Эдару пришлось в подробностях рассказать о жизни на "Ф-1" и о том, какую роль в его судьбе сыграли Вера, полковник Ларсен и профессор Киморо. Единственное о чём он умолчал, был Алекс. Фагианец посчитал, что это не его тайна и не ему решать говорить Майку о мальчике или нет. Пусть Вера сама решит, когда и как это сделать.
После их разговора Майк надолго ушёл в себя. Теперь он гораздо больше знал о той, что затронула его сердце и опять ускользнула. Её характер всё отчётливей проступал из того нечёткого образа, который запечатлелся когда-то. Он как бы становился плотнее и насыщался красками. И этот новый образ нравился ему всё больше и больше. Он манил, притягивал своим теплом и солнечным светом. Сначала он принял её за эдакую «ледяную леди». Потом, увидел в ней испуганную зарёванную девчонку. Спустя годы он встретил женщину, чей облик был сплошной маскировкой: очки, неприметная одежда, молчаливость и даже некоторая пугливость. А потом, она начала раскрываться: заботливая, строгая, озорная и смешливая, ответственная и верная, готовая жертвовать собой ради друзей. Сколько ещё сюрпризов ждёт его? Уже неделя, как он доставил её на «Викинг». Им пришло коротенькое сообщение, в котором сообщили, что операция прошла успешно и Вера поправляется. Этого было безумно мало. Ему очень хотелось пообщаться с ней, поговорить. Может быть пора прощупать почву на предмет того, как она к нему, Майку, относится. А тут опять приходится соблюдать этот чёртов режим радиомолчания. Какой в этом смысл, если они уже несколько раз его нарушили? Чтобы не думать об этом, Майк загружал себя работой по самую макушку. Он старался быть везде одновременно. Так бы и продолжалось, если бы Даг не сказал ему прекратить.
- Майк, ты ничего этим не добьёшься, - сказал он, укоризненно качая головой.
- Что ты имешь ввиду?
- Прекращай, давай. Ты думаешь я не понимаю, чего ты хочешь забыться? Да и все уже понимают. Наберись терпения, пообщайся с планетой. Она тебе поможет. Нам осталось две недели, и ты её увидишь.
- Так заметно? - сказал Майк, потирая шрам. Чёрт бы его побрал, этот шрам: всегда зудит, когда он нервничает!
- Спрашиваешь! Ещё бы не заметили? Да с тех пор, как вы её принесли, ни для кого не секрет, что ты чувствуешь к мисс Райс. Не волнуйся, парни за тебя болеют, - успокаивающе похлопал он друга по плечу.
- Ой, Даг, прекрати уже! - Майк немного заулыбался. Этот парень всегда умел вытянуть его из мрачных мыслей. Наверное, настоящий друг и должен быть таким: подставить в трудный момент плечо, дать добрый совет, заставить улыбнуться, когда тебе хочется выть
В этот момент пришёл вызов, а на связь с колонией мог выйти только «Викинг». Майк аж подскочил и, одним рывком оказавшись у пульта управления, нажал кнопку «приём».
- Майк? Это Панин, - услышал он голос капитана «Викинга».
Даг подошёл и встал за спиной у друга.
- Слушаю вас, Виктор Сергеевич. Что-то случилось? - обеспокоенно спросил Сторм. Раз Панин вышел на связь, значит дело срочное.
- Да, Майк, у нас плохие новости. - Виктор Сергеевич посмотрел на него, выдержал паузу, как будто решая, всё ли говорить и перевёл взгляд ему за спину. - Это хорошо, что твой помощник здесь. «Викинг» получил новый приказ: доставить мисс Райс на Вегу. Нам дали три дня. Через неделю состоится заседание комиссии членов Галактического Содружества по пересмотру статуса Земли. Вера нужна им в качестве свидетеля.
- Капитан, - перебил его Майк, - мисс Райс нельзя появляться на Веге! А как же наша миссия? Колония ещё недостаточно просуществовала, чтобы наши притязания признали законными, - от этой новости у него резко заболела голова.
- Тут ты прав, только у нас нет выхода, придётся лететь. По другим источникам поступила информация, что из свидетеля её могут сделать обвиняемой. В этой игре сошлись противоположные интересы очень больших людей. Получается, что наших дипломатов дезинформировали, раз они так поспешили с подачей заявки или кто-то хочет спровоцировать срыв переговоров. Я связался, чтобы вы знали, что остаётесь без прикрытия. Вам придётся рассчитывать только на себя. Майк, ты меня слушаешь?
Майк услышал самое главное - Вере грозит реальная опасность. Эта административная машина переломает ей жизнь и выбросит за ненадобностью. Она станет разменной картой в чьей-то игре. Ему, как военному, было хорошо известно о тайном противостоянии политиков и военных в борьбе за власть на Земле. Что те, что другие не всегда честно пробивались к ней. Вот уже около сорока лет подряд побеждала «партия» дипломатов и политиков. Понятно, что военных это категорически не устраивало. А что может быть лучше, чем наглядный пример для агитации: «создать» образ внешнего врага, спровоцировать с ним конфликт, используя все возможные способы манипулирования общественными массами. А потом, стать «спасителями человечества», «восстановить справедливость», «реализовать конституционные права» и так далее. Майк не вчера родился и прекрасно видел всё это. Если бы не космос, он вряд ли бы стал военным. Открывшиеся недавно обстоятельства личных «потерь» майора Сторма добавили ещё один камень в чашу его разочарования.
- Сторм?! - окрикнул его Виктор Сергеевич.
- Вас понял, капитан. Через сколько дней заседание комиссии? - уточнил он.
- Через шесть. Мы отправляемся через час.
- Могу я поговорить с мисс Райс? - Майк поднял на Панина глаза и столько в них было боли
- Нет, майор. Время вышло. Я присмотрю за ней. На Вегу вылетает полковник Ларсен. Думаю, что вдвоём у нас больше шансов. Прощайте, офицеры - сказал Панин и отключился.
- Чёрт!!! - кулак Майка смачно впечатался в переборку, оставив вмятину на метеллопластиковой панели. - Ты слышал, Даг?! Всё очень плохо! Если только - он замолчал и задумался.
Даг и сам уже понял, что дело запахло «дерьмом мамонта», как говорил один старый прапор из академии. Ситуация явно выходит из-под контроля. Все эти представители различных рас и цивилизаций Галактического Содружества, которых собирают по любому поводу в многочисленные комиссии, абсолютнейшие педанты в деле соблюдения общегалактических законов. Если положено, чтобы колония на момент подачи заявки существовала стандартный месяц (чуть больше земного месяца), значит только месяц. Три недели их не устроят. Прошение будет отклонено и весь их труд пойдёт насмарку. Но Майк - это ведь Майк?!
