— Вижу встреча со мной в ваши планы не входила, верно? — ледяно задал вопрос темный эльф, все также стоя вблизи меня. — Я бы и мимо прошел. Вот только незадача… Вы посягнули на мою игрушку…
— Уважаемый лонк, что вы, мы даже не собирались посягать на что-то ва… — начал было лепетать разом упавшим голосом главарь, вставая, однако в одно мгновенье неведомая сила жестко прибила все его тело к мостовой! *Вжух. Херак!* Он охнул и мощно рухнул вниз на колени, склонив голову. От ментального приказа осели одновременно и все его дружки, запаниковав и закричав от закипания мозгов. Кто-то было хотел убежать, но ничего не вышло, таких храбрецов просто рожей впечатало в доски! Даже я неосознанно согнула спину, сознание истошно заскулило противной болью, его, подобно листку бумаги, сжали в тугой комок… Дроу, будто ничего не замечая, продолжал говорить, инеем обволакивая каждого из присутствующих.
— А я очень не люблю, когда кто-то играет моими игрушками… Особенно, такие мерзкие отбросы, как вы! — на последних словах голос Бай-Чон-Е в разы увеличился, заполняя пространство мощной силой, которая резко взметнулась в воздух в виде сжатого потока, а после зависла там, грозовой тучей…
— Я не хочу измараться в ваших кишках… Поэтому у вас пять секар на то, чтоб скрыться. Иначе местной страже придется щетками днями на пролет оттирать ваши мозги с досок! — не желая больше тратить свое драгоценное время на этих уродов, махнул он рукой в сторону противоположной стороны моста, давая последний шанс, уйти живыми этим в разы протрезвевшим оркам. Последние, тяжело поднявшись, принялись поспешно удаляться от нас, перегоняя друг друга и чуть ли не выплевывая легкие на ходу.
Подождав, пока их спины скроются за деревьями, Бай-Чон-Е мигом развеял пресс и обошел меня, встав напротив. От дикого ужаса и неверия в происходящее я не смела поднять головы. Внезапно перед моим лицом показалась темная рука, жестом приглашая об нее опереться. Нерешительно ее приняла. Ноги не слушались, глаза щипало слезами от пережитого. Я даже не думала, что эти пьянчуги окажутся страшнее той мерзкой твари, которую я встретила на кладбище. В этот миг я почувствовала себя ужасно беспомощной. Сошкой… Эльф аккуратно меня приподнял, вторая рука с новокупленными сосудами настоек легонько коснулась талии, придерживая. Осознав, что опасность миновала и теперь я в безопасности, в мгновенье ока бросилась к груди Бай-Чон-Е, уже не сдерживая просящиеся слезы и ища поддержки. Обвила руками его стан и прижалась мокрой щекой к тому месту, где должно быть сердце. Подступила истерика. Я прекрасно знала, что это эльфу очень не понравится, но ничего не могла с собой поделать! Он вздрогнул, когда я всем телом приникла к нему, и отступил на пару шагов, но дальше не смог, я не позволила. Тёмные руки застыли в нерешительности, не смея коснуться моих плеч. Так мы и застыли. Дроу с удивленным лицом и я, испуганная, с красными от слез глазами…
— Тц-ц. Разве я жилетка, в которую можно плакать? — слегка раздраженно поинтересовался он, спустя пару минут, когда я прекратила рыдать. Неуверенно потеревшись об него я чуть отстранилась и подняла взор на темное лицо. Оно было вновь бесстрастным, однако глаза мерцали. Но я не смогла понять, какую же эмоцию они хотели передать. В ответ тихо прошептала, утерев кулаком ресницы:
— Принес что покрепче? Похоже, даже в городе мне несказанно везет на представления… — его бровь удивленно приподнялась, не ожидал такого вопроса. Он слегка помедлил, кивнул, а после с явным акцентом выдал такое, на что мои брови также поползли вверх:
— Пр-рости. Я задер-ржался… — слова давались ему нелегко, видимо никогда не говорил их прежде. Сказав, он скривился и моментально отошел к борту моста, опершись об него. Я не знала, что и ответить. “Передо мной извинился темный эльф! Разве такое возможно?” С ошарашенным видом медленно встала подле него и робко выдала:
— Не думала, что ты такие слова знаешь… — он фыркнул и косо на меня воззрился, иронично ответив:
— А я не думал, что ты будешь такой дикой рядом с ними…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мои глаза недоуменно расширились. Далее пришло понимание. Опустив голову до упора, слегка просевшим голосом прошептала:
— Ты все видел…
— Видел.
— И ждал…
— Ждал.
— Как же я вас, дроу, ненавижу… Вы постоянно проверяете меня, будто эксперимент ставите. Неужели, я подопытный кролик? — удрученно покосилась на эльфа, обессиленно повиснув на перилах. Кричать и возмущаться на то, что темный заведомо знал все наперед, и поэтому не спешил, было глупо и бесполезно. А еще не было сил…
— Этот мир суров. Нам просто интересно, сколько ты сможешь здесь прожить. — ответил Бай-Чон-Е и протянул мне сосуд.
— Все-таки кролик… — глухо отозвалась я, слегка улыбнувшись и приняв протянутую бутылку. — Ну и, ученые, каковы мои шансы выжить?
Дроу сказал не сразу, сначала подумал и отпил пару глотков напитка:
— Двадцать процентов.
— Так мало… — лениво поводила пальцем по темному дереву. На глазах как-то снова показались слезы. Раздосадованно сделала большой глоток и скривилась от сильного жжения и увеличившихся процентов спиртного.
— Для тебя это уже достижение. — неожиданно мягко бросил дроу, поведя головой в сторону и поглядев на меня немного потеплевшими глазами. Встретилась с ним взглядом и с надеждой в голосе переспросила:
— Достижение? — он пояснил:
— Обычный человечишка уже б загнулся при встречи с бронторолом, старшим братом, искусной колдуньей, лесным хранителем и со мной, а ты, по чистой случайности, выжила и стоишь целая рядом, хоть и с красной рожей!
Представляя, какое у меня лицо после прямого удара, я смущенно скрыла его под веером волос, а далее тихо уточнила:
— Он тебе все рассказал, ведь так? — лонк кивнул.
— А давно?
— После той ночи, когда… я решил тебя убить. — я весело фыркнула на его слова и снова отпила настойки. Затем саркастично бросила:
— А она не только не сдохла, но и еще продолжает портить всем жизнь!
— Верно. — улыбнулся эльф и как бы невзначай поинтересовался: — Ну что, хочешь продолжать вечер или уже спать?
— Тебе стало интересно мое мнение? — удивленно ответила вопросом на вопрос.
— Ну ты же перестала обращаться ко мне на “вы”. Почему бы не спросить.
— Я-я… — вспомнив, что я, и вправду, забылась, переступила с ноги на ногу и почесала пальцами затылок: — Извините меня, мой лонк, память девичья…
— Точно, никуда не годится. — я заволновалась. Заметив это, дроу слегка сбавил резкость своих слов: — Однако… — чуть поддался вперед. Его хмельное дыхание обожгло мою кожу на щеке. Непроизвольно заалела, а его голос в разы потяжелев произнес: — когда мы одни, тебе, shallen, я позволю обращаться к себе по имени… Цени это. Такое редко бывает.
Медленно кивнула, практически не слыша, что он сказал. Ибо от дроу исходил такой аромат, словно передо мной стоял огромный букет пионов, источающих сочный аромат сладости и одновременно горечи. Такое ощущение стояло каких-то доли секунд. Договорив, лонк поспешно отстранился и вновь принялся держать дистанцию между нами, помахивая веером. Наваждение прошло.
***
От моста мы ушли чуть ниже по берегу озера и сели там на пирс. Тишина, которую дополняют лишь звуки ночной природы и плеск воды, вот что нас окружало. События часовой давности постепенно забылись в парах алкоголя, а наше мирное общение возобновилось. Однако оно стало не таким обширным. Скорее легким, чтобы не уснуть. Иногда посмеивались. Бай-Чон-Е с пьяну даже разрешил мне облокотиться об его плечо. Надо же, сколько же он выпил, чтоб такое позволить? Потом я узнала, что любимым его напитком был “Домениус” — что-то между “Гномьей водкой”, которую вечно хлещет Зевран, и “Адской гидрой”, что просто выжигает все внутренности у не подготовленных дегустаторов. На мою просьбу попробовать, эльф резко отказался, не только потому, что мне ее глотать нельзя, как человеку, а еще оттого, что пить с одного горла могут лишь те, кто состоит в близких отношениях между собой. Однако последнего мне не сказали, это я уже спустя много недель узнала. Эта “водка” так ее назову, знатно выбеливала сознание у темного эльфа. Бай-Чон-Е то и дело шатало, даже в сидячем положении. Серебряные волосы двигались вслед за движениями хозяина, уши позванивали своими серьгами. Лицо расслаблено, глаза прикрыты светлыми ресницами. Я даже начала беспокоиться, что он не встанет. Такой умиротворенный… Лицезреть его, было так…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
