— шиплю. — Не думай, что я так просто всё забуду.
— Буду ждать, — игриво отвечает Алрик. — И убери, а то ещё поранишься, — добавляет весело, будто это игра.
— Да ты… — кидаюсь к нему, не сдержавшись, и он ловит меня за талию.
И как-то так получается, что оружие я опускаю, сама не до конца понимая, в какой момент. Хотя за такие выкрутасы его и прирезать не жаль. И наши гляделки прерывает душераздирающий рёв медведя.
Резко поворачиваю голову и вижу, что медведь Касара в приступе душевной скорби бросается на каждого воина, до кого может дотянуться, не разбирая, кто перед ним.
— Он обезумел, — оторопело выдаёт Эйрик.
— Почти, — уверенно заявляю в ответ на его слова. — Отпусти, — говорю Алрику.
Алрик приподнимает бровь.
— Не в твоих интересах, — предостерегаю его, и мужчина, помедлив, всё же меня отпускает.
Поворачиваюсь к Эйрику и отдаю ему оружие, не сводя глаз с разъярённого зверя.
— Сделай так, чтобы воины ко мне не сунулись, — строго произношу и иду прямиком на разбушевавшегося медведя, не замедляя шага.
— Мирана, стой! — кричит Алрик обеспокоенно. — Почему ты её отпустил⁈ — гаркает на Эйрика.
— Потому что она уже успокаивала медведя! — кричит в ответ Эйрик. — И в любом случае выбора у нас нет. Ты заварил это всё, так что молчи, — яростно рычит.
— Заметь, я его не убивал, а вот Касар моего отца убил, — холодно говорит Алрик.
— Жалеешь⁈ — с вызовом кидает Эйрик.
— Конечно, — спокойно соглашается Алрик. — Жалею, что сам не прикончил. Этот гештальт я уже закрыл, хоть и лапами медведя, так что, как будете готовы убираться отсюда — говорите, — добавляет почти лениво.
На это я закатываю глаза и подхожу к медведю, чувствуя, как от него веет яростью.
— Касар, ты доказал, — встаю между ним и воинами, не давая никому приблизиться. — Ты сильнее, ты больше, ты мощнее, — перечисляю, глядя прямо в глаза зверю.
Жду. Заставляю его переключить внимание на себя.
И как только это происходит, я уговариваю медведя отпустить контроль, вернуть его Касару. Приходится добавить, что я без него не смогу… но медведь и на это не ведётся, упрямится.
— Хорошо, я погуляю с тобой, как это недавно было в лесу, — обещаю ему, делая шаг ближе.
И только такое обещание, когда он смотрит на меня серьёзным, почти человеческим взглядом, помогает.
Касар перевоплощается. Он уже человек. Стоит, склонив голову, тяжело дышит, грудь ходит ходуном. Он до сих пор не может отойти.
— Идём, мой воин, — мягко прошу его и беру за руку.
А он, подняв взгляд, обводит всех вокруг предупреждающим, тяжёлым взглядом, в котором ещё плещется зверь.
— Такая участь постигнет каждого, кто решит навредить моей семье, — жёстко произносит мужчина и кивает на мёртвых воинов под его лапами.
И только после этого мы возвращаемся к остальным, не спеша.
— Открывай, — говорю Алрику, который смотрит на всё это с весельем во взгляде, будто наблюдает за игрой.
Его, похоже, отпустило, в отличие от братьев аскадцев. Алрик открывает просто огромный портал — в него даже дракон помещается. И мы уже готовы идти, но тут совершенно неожиданно начинает буянить Мерзаль.
— Я с ними не пойду! — кричит он возмущённо. — Он меня в плену держал! — предъявляет как оскорбление, раздуваясь от важности.
И пока окружающие нас аскадцы пытаются переварить увиденное и перешёптываются, смотрю на наглый комочек шерсти, который решил, что ему можно отдельно от меня побыть.
Я уже дёргаюсь в его сторону, как грозно произносит Касар:
— Ты по-прежнему наш кот, — ставит его на место. — И когти тебе по-прежнему нужны, — а вот теперь уже откровенно угрожает.
Мерзаль фыркает, но всё же идёт к порталу. С гордо поднятой головой и хвостом, будто это его решение, а не вынужденное.
И мы все перемещаемся в замок Алрика, на смотровую площадку. Он машет дракону, и тот улетает в сторону гор, но прежде подлетает, позволяя Алрику снять упряжь и мягко коснуться его морды, будто прощаясь.
После этого он исчезает из вида.
— Из-за тебя убили моего отца, — наезжает Касар на Алрика сразу же, не давая паузы.
— Я твоего не убивал, а вот ты моего убил, — подмечает таким же жёстким тоном Алрик. — Будешь оспаривать?
Мужчины прожигают друг друга злыми взглядами, и напряжение между ними зашкаливает, воздух будто звенит. И первым не выдерживает Эйрик, который дольше в себе всё держал.
Он начинает кричать, Касар ему не уступает, лишь Алрик вставляет периодически слово, будто ему это не особо интересно, будто он выше этого.
— Если крылатый так вскрылся, значит, нам скоро ждать гостей, пока эти готовы переубивать друг друга, — подмечает Мерзаль.
— Ага, а я ещё и связаться с тобой не смогла ментально, — добавляю, нахмурившись. — И… — начинаю, но не успеваю закончить.
Потому что с неба на смотровую площадку опускается луч света, плотный, режущий пространство, и я понимаю, что сюда кто-то уже перемещается.
— Нет… — протестую, но это не останавливает перенос.
Лишь мужчины перестают спорить, мгновенно переключаясь.
И прямо в этом луче света появляется она. Вся в чёрном, её длинные волосы развиваются, будто от сильного ветра, хотя воздух здесь застыл, а в руке — посох.
— Это кто? — поражённо спрашивает Эйрик.
Он и Касар шокированы, а вот Алрик выглядит собранным и серьёзным, но остаётся спокойным. Ну да… управление драконом с неба не сваливается на мага. А те волки в лесу…
Но я не думала, что это она.
— Хела, — тихо произношу, понимая, что за мной пожаловали.
Мерзаль опускает голову, не рискуя обратить на себя лишнего внимания владычицы загробного мира Хельхейма, богини смерти Хель.
А я же встречаю её прямым взглядом, не опуская глаз.
Мужчины её мало волнуют, а вот меня она осматривает внимательно, словно читает насквозь.
— Веселишься, сестра? — игриво спрашивает она, и я закатываю глаза, не скрывая раздражения.
А она только после этого осматривает мужчин.
И я с полной ясностью понимаю — вольная жизнь закончилась.
Раз сестра здесь.
Либо же свободу придётся буквально выгрызать у судьбы, прикладывая максимальные усилия.
Глава 44 Мирана
Глава 44 Мирана
Ответа
