Побежали и мы с Николь. Я держал ее за руку и тянул за собой. В тот момент, единственный раз в жизни, я пожалел, что в герцогстве женщины не ходят в мужских штанах: длинный, до самой земли подол одеяния Николь путался у нее в ногах, мешая бежать.
Затем бег наш начал замедляться: вода поднималась все выше и выше. Сначала она поднялась по щиколотку, потом — по колено, а когда начала приближаться к моим плечам, я подхватил Николь на руки.
Наконец я почувствовал, что сам не достаю тверди ногами, и тут уже ничего не оставалось делать, как избавиться от л'хассов, тянувших вниз. Хуже всего — вода оказалась на редкость холодной, чуть ли не ледяной, и от нее начало сводить ноги, сжимая дыхание к груди.
Но вот из-за дома показался корабль, висевший над водой на высоте половины человеческого роста.
Мы плыли к «Небесному страннику», плыли, а я все пытался увидеть над его бортом знакомые лица, но почему-то там не никого было. А корабль поднимался, поднимался все выше, и расстояние от уровня воды до его днища продолжало увеличиваться.
«Они решили улететь! Но как же так? Почему без нас?!»
И тогда я заорал:
— Род! Лард! Энди! Помогите! Вы что, сдохли там все, на борту?!
Заорал, чтобы тут же погрузиться с полным ртом воды. Но когда я высунул голову и снова взглянул на «Небесный странник», то увидел над его бортом бородатую голову незнакомца.
«Корабль захвачен! — с ужасом подумал я и, обернувшись, взглянул на дома города Древних. — Вода не может подняться так высоко, окружающие город стены ниже их крыш. Удивительно, что они удерживают воду, но доплыть до ближайшего дома у нас нет никаких шансов».
У Николь посинели губы, но девушка продолжала барахтаться, стараясь мне помочь. Потом она перестала шевелиться вообще, и я вдруг почувствовал, как Николь ускользает из онемевших от холода рук.
— Лард! — снова закричал я в отчаянии. — Хоть кто-нибудь! Помогите!
С невидимой палубы «Небесного странника» раздался рев Аделарда — только он умеет реветь так громко. А затем за борт корабля полетели люди, и первым из них оказался тот, бородатый незнакомец. За ним последовали еще четверо, и последний из них — без головы.
Над бортом показался Энди Ансельм с залитым кровью лицом, и в нашу сторону полетел тонкий канат.
— Держи, капитан!
И я держался, уцепившись за канат свободной рукой и даже зубами, дожидаясь, когда корабль опустится ниже, чтобы сброшенный с его борта штормтрап коснулся воды. Потом нас подтянули ближе к борту, и Гвен, спустившийся по штормтрапу, помог нам подняться наверх.
Палуба «Небесного странника» была чуть ли не сплошь залита кровью, несколько трупов лежали в тех позах, в которых их настигла смерть. У кабестана сидел с бледным лицом Рианель Брендос, держась за плечо, и из-под пальцев у него по руке сбегала струйка крови.
«Жив, и это главное. Сначала Николь, — подумал я, дрожа всем телом от холода и пережитого, — уж слишком сильно у нее посинели губы. А затем она поможет и всем остальным».
Посмотрев на девушку, я облегченно перевел дыхание: Николь пыталась отклеить от тела мокрую одежду, прилипшую так плотно, что она перестала что-либо скрывать. К ней подскочила Мирра и накрыла девушку теплым, подбитым мехом плащом вместе с головой. Мирра тоже выглядела бледной, и на фоне ее бледности синяк под глазом выделялся особенно ярко. Но это тоже потом, сейчас главное — улететь отсюда, с проклятого всеми богами острова.
Попытка вскочить на мостик по трапу двумя прыжками закончилась для меня плачевно: на втором прыжке ноги подвели, и я упал.
— Энди, к кабестану! Род, на парус! Гвен, за штурвал! — раздавал я команды, еще даже не поднявшись на ноги.
Нам предстояло самое трудное: уйти от механизмов на башнях города Древних. Потому что иначе — «хлопок — и облако пыли».
«Небесный странник» завис над самой водой, и пока он в таком положении, ему ничего не грозит — дома прикрывают его от башен. Но едва он поднимется в небо, как сразу случится то, о чем предупреждал Мелвин. Был у меня легкая надежда на чудо, на то, что Мелвин все же блефовал, или на самих башнях никого не окажется, ведь с городом творится такое!..
— Энди! — наконец решился я. — Вправо, пол-оборота!
Мы поднимались осторожно, чуть ли не по пяди. Вот-вот должны показаться башни. А еще нас сносило к водопаду, и стоит только кораблю попасть под поток, как «Небесный странник» обрушится вниз. Макушка одной башни уже была видна из-за домов. Всего их четыре, знать бы еще, на каких именно расположено оружие Древних, но разве это возможно? И тянуть больше нельзя, водопад близок.
Я уже набрал воздуха в грудь, чтобы скомандовать Энди подняться еще выше, когда под нами грохнуло так, что все вокруг содрогнулось.
Нет, сначала всколыхнулась залившая улицы вода, поднявшись где-то посередине города огромным столбом, и только после этого уже послышался грохот. Корабль наклонило набок так, что не многие устояли на ногах, после чего «Странник» повело в сторону близкого уже водопада. И я закричал:
— Парус! — а вслед за этим: — Энди, еще три, не четыре оборота вправо! Поднимаемся!
Мы прошли совсем рядом с ревущим потоком воды, и когда я снова взглянул на город, его попросту не было. Как почти ничего не осталось от и самого острова — только гора с бьющим из нее водопадом да небольшая часть на самом дальнем от нас краю, выглядевшая сейчас одинокой, торчащей из моря скалой.
А жаль, сколько сокровищ осталось теперь в водах моря Мертвых! И еще тайна создания л'хассов…
«Ну ничего, вот оно, главное мое сокровище, — подумал я, глядя на поднимающуюся на мостик Николь. — И пусть она снова выглядит недоступной, но я-то знаю, что она может смотреть на меня и совсем по-другому».
Следом за девушкой поднялся навигатор Брендос, с уже перевязанным плечом, но по-прежнему бледный как полотно.
— Что произошло, Рианель?
Ему бы в постель, отлежаться, ведь нет лучшего лечения для любой раны, нежели покой. Но слишком уж хочется знать, что же случилось на борту «Небесного странника» в наше отсутствие. А кто лучше него может обо всем рассказать?
— Они пришли еще вчера, — попытался пожать плечами Рианель, но болезненно сморщился. — Восемь человек, с оружием. Согнали всех нас в трюм и продержали в нем до утра. Утром пришли новые люди и принесли с собой какие-то ящики.
— Ящики? Какие ящики? — поинтересовался я. Не видел я никаких ящиков на палубе. Палуба на «Небесном страннике» мала, они непременно бы в глаза бросились. Я и сейчас их не вижу.
— Деревянные, — ответил Рианель. — В трюме они, мы их даже принимали снизу. Затем эти люди ушли. Сказали, что вернутся с новой партией, я разговор слышал. Ну а потом все началось. И тогда нас выпустили из трюма — вода начала все заливать, и они приказали поднять корабль. А потом и вовсе улететь. — Брендос на мгновение умолк. — Вы не представляете, Люкануэль, каков Аделард в деле! Ведь он один почти всех их на тот свет отправил, на нашу долю только два и осталось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
