нужно собрать данные по интересующей теме. Где-то провести аудит по кибербезопасности, убедиться, что органы деспотии не смогут навредить нашим друзьям».
После этого назвал условия оплаты, более чем щедрые.
Звучало как какая-то игра в Штирлица. До разгрома биржи Грищ, может быть, и заинтересовался бы, но сейчас предложение воевать с правительствами его совсем не прельщало.
«Не знаю, за кого вы меня принимаете, – ответил он, – я такими делами не занимаюсь».
«Если вам мало оплаты и того, что ваше дело правое, есть еще одно вознаграждение, – не сдавался собеседник. – Услуги, которые вы окажете свободному миру, естественно, не будут забыты. Я ведь не ошибаюсь, думая, что вы хотите получить гражданство одной из развитых стран? С моей помощью это можно сделать довольно быстро».
И Грищ понял, что отказаться нельзя. У него были поданы заявки на все программы миграции в «приличные» страны, но процесс везде занимал годы, а для Грища уже смыкались стены со всех сторон.
Да и вообще, история с Иксом дала ему горький урок: мечта об анархии – это просто мечта. В мире правят государства и их силовики, они недавно очень хорошо это продемонстрировали. Чтобы выжить, придется проститься с вольницей и примкнуть к одному из железных истуканов, выбрав того, что покрасивее.
Так Грищ стал выполнять заказы Танаки. Работа оказалась несложная и скучноватая – в основном приходилось быть на связи с оппозиционными группами в Турции и Ливане. Помогать борцам с режимом (не сильно умным), чтобы тех не выследили и не зацапали тамошние менты. Иногда попадались чуть более интересные задачи – собирать досье на политических деятелей разных стран, с максимальным «копанием под ковриком». Вот это было увлекательно. Особенно когда не хватало цифровых источников и приходилось подключать живых «сорсов». Обычно это были небогатые служащие и студенты, которые за плату соглашались сходить куда надо, пораспрашивать кого надо, и все сообщить в подробностях.
Кое-как Грищ начал выбираться из эмоциональной ямы, в которую угодил после того, как разгромили их с Иксом биржу…
Хайди слушала, пораженная, смешно приоткрыв рот, что очень заводило Грища. Он даже отвлекся от рассказа, начал думать совсем о других вещах, а она вдруг повеселела и предложила:
– Поехали кататься! Даже сетевому Аль Капоне нужно иногда проветриться. А то сидим безвылазно уже второй день… Тут в гараже есть мопед, я тебя прокачу.
Грищ никуда выбираться не хотел, а мопеды, эту игрушку самоубийц, всегда терпеть не мог. Да и придется ведь оставить ноутбук… Это самый незаменимый инструмент, в нем драгоценные данные и доступы, на «летающей табуретке» с ним ехать ни в коем случае нельзя. Упасть и поломать кости – это плохо, но терпимо, а вот испортить технику – где тут новую возьмешь, в этой дыре?
Но Хайди так мило и настойчиво требовала, что он сдался. Оставил ноутбук в комнате, где работал, три раза проверил, что заперта дверь, – прислуге заходить в кабинет Грищ запретил с первого дня.
«Ладно, – сказал он себе, – хватить трусить. Тем более ты ж не дебил Икс, ты всегда закрываешь крышку ноутбука. А без пароля твой комп даже Нео из „Матрицы“ не разблокирует».
Глаза долгопята
Они с Хайди гнали на мопеде по разбитой филиппинской дороге. Точнее это немочка гнала, лихо выкручивая ручку газа, а Грищ сидел сзади, крепко вцепившись в нее руками, зажмурившись от ужаса. Лишь иногда приоткрывал один глаз, видел, как слева за деревьями блестит море, неправдоподобно голубое.
В другое время прижиматься к Хайди вот так было бы великолепно, сладко. Но сейчас даже возбуждение исчезло, залитое цистерной адреналина. Грищу было стыдно, он чувствовал, что руки, которыми он держится за девушку, все мокрые от пота.
Но Хайди не замечала, она была в восторге от экстремального вождения. Ох уж эта любительница острых ощущений… Пару раз она даже закричала по-немецки, Грищ аж вздрогнул, думал, что-то с мопедом и сейчас им конец, но нет – это она от радости…
Вдруг Хайди резко затормозила, так что оба чуть не улетели из седла.
– Смотри! Смотри! – закричала она. – Какой хорошенький!
Грищ долго щурился, пока не разглядел на ветке небольшую смешную зверушку. Что-то вроде маленькой толстой обезьянки с огромными круглыми глазами и с ушами, как у Чебурашки.
– Это долгопят! Он только на Филиппинах водится, – восхищалась Хайди. – Я так мечтала их тут увидеть! Посмотри, какой милашка!
Тварь была и правда интересная, похожая на игрушку, сделанную не совсем трезвым дизайнером. Особенно эти длинные пальцы, которыми она держалась за ветку. Тонкие, с выпирающими суставами, как у старика…
– Он на нас смотрит! – визжала Хайди. – Вот это взгляд!
Идеально круглые, как блюдечки, золотистые глаза с черной точкой в центре глядели прямо на Грища, пристально, не мигая.
– По-моему, взгляд у него просто туповатый, – буркнул Грищ и отвернулся.
– Не всем быть такими умными, как ты… – сказала Хайди, вдруг почему-то очень серьезно.
Они встретили сумерки в прибрежной деревне с гордым именем Порт Бартон. После безумной езды Грищ едва стоял на ногах, и Хайди, умница, не стала тащить его в шумные бары, посадила под пальмой на берегу, сбегала и купила какой-то еды. Уже стемнело, огни окон отражались в темном море, тучи тропических насекомых бились в лампы фонарей. Слышался мерный гул – электричество в этой глуши было только от генераторов.
– А вот сейчас, – сказала Хайди, глядя на часы, – будет самое интересное…
Гул генераторов вдруг начал стихать, а потом вовсе исчез. Огни тоже пропали. Стало совсем темно – в городах, да даже деревнях такой сплошной черноты не бывает.
– Тут все электричество вырубают в восемь вечера, – шепнула Хайди. – Посмотри вверх.
Грищ поднял голову – над ними горел Млечный Путь, какой бывает только на заставках рабочего стола, если в настройках монитора сильно повысить насыщенность.
– Это просто чудо… – проговорила девушка. – И на море посмотри!
Волны неспешно плескались о песок, и Грищ видел их, несмотря на черноту. Потому что каждый всплеск загорался белым призрачным светом.
– Ночесветки… – сказала Хайди, вздыхая. – Всего лишь разновидность планктона, но как они сверкают. Обожаю море…
– Да, красиво, – сказал Грищ.
Романтических восторгов он не разделял, не до этого было. Страшно тревожился из-за операции, которая вступала в самую последнюю фазу. Да и неясно все было с Хайди… Что они теперь будут делать, расстанутся?
– Ладно, – сказала девушка, – вижу, ты не сильно впечатлен поездкой. Давай рассказывай дальше свою остросюжетную историю. Я просто обалдела после первой части, мне нужно было время, чтобы переварить.
