И когда Нузхат-аз-Заман услышала от бедуина эти слова, свет в глазах ее стал мраком…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Сто сорок пятая ночь
Когда же настала сто сорок пятая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что когда Нузхат-аз-Заман услышала от бедуина эти слова, свет в глазах ее стал мраком, и, поднявшись, она обнажила меч и ударила им бедуина Хаммада в лопатку и вытащила меч из его шеи. И присутствующие сказали ей: «Почему ты поторопилась убить его?» – а она воскликнула: «Слава Аллаху, который продлил мой срок настолько, что я отомстила своей рукой!» И она велела рабам вытащить его за ноги и бросить собакам.
А после того обратились к остальным двум из этих трех, из которых один был черный раб, и спросили его: «А ты, как тебя зовут, скажи нам правду!» И он отвечал: «Меня зовут аль-Гадбан», и рассказал им о том, что у него произошло с царицей Абризой, дочерью царя Хардуба, царя румов, как он убил ее и убежал. И раб еще не закончил своей речи, как царь Румзан скинул ему голову мечом и воскликнул: «Слава Аллаху, который дал мне жизнь, и я отомстил за мою мать собственной рукой!» И он передал всем, что рассказала ему его нянька Марджана об этом рабе по имени аль-Гадбан.
А после того обратились к третьему, и был это верблюжатник, которого наняли жители Иерусалима, чтобы свезти Дау-аль-Макана и доставить его в больницу Дамаска сирийского, и он бросил его у топки и ушел своей дорогой.
«Расскажи нам твою повесть и говори правду», – сказали ему, и верблюжатник рассказал обо всем, что произошло у него с султаном Дау-аль Маканом, как он увез его больного из Иерусалима, чтобы доставить его в Дамаск, и бросил его у больницы и как жители Иерусалима принесли ему деньги, и он взял их и убежал, кинув Дау-аль Макана на куче навоза возле топки бани. И не окончил он еще говорить, как султан Кан-Макан взял меч и, ударив верблюжатника, скинул ему голову и воскликнул: «Слава Аллаху, который сохранил мне жизнь, и я отомстил этому обманщику за то, что он сделал с моим отцом! Я слышал этот самый рассказ от моего отца».
И потом цари сказали друг другу: «Нам осталась только старуха Шавахи, по прозванию Зат-ад-Давахи, – она виновница этих испытаний, так как ввергла нас в бедствия. Кто поможет нам отомстить ей и снять позор?»
И царь Румзан, дядя царя Кан-Макана, сказал ему: «Она обязательно должна явиться!» И в тот же час и минуту царь Румзан написал письмо и послал его своей прабабке, старухе Шавахи, по прозванию Зат-ад-Давахи, и говорил ей в нем, что он овладел царством Дамаска, Мосула и Ирака, разбил войско мусульман и взял в плен их царей. «И я хочу, – говорил он, – чтобы ты всенепременно явилась ко мне с царевной Суфией, дочерью царя Афридуна, царя аль Кустантынии, и с кем хочешь из вельмож христиан, но без войска, так как в этих странах безопасно, ибо они стали нам подвластны».
И когда письмо дошло до старухи, она прочитала его и, узнав почерк царя Румзана, сильно обрадовалась, и в тот же час и минуту она собралась в путь вместе с царевной Суфией, матерью Нузхат-аз-Заман, и теми, кто им попутствовал, и они ехали, пока не достигли Багдада. И посланец выехал вперед и сообщил об их прибытии.
И тогда Румзан сказал: «Наше благо требует, чтобы мы оделись в одежды франков и встретили старуху мы будем тогда в безопасности от ее хитростей и обманов». И все ответили: «Слушаем и повинуемся!» – и надели франкское платье. И когда Кудыя-Факан увидела это, она воскликнула: «Клянусь Господом, которому поклоняются, не знай я вас, я бы наверное сказала, что вы франки!»
А потом Румзан пошел впереди них, и они вышли навстречу старухе, с тысячей всадников, и когда глаза уже встретились с глазами, Румзан сошел с коня и поспешил к ней, а старуха, увидав Румзана, узнала его и, спешившись, обняла его за шею. И Румзан так сдавил ей рукой ребра, что чуть не сломал ее, и старуха спросила его: «Что это такое, о дитя мое?» Но она еще не закончила этих слов, как вышли к ним Кан-Макан и везирь Дандан, и витязи закричали на бывших с нею невольниц и слуг и забрали их всех и вернулись в Багдад.
И Румзан приказал украсить Багдад, и город украшали три дня, а потом вывели старуху Шавахи, по прозванию Зат-ад-Давахи, на голове которой был красный колпак из листьев, окаймленный ослиным навозом, и впереди нее шел глашатай и кричал: «Вот воздаяние тому, кто посягает на царей, сыновей царей и царских детей».
А затем ее распяли на воротах Багдада, и когда ее люди увидели, что с ней случилось, они все приняли ислам. И Кан-Макан, его дядя Румзан, Нузхат-аз-Заман и везирь Дандан удивились этой диковинной истории и велели писцам занести ее в книги, чтобы ее читали те, кто будет после них, и провели остальное время в сладчайшей и приятнейшей жизни, пока не пришла к ним Разрушительница собраний.
Вот и конец того, что до нас дошло о превратностях времени, постигших царя Омара ибн ан-Нумана, его сыновей Шарр-Кана и Дау-аль-Макана и сына его сына Кан-Макана и дочь его Нузхат-аз-Заман и ее дочь Кудыя-Факан».
Рассказы о животных и птицах (ночи 145–152)
И сказал потом царь Шахразаде: «Хочу, чтобы ты мне теперь рассказала что-нибудь из рассказов о животных и птицах». А сестра ее, Дуньязада, воскликнула: «Я не видела за все это время, чтобы у царя расправилась грудь когда-нибудь, кроме сегодняшней ночи, и я надеюсь, что исход твоего дела с ним будет благополучен». А царя в это время настиг сон, и он заснул…
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Примечания
1
Мускус – вещество с резким своеобразным запахом, выделяемое одной из желез кабарги (млекопитающее из семейства оленей). Сохраняется в этой засушенной мешковидной железе.
2
Имеется в виду крытый рынок, где лавки расположены в два ряда
3
Вали – начальник городской полиции.
4
То есть без выкупа.
5
Рабы-евнухи ценились дороже обыкновенных рабов.
6
Рассказ третьего евнуха отсутствует во всех известных нам списках книги «Тысячи и одной ночи».
7
Бандж – наркотик, известный в Европе под названием «гашиш» (точнее-хашиш).
8
Этими словами выражается безусловное повиновение.
9
Дядя Пророка – аль-Аббас ибп Абд-аль-Мутталиб – дядя пророка Мухаммеда, родоначальник династии Аббасидов, правившей восточным халифатом с 750 года до взятия Багдада монголами в 1258 году. Харун ар-Рашид был пятым халифом этой династии.
10
Ситт-Зубейда – любимая жена Харуна ар-Рашида.
11
Игра слов, основанная на одинаковом звучании слова «арака», которое переводится и как «я тебя вижу» и как название растения.
12
Хосрой – имя двух персидских царей из династии Сасанидов (III–VII вв.). Легенда приписывает им огромное богатство и могущество. Великолепный дворец в городе Ктесифоне на берегах Тигра, построенный в III в., о котором здесь говорится, арабы называют «дворцом Кисры», то есть Хосроя.
13
Город Мира – Багдад. Здесь имеет место анахронизм, каких немало в книге «1001 ночи»: город Багдад был заложен в 762 г., то есть через 58 лет после смерти упоминаемого здесь халифа
14
Хосрои и кесари – персидские и византийские правители
15
То есть никто не мог устоять против огня его ярости.
16
Хинд – Индия, Синд – область в нижнем течении реки Инда, Диар-Бекр – область и город на правом берегу Тигра; Земля Черных – Судан; Сейхун и Джейхун – Сыр-Дарья и Аму-Дарья.
17
Книга – Коран; установления – Сунна (правила поведения, установленные на основании преданий о словах и делах пророка Мухаммеда).
18
Коптами арабы называли исконных обитателей Египта
19
Румами в странах Ближнего Востока называли жителей Византии.
20
Кайсария – под этим названием у арабов известно два города: в Каледине (в 126 г. он был взял мусульманами и разрушен) и в Малой Азии.
21
Кустантыния великая – Константинополь.
22
То есть Александра Македонского.
23
Мискаль – приблизительно равняемся 4,5 грамма.
24
Магриб (запад) – так арабы называют северо-западную Африку.
25
Самхарские копья доставлялись в Аравию из местности Самхара, на побережье Северной Африки. Арабское предание возводит это название к имени некоего Самхара, славившегося своим мастерством в их изготовлении.
26
Ифриты или джинны – в арабском фольклоре добрые или злые духи.
27
Локоть (рабочий) – установленная в средневековом Египте мера длины, равнялась приблизительно 0,5 м.
