с идиотской счастливой улыбкой на лице и только.
Вот и сейчас Денис готов был окунуться в эмоции. Улыбаться и быть счастливым. Но приходилось стискивать зубы, хмурить брови и крепче прижимать Риджину к себе. Уж больно много мужчин на нее таращилось в самолете. Это бесило, злило, вызывало дикое желание разорвать всех на месте, лишь бы они не смотрели в сторону жены.
Маг повторил это слово про себя несколько раз. И с каждым разом оно звучало все притягательнее.
«Моя»
— Я уж думала, ты мне руку сломаешь, — хриплым со сна голосом, заметила Риджина.
— Что? — непонимающе уставился на нее Денис.
Он выглядел, как застуканный с поличным семилетний мальчишка у банки с вареньем: хулиганистый, но очень обаятельный.
— Ты так крепко сжимал руку, что я проснулась.
— Прости, — немного виноватым голосом произнес маг, ослабив хватку. Тепло от ладони девушки ему нравилось, успокаивало.
Почему-то захотелось узнать, что думает Риджина обо всем, что между ними случилось, но поговорить о стремительно изменившихся между ними отношениях им пока не удавалось. Оказавшись в деревне индейцев, их сразу направили к жрецу в хижину для обряда очищения. Все же они с Риджиной немало наемников уложили.
Сам обряд проходил в несколько стадий. Началось всё с омовения и молитв на совершенно непонятном для Дениса языке. И хоть он вернул себе доступ к магии, избавившись от блокираторов, но сил активировать заклинание-переводчика не было. Потом были какие-то танцы, много дыма и непонятных людей, на чьих лицах играли блики костров. Происходящее сливалось в один какой-то непонятный мираж, казавшийся то сном, то явью. А вот закончилось всё это действие в развалинах древнего храма Пантер, где их с Риджиной и нашли почти в полдень жрец со свитой. И всё бы ничего, вот только никакой одежды на молодых магах не было.
Риджина тогда удобно устроилась на могучей груди Дениса, а он обнимал ее как самое ценное, что только может быть.
— Кажется, брачная ночь удалась, — бросила она тогда, лишь только открыла глаза и плотнее прижалась к теплому боку мужа.
— А что это был за храм? — воспоминания о том дне-вечере, он даже не знал, как правильно сказать, будоражили агента Холковского до сих пор.
— Не знаю, — по тому, что девушка не стала переспрашивать, о каком точно храме идет речь, маг предположил, что и она до сих пор думает о случившемся. — Какой-то древний. Индейцы не ходили туда, опасаясь потревожить пантер.
— Но тогда же они пришли.
— Их Мявка привела. Потому и пришли.
Денис вспомнил любимицу жены. Эта большая черная кошка была эталоном грации и изящества среди всех кошачьих. Легко и непринужденно она спрыгивала на землю и обнажала острые клыки. А уж как она порой смотрела на мага, дух захватывало. Мявка будто предупреждала его, что, если он обидит Рид, то кара патер его настигнет в любой точке мира.
— Но ты и сам там почувствовал большое скопление магии, — продолжала Риджина, неспешно потягиваясь в кресле пассажирки первого класса.
— Да. Будто брешь в Безду открывается там. Знать бы, что именно там с нами произошло, — он задумчиво глянул на жену.
— Спроси у Бездны, вдруг расскажет, — усмехнулась та. Рид прекрасно понимала, что после той ночи в храме пантер все изменилось. Как и то, что никто не помнит всех деталей.
Их страстная ночь переросла в нечто большее. Ладно бы она была продиктована только физическим желанием, но есть взаимная симпатия, уважение, нежность и забота. А это уже напрягало и заставляло задуматься, что за шутку сыграла с ними Бездна? И как из этого выбраться с минимальными потерями? А в голове только один ответ: «Никак». И что удивительно, он не сильно расстраивал безопасника.
— И те порезы, что появились на запястьях, — не унимался Денис, в то время как Рид намеревалась продолжить прерванный сон на удобном плече мужа. — Откуда они?
— Брачные метки, — зевая ответила она. — Обычно такие наносят жрецы на руки молодых индейцев. Потом молодожены соприкасаются ранками и соединяют свои жизни и судьбы.
— Видел я тот нож у жреца: тонкий и острый. Там и шрам должен остаться в толщину с ниточку, а не то, что у нас.
— Так мы и не индейцы, — сонно буркнула Рид.
— Риджина, ты можешь быть серьезной?
— Нет. У меня нет сил. Ты выпил из меня всю энергию ночью и потом еще утром. А потому дай поспать, — сквозь сон тихо-тихо ответила она. — Может, это сделали пантеры? — и заснула вплоть до самой посадки.
Агент Холковский в десятый раз за день принялся рассматривать свою правую руку, где красовался почти заживший широкий шрам. Он действительно был толще, чем от ножа жреца, да и шел под другим углом.
«А что, если и правда черная бестия и ее приятель нанесли нам эти порезы? Если это и так, то, надеюсь, это было до того, как мы с Риджиной сбросили одежду»
Воспоминания восстановились в голове безопасника не полностью. Хоть и прошла неделя с тех событий. Зато все остальные дни и ночи Денис помнил очень хорошо. Как и реакцию жены после пробуждения. Ему даже тогда показалось, что будь они одни в сельве, то Риджина запросто могла снова стать вдовой, упокоив мужа одним только взглядом. Зато после того, как первые эмоции улеглись, а одежда была найдена, они не расставались почти ни на мгновение.
И это удивительно. Ведь оставаться с девушкой один на один двадцать четыре часа в сутки на протяжении семи дней раньше Денису казалось чем-то нереальным.
Как и ревность.
Маг аккуратно отпустил руку спутницы, чтобы не поранить ее, вспоминая фееричную встречу с Карлосом два дня назад.
За пару часов до заката у входа в деревню индейцев показался мужчина в светлых брюках и яркой рубашке. Трекерные ботинки и рюкзак дополняли образ профессионального путешественника. Темные чуть завивающиеся волосы, короткая борода и улыбка победителя делали образ мужчины неотразимым в глазах местных девушек. Те, лишь завидя гостя, побросали дела и устремились ему навстречу.
Но не это больше всего разозлило Дениса. А тот факт, что к местным дамам присоединилась и Риджина. Она кинулась с криками радости на шею венесуэльца.
— Карлос! Как же здорово, что ты приехал! — заверещала она, не скрывая улыбки.
— Принцесса, — мужчина подхватил девушку на руки
