого общежития изменились больше, чем вы могли бы себе представить, изучая их только по книгам. А что я? Я только рада тому, что сумела вытащить вас оттуда живым. В следующую вылазку нам надо быть осторожнее, чтобы не вляпаться во что-нибудь вроде этого.
Он наконец встретился с ней глазами:
— Да. Спасибо.
Она выдавила из себя слабую улыбку:
— Не за что. Готовы идти дальше, на разбирательство?
Его попытка ответить на улыбку была совершенно искренней, хотя болезненное движение его разбитых губ можно было отнести к разряду улыбок с большой натяжкой.
— Да. Но на этот раз, мне кажется, я буду молчать как рыба, даже если мне наступят на ногу с силой, достаточной, чтобы сломать кость.
— Разумное решение. Ну что, допили?
Ученый допил горькую жидкость — и что они тут, в Британии, делают с кофе, что у него такой мерзкий вкус? — и поднялся на ноги.
— Спасибо. С этой минуты буду беспрекословно исполнять все, что прикажете.
— О’кей. Тогда идем искать эту Рабочую Школу. Я хочу, чтобы мы там не выделялись. — Она покосилась на репортеров. — Никаких самодеятельных интервью, ладно? Вы хотели эту историю, и вы ее получите, если вы будете молчать, а ваши камеры — снимать.
На этот раз никто из ее подопечных не спорил. Потасовка на площади убедила даже Гая Пендергаста и Доминику Нозетт, которые отделались порванной одеждой. Наконец-то Марго почувствовала себя старшей.
Чего она не знала, так это того, как долго это продлится.
Глава 12
Шагая через Новый Эдо, Кит буквально осязал висевшее в воздухе напряжение. Роберт Ли позвонил ему и предложил встретиться в Общем зале — якобы его интересовало авторитетное мнение Кита о его последнем приобретении. Как бы то ни было, Кит не без облегчения отложил заполнение нескольких стопок счетов и форм на потом и вышел из офиса, гадая, на что такого наткнулся эксперт-антиквар на этот раз, а также какие новые кошмары ждут станцию после нового открытия Главных.
Никогда еще на памяти Кита открытие Врат не собирало такой толпы зевак, а это уже говорило о многом. По всему Общему залу, начиная с Виктории, повырастало множество новых киосков, владельцы которых предлагали обильно обрызганные алым футболки и сумки, портреты предполагаемых Потрошителей, биографии и даже фотографии его жертв и вообще все, что могло продаваться.
«Человечество, — мрачно подумал Кит, глядя на то, как хихикающая дама лет сорока пяти отпихивает нескольких юнцов в очереди за набором фарфоровых блюдец с портретами жертв, подозреваемых, следователей и сцен преступления, — человечество — ошибка эволюции…»
— Интересно, она и правда выставит эту гадость у себя дома?
Кит оглянулся на знакомый голос. Энн Уин Малхэни брезгливо наблюдала за покупающей блюдца женщиной.
— Привет, Энн. Боюсь, что да. Готов поспорить, она не просто выставит их, но и разместит на самом почетном месте.
Энн поморщилась.
— Бог мой, эти маньяки… Ты не поверишь, какие типы приходили ко мне в тир тренироваться. — Она покосилась на Кита, который ответил ей ироничным взглядом. Кит видал и не таких. — Хотя, если подумать, может, и поверишь. Ты еще не видел Свена? Он должен был прийти раньше.
— Нет, я сам только что. Роберт просил меня найти место, откуда можно будет и Главные посмотреть, и поговорить. Его интересует мое мнение о чем-то.
— Правда? — Глаза Энн вспыхнули внезапным интересом. — Это не имеет какого-то отношения к Пег Эймс?
Кит зажмурился.
— Боже праведный. Я опять пропустил что-то?
Энн рассмеялась, сдернула эластичную ленту, стягивавшую ее длинные темные волосы, и тряхнула головой. Она явно пришла прямо из тира: на поясе ее красовались в кобурах два замечательных револьвера «Уэбли» Королевской ирландской полиции. В отличие от больших армейских «Уэбли», барабан которых откидывался для перезарядки, эти перезаряжались по принципу американских, через специальное окошко. Их короткоствольный вариант калибра 442 пользовался особой популярностью у туристов, направляющихся в Лондон. Он обладал вполне удовлетворительной кучностью боя, и его было легче спрятать, чем более крупные стандартные «Уэбли». Киту приходилось пользоваться ими во время его экспедиций в Нижнее Время, и он не раз оцарапал указательный палец о неудобно расположенный второй спусковой крючок.
