немецкого наступления вдоль шоссе, а на деблокирование окруженных в районе Луги частей.
26 августа в Ленинград отправилась комиссия в составе В. М. Молотова, Г. М. Маленкова, Н. Г. Кузнецова, А. Н. Косыгина, П. Ф. Жигарева и Н. Н. Воронова. Выданный ей мандат был подписан Сталиным и позволял от имени Государственного Комитета Обороны решение «всех вопросов обороны Ленинграда и эвакуации предприятий и населения Ленинграда». Забегая вперед, можно сказать, что время для эвакуации предприятий военной промышленности уже было безнадежно упущено. Однако нельзя не обратить внимания на присутствие в этом списке «летчика» Жигарева и «артиллериста» Воронова. Сталин определенно рассчитывал на технические средства борьбы.
240-мм пушка К-3 в боевом положении.
Тем временем, ввиду ввода в бой XXXIX моторизованного корпуса, немецкая пехота 16-й армии получила определенную свободу действий. Кроме того, в 16-ю армию была передана из резерва свежая 96-я пехотная дивизия. XXVIII армейский корпус в составе 122-й (слева) и вновь подошедшей 96-й (справа) пехотных дивизий наступал на северо-запад, тогда как 121-я пехотная дивизия выдвинулась на северо-восток. 21-я пехотная дивизия сбила с позиций 70-ю стрелковую дивизию оперативной группы генерала Лазарева и 28 августа заняла Тосно.
Резерв для затыкания очередной бреши привычно изъяли из состава войск, противостоящих финнам. Эвакуируемая с острова Валаам 168-я стрелковая дивизия полковника А. Л. Бондарева перебрасывалась в район Пушкина и Павловска. Она должна была оседлать Московское шоссе по рубежу реки Ижора. Также командиру дивизии полковнику Бондареву предписывалось к рассвету 29 августа подготовить «ударную группу силою в стрелковый батальон с батареей и батальоном танков КВ»[373]. Ее задачей был контрудар во фланг и тыл наступающему по Московскому шоссе противнику.
В Москве падение Тосно вызвало большое беспокойство, если не сказать панику. До Ленинграда действительно оставались считаные километры. В посланной на имя Молотова и Маленкова 29 августа телеграмме Сталин с трудно скрываемой тревогой и даже растерянностью писал:
«Только что сообщили, что Тосно взято противником. Если так будет продолжаться, боюсь, что Ленинград будет сдан идиотски глупо, а все ленинградские дивизии рискуют попасть в плен. Что делают Попов и Ворошилов? Они даже не сообщают о мерах, какие они думают предпринять против такой опасности. Они заняты исканием новых рубежей отступления, в этом они видят свою задачу. Откуда у них такая бездна пассивности и чисто деревенской покорности судьбе? Что за люди — ничего не пойму. В Ленинграде имеется теперь много танков КВ, много авиации, эрэсы. Почему эти важные технические средства не действуют на участке Любань — Тосно? Что может сделать против немецких танков какой-то пехотный полк, выставленный командованием против немцев без этих технических средств? Почему богатая ленинградская техника не используется на этом решающем участке? Не кажется ли тебе, что кто-то нарочно открывает немцам дорогу на этом решающем участке? Что за человек Попов? Чем, собственно, занят Ворошилов и в чем выражается его помощь Ленинграду? Я пишу об этом, так как очень встревожен непонятным для меня бездействием ленинградского командования»[374].
Как мы видим, упрек Сталина не совсем верен: под Тосно был сразу же выдвинут батальон танков КВ для усиления ударной группы 168-й стрелковой дивизии. Утверждение «важные технические средства не действуют на участке Любань — Тосно» также легко опровергается документами. ВВС Ленинградского фронта, напротив, активно пытались противодействовать продвижению противника вдоль Московского шоссе. Так, еще утром 27 августа немецкие части на шоссе Любань — Чудово бомбили 6 Ар-2 под прикрытием 5 МиГ-3. Отбомбившиеся «арочки» были атакованы вражескими истребителями, потери составили 3 Ар-2. Было заявлено о сбитом Хе-113, «миги» потерь не понесли, но сели буквально изрешеченные пулями. Противником советских пилотов над Любанью, вероятно, были Me-109F-2 из II группы 52-й истребительной эскадры, прибывшей в группу армий «Север» вместе с VIII авиакорпусом Рихтгофена. О трех сбитых СБ (на самом деле похожие по силуэту Ар-2) было доложено пилотами из 4-го отряда II/JG52. 28 августа была нелетная погода, а 29 августа к ударам по войскам противника в районе Тосно активно подключились даже истребители. Так, в середине дня «сплошное движение автомашин» по дороге Ушаки — Тосно атаковали бомбами и пулеметами 5 И-153 и 6 И-15бис 235 ШАП. Два И-15бис были сбиты, летчики погибли, один И-15бис — сильно поврежден. О трех сбитых И-15 заявили пилоты 4-го отряда II группы JG52, в том числе Иоханесс Штайнхофф, ставший впоследствии известным асом Люфтваффе. Во второй половине дня 29 августа 17 МиГ-3 15-го ИАП тремя группами атаковали бомбами и пулеметным огнем автомашины противника в районе Тосно и Саблино. Вечером к ним присоединились 5 ЛаГГ-3 46-го ИАП. Вечером же район Ушаки — Тосно — Саблино атаковали 18 штурмовиков Ил-2 из 175-го ШАП 2-й авиадивизии.
Маршал К. Е. Ворошилов.
4 Ил-2 из 175-го ШАП не вернулись с задания и, вероятно, стали жертвой пилотов II/JG52 или III/JG27. Что бы ни говорил товарищ Сталин, авиация Ленинградского фронта 27–29 августа сделала Тосно — Любань точкой приложения своих основных усилий, направлением главного удара. Ценные указания из Москвы для этого А. А. Новикову не потребовались. Однако как истребительное противодействие Люфтваффе, так и ударные возможности немецких ВВС под Ленинградом также существенно выросли за счет VIII авиакорпуса. Поэтому хотя бы приостановить продвижение немцев вдоль Московского шоссе только силами авиации было проблематично. Само по себе использование «важных технических средств» еще не гарантировало результата.
Задавшись вопросом «Что за человек Попов?», И. В. Сталин не стал останавливаться на этом и произвел кадровые перестановки в руководстве Ленинградским фронтом.
Постановлением ГКО № 599сс от 29 августа Военный совет обороны Ленинграда упразднялся, а все его функции были переданы Военному совету Ленфронта. Маршал К. Е. Ворошилов перестал исполнять обязанности командующего Северо-Западным направлением и 5 сентября стал командующим Ленинградским фронтом. Соответственно М. М. Попов назначался начальником штаба фронта. Членом Военного совета стал А. А. Жданов. Северо-Западное направление тем же постановлением ГКО № 599сс расформировывалось.
Тем временем обстановка осложнялась даже не с каждым днем, а с каждым часом. 29 августа немцы заняли деревню Сологубовку (к северо-востоку от Тосно) и к 29 августа находились всего в 8 км от станции Мга. В тот же день на подступы к Мге с юга и юго-востока была выдвинута по приказу штаба фронта
