Очередная волна накрыла рубку, и Том будто оказался сидящим в подводном аппарате наблюдения за жизнью моря, при мерцающем тускло-зеленом аквариумном освещении.
Корабль мотало то вверх, то вниз. Скорее ощущалось, чем было видно, как на нос судна налетает неизвестно какая по счету водяная гора. Стоял неимоверный грохот, будто разом взлетала эскадрилья реактивных бомбардировщиков.
* * *
Вверх – вниз, вверх – вниз… Том привык к качке, головокружение прекратилось, даже перестало сосать под ложечкой, когда наступали моменты невесомости и корабль проваливался в бездну. Время шло. Том чувствовал, что находится в каком-то трансе, вызванном таинственным подводным светом, перемежающимся неожиданными вспышками, когда рубка выскакивала из-под волны и их вдруг окружал хаос светопреставления, а по стеклу четко очерченными зигзагами проносились струи воды. Том не привык к шторму, скорее просто был оглушен; он психологически отступил перед неистовой атакой стихии. Разум сдавал свои позиции перед силой безумства шторма.
* * *
Так прошло довольно много времени. Урывками можно было разглядеть, что творится снаружи: там все так же под черной крышкой неба кипела каша из воды и ветра. У Тома руки устали без конца цепляться за подлокотники. Хотелось по малой нужде.
Неожиданно шум спал; посветлело. Болтанка ослабла, и, когда окно очередной раз очистилось, стали видны белые облака в небе.
– В самый «глаз» попали. – Это был Сонэм Сингх, шедший своей дорогой к капитану.
– Пойду лягу на койку, – произнесла Надежда усталым голосом. – Выжата как лимон.
– Будь осторожна.
– Я привяжусь к поручню.
– Позже приду посмотрю, как ты там.
– Хорошо. – С этими словами Надежда ушла, ловко балансируя.
На мостике обсуждали ущерб, нанесенный такелажу штормом. Том осторожно встал и, пошатываясь, прошел вперед, к дверям туалета.
Стукаясь плечами о стены, Том долго прицеливался, но, несмотря на его старания, сказать, что попал в яблочко, было бы не совсем правдой. Вода в унитазе ходила вверх и вниз, угрожая подпортить башмаки. Том ощущал себя измочаленным; чувство равновесия совсем расстроилось, будто кто-то перемешал Тому мозги чайной ложкой. Лучше, наверное, было сесть и глядеть на что-то неподвижное.
Вернувшись в свое кресло, он пристегнулся с благодарным чувством к изобретателю ремня безопасности. Капитан отдавал торопливые приказания.
– Когда начнется снова, шквал пойдет с юго-востока. Пока можно разойтись.
Матросы разбежались. Прави остановилась около кресла Тома, поинтересовалась, как он себя чувствует.
– Вам не кажется, что поверхность воды наклонена, будто мы находимся на холме?
Том ответил, что ему ничего такого совсем не кажется, а видит он лишь зеленые волны с белыми барашками пены, а на небе – белые же облака, истекающие зеленым же дождем. Только два цвета. Вдруг Том заметил на юге черный остров и испуганно воскликнул:
– Там скалы!
– Это другая сторона шторма, – веско бросила Прави. – У нас есть минут двадцать.
Капитан кричал на Сингха по поводу паруса, который не работал:
– Я потеряю рей и, возможно, даже мачту!
– Сэр, ничего сделать не удается.
Снова с грохотом навалился ветер. Корабль сильно накренило на правый борт, и Том подумал – еще немного, и они испытают участь черепахи, перевернутой на спину. Гром стоял как при бомбежке. Окно очистилось, и Том увидел, что волны снова выросли до огромных размеров, цвет – сталь с крапинками желтовато-белого, верхушки сбиты ветром набекрень, а высота – тридцать, сорок, пятьдесят футов! Когда корабль сидел во впадине меж волнами, он тыкался носом в бок водяного гиганта, словно игрушечная лодочка. «Боже мой!» – в полном ужасе прошептал Том. Волна накрыла рубку, и свет в окнах померк. Рокот ветра стал приглушенным. Корабль ушел под воду.
Затем он вынырнул, как поплавок, навстречу радостно взвывшему ветру.
На них шла волна – еще больше предыдущей, простираясь влево и вправо, насколько видел глаз. Том непроизвольно затаил дыхание; он мысленно подталкивал корабль: «Ну, поднимайся же, поднимайся скорее!» Казалось, бушприт судна задран на этот раз много круче, чем раньше. Склон волны – жидкого холма с шевелящимся на верхушке гребнем, готовым упасть, – был испещрен странными черными пятнами.
– Что это такое? – вскричал Том, но никто не обратил внимания на его возглас. В это время судно взлетело вверх, словно рыба после подсечки удилищем, по склону волны прямо до рушащегося ее гребня, (создавалось такое впечатление, что тело волны – это дамба, через которую перехлестывает вода), и тут Том почувствовал задом через кресло: «Бум!»
Корабль боролся с чем-то, пытающимся свернуть его с курса. Медленно-медленно нос его повернулся налево.
Сверху раздались крики. Тянулись минуты… Появился Сонэм Сингх, почему-то на четвереньках.
– Мы напоролись на что-то! – закричал он.
– Я видел! – крикнул в ответ Том. – Какие-то кругляки, наверное притопленный лес.
Он не знал, слышал ли его боцман вообще – тот продолжая орать, теперь что-то про плавучий якорь.
Затем рубка поехала набок. Том обнаружил, что висит на своем пристежном ремне. Из-под воды снова раздался глухой рокот. В сумраке слышались крики. Сингх перекатился на боковую стенку рубки – сейчас она стала полом. Корабль, натужно содрогаясь, повернул и выровнялся. Появился свет дня в неразлучном сопровождении шума бури. Том, выпутавшись из ремня и заняв нормальную позицию в кресле, посмотрел в окно. Впереди, надвигаясь, курилась белым паром водяная стена. Вой ветра замораживал душу, вызывал оцепенение; мозг отказывался соображать.
Грот-мачта и следующая за ней погнулись; их удерживала, наверное, лишь веревочная путаница такелажа. Палуба около фок-мачты была измята чуть не в гармошку. Корабль дал крен на левый борт.
Том взялся застегивать ремень, и очень вовремя, иначе бы улетел из кресла. Да он, собственно, уже вываливался, и поэтому теперь повис чуть ли не за спинкой и даже не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, кто там кричит. Время шло… Люди сзади него орали что-то; наконец Сонэм Сингх добрался до Тома, ухватил за грудки и водворил на сиденье. По лестнице из верхнего помещения рубки сползли капитан Бехагуна, Прави и штурвальный, продолжая на ходу громогласно совещаться.
– Спасательные лодки! – заорал Сингх, приблизив рот к уху капитана. Корабль качнуло, и боцман врезался зубами прямо капитану в ухо; оба вскрикнули от боли и схватились за ушибленные места.
– Какие могут быть спасательные лодки при такой погоде! – воскликнул Том.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
