На других планетах жизненные формы оказывались такими медлительными и тупыми, а их цивилизации — такими примитивными, что для достаточно точной оценки их как будущих противников, а затем рабов много времени не требовалось. Здесь же положение было гораздо сложнее, нужна длительная, тщательная разведка. Судя по всему, ему предстоит провести тут довольно много времени. А потому нужно раздобыть денег в количестве, заметно большем, чем суммы, которые обычно носят при себе отдельные индивиды.
На следующий день он занялся тем, что проследил движение денег до обильного их источника. Обнаружив этот источник, он начал тщательно его изучать. Говоря на жаргоне преступного мира, он примеривался к банку.
Человек, который, переваливаясь, шел по коридору, весил центнера полтора, о чем свидетельствовали двойной подбородок и внушительный живот. На первый взгляд — просто неуклюжий толстяк. Но первое впечатление бывает обманчиво. Таким телосложением, например, обладал не один чемпион мира по классической борьбе в тяжелом весе.
Эдвард Райдер, правда, чемпионом не был, но при случае мог расшвырять десяток нападающих в таком стиле, что окажись там случайно владелец спортивного зала, он предложил бы Эдварду ангажемент.
Он остановился перед дверью из матового стекла и надписью:
«Следственный отдел министерства финансов США». Постучав по стеклу тяжелым кулаком, он вошел и, не дожидаясь ответа, сел без приглашения.
Остролицый субъект, сидевший за большим письменным столом, выразил легкое неудовольствие, но сказал только:
— Эдди, у меня есть для вас довольно паршивое дельце.
— Другого от вас и не дождешься! — Райдер уперся большими руками в большие колени. — И что на этот раз? Еще один незарегистрированный гравер наводнил рынок своими изделиями?
— Нет. Ограбление банка.
Райдер нахмурился. Его густые брови задергались.
— А я думал, что нас интересуют только фальшивые деньги и незаконные валютные операции. Какое нам дело до медвежатников? Ими, по-моему, занимается полиция.
— Они увязли.
— Если банк застрахован, они могут обратиться в ФБР.
— Он не застрахован. Мы протянули им руку помощи. Вашу руку.
— С какой, собственно, стати?
Его собеседник сделал глубокий вдох и принялся быстро объяснять:
— Какой-то ловкач нагрел Первый нортвудский банк на двенадцать тысяч долларов — и никто не знает как. Начальник нортвудской полиции капитан Гаррисон утверждает, что тут сам черт ногу сломит. По его словам выходит, что кому-то, в конце концов, удалось разработать методику нераскрываемого преступления.
— Ясно, он другого не скажет, если оказался в тупике. Ну, а нас зачем приплели?
— В ходе следствия Гаррисон обнаружил, что в одной из похищенных пачек было сорок стодолларовых бумажек с последовательными номерами. Эти номера известны. Остальные — нет. Он позвонил нам в надежде, что грабитель начнет ими расплачиваться и мы сможем их проследить. С ним разговаривал Эмблтон, и его заинтересовала идея нераскрываемого преступления.
— Ну, и…
— Он посоветовался со мной, и мы оба согласились, что если кто-то и правда научился шить без нитки, для экономики он окажется опаснее, чем крупный фальшивомонетчик.
— Ах, так… — с сомнением протянул Райдер.
— Тогда я посоветовался в верхах. И Баллантайн решил, что нам имеет смысл вмешаться — на всякий случай. Я выбрал вас. Человеку с вашим весом полезно поразмяться. — Он пододвинул к себе папку и взял ручку. — Поезжайте в Нортвуд и подсобите капитану Гаррисону.
— Сегодня я обещал пестовать младенца.
— Не говорите глупости. Это очень серьезно.
— Я дал жене честное слово, что я…
— А я дал слово Баллантайну и Гаррисону, что вы разберетесь в этом деле, — нахмурясь, перебил начальник. — Хотите сохранить свою работу или нет? Ну так позвоните жене и скажите ей, что служебный долг — прежде всего.
— А, ладно! — Райдер вышел, хлопнув дверью, свирепо протопал по коридору, вошел в телефонную будку и двадцать две минуты объяснял жене про служебный долг.
* * *
Высокий, сухопарый начальник нортвудской полиции Гаррисон был сыт этим делом по горло. Он сказал:
— Зачем я буду вам все это рассказывать? Свидетельские показания лучше сведений, полученных из вторых рук. А у меня тут ждет очевидец. Я послал за ним, когда узнал, что вы едете. — Он нажал кнопку селектора. — Пошлите ко мне Эшкрофта.
— А кто он такой?
— Старший кассир Первого банка, довольно-таки перепуганная личность.
— И, обращаясь к вошедшему свидетелю, он пояснил:
— Это мистер Райдер, следователь по особо важным делам. Он хотел бы выслушать вашу историю.
Эшкрофт сел, устало потирая лоб. Седой, подтянутый, элегантно одетый человек лет шестидесяти. Райдер мысленно отнес его к тому типу педантичных, немного брюзгливых, но в целом надежных людей, которых принято называть столпами общества.
— Я уже рассказывал ее не меньше двадцати раз, — пожаловался Эшкрофт.
— И с каждым разом она выглядит все более нелепо. У меня голова кругом идет. Я не в состоянии найти мало-мальски правдоподобного…
— Не волнуйтесь, — мягко сказал Рейдер. — Просто изложите мне факты, которые вам известны.
— Каждую неделю мы выплачиваем фабрике стеклянной посуды компании «Дакин» что-то между десятью и пятнадцатью тысячами долларов — общую сумму заработной платы ее рабочих и служащих. Накануне фабрика присылает нам распоряжение о выплате с точным указанием суммы и купюр, в которых она хочет ее получить. И к следующему утру у нас все бывает готово.
— А утром?
— С фабрики приезжает кассир с двумя охранниками. Приезжает он всегда около одиннадцати. Не раньше чем без десяти одиннадцать и не позже чем в десять минут двенадцатого.
— Вы знаете его в лицо?
— У них два кассира, мистер Суэйн и мистер Летерен. За деньгами приезжает иногда тот, иногда другой. Попеременно. То один уходит в отпуск, то заболевает, то занят на фабрике — тогда его подменяет другой. Я хорошо знаю их обоих уже несколько лет.
— Хорошо, продолжайте.
— Кассир привозит с собой запертый кожаный чемоданчик и ключ от него.
Он отпирает чемоданчик и отдает его мне. Я кладу деньги в чемоданчик так, что он их считает, и возвращаю его вместе с квитанцией. Он запирает чемоданчик, кладет ключ в карман, расписывается в квитанции и уходит. Я подшиваю квитанцию, на чем все дело и кончается.
— Это небрежность, — заметил Райдер, — когда чемоданчик и ключ находятся у одного человека.
Ему ответил Гаррисон:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
