— врождённая способность, а людям такая удача улыбается редко. Я очень прошу тебя не выходить за пределы земного Узла. Это сейчас очень опасно.
— Обещаю, — сказал я, осмеливаясь взять её за руку. — Больше того, я вообще не вернусь больше в метро. Моя рана всё ещё открыта, и каждый спуск под землю означает новые ожоги. Я буквально чувствую, как злоба становится доминантой в моём поведении. Я ради собственного любопытства рисковал жизнью заложника. Не задумываясь, убил друга. Потом от злости на себя сжёг лабиринт. В общем, я не хочу стать чёрным колдуном и не могу побороть это в себе.
— Разве русалка не объяснила тебе? Нужно всего лишь изменить вектор эмоций.
Она не одернула ладонь, а наоборот — другой рукой коснулась моего затылка. Я смотрел так удивлённо, что она звонко рассмеялась.
— Да, я знаю и об этом. На линиях трудно скрыть от меня что-нибудь важное. Я знаю даже, о чем ты думал в день нашей первой встречи!
Я положил ладони ей на пояс и притянул к себе, не давая сделать следующее движение, пока не получу ещё одного ответа.
— Ты так и не сказала, как тебя зовут.
— Лея, — ответила она, и озорные рыжие чёртики, отражение рыжих кудрей, запрыгали в её глазах.
— Лея, ну разумеется! — понял я, и она, смеясь, вывернулась из моих рук.
* * *
Паук громыхнул крышкой люка. Убежал на работу. Всё верно, уже почти два часа ночи. А мы, как два алкаша, сидим на рабочем месте после окончания смены.
— Да, Лёш, мне многое кажется в этой истории подозрительным. Хвосты, от которых пепла не осталось. Узел, активированный прямо в здании, хотя Хвосты могли просто свернуть ковёр и унести куда угодно. Банка, при помощи которой вроде как запустили Узел, вот только нашёл-то я её у Рунгжоба в изоляторе! И пропавший мундштук, и предатель Турчин, который в свою последнюю минуту защищал жаб…
— А меня в целом удивляет сложность схемы, которую мы сломали. Диверсия на генераторе, обставленная как теракт. А на самом деле — чтобы отключить защиту и выпустить зомби на станцию. Чтобы, в свою очередь, выгнать из логова пауков и в их отсутствие вскрыть коконы с парализованными колдунами. Даже имея предателя в наших рядах, не слишком ли такая многоходовка сложна для трёх наёмных инородцев? И не слишком ли она крута, если целью была банальная кража ковра? И куда делись тела украденных колдунов?
Я крутил в ладонях давно опустевшую кружку и согласно кивал.
— Боюсь, Лёш, нам ещё долго придётся распутывать этот узел. А распутать хочется. Для этого в первую очередь надо придумать, как проверить коммуникатор Турчина.
— Как ты его проверишь? Он же теперь на складе в свинцовой коробке лежит. От него толку, как от любого другого радиоактивного куска золота.
— Есть на этот счёт кое-какие мыслишки. Главное, не проколоться раньше времени перед Вересаевой. У нас может всё получиться, пока она занята расследованием по ковру и по побегу колдунов.
— Дался ей этот ковёр!
— Ну, знаешь… Если с его помощью можно контролировать весь Объект разом, я бы на её месте тоже переживал. Когда мы встретились в первый раз после пожара, Вересаева сначала заставила меня пойти с ней туда, на опечатанный этаж. Осмотрела всё, что осталось от Узла, чуть ли не обнюхала. И только после этого соизволила сказать, что отведёт меня навестить Сфинксов.
— Так он жив?! — Лёшка, казалось, готов был швырнуть в меня тарелкой с орешками. — Ну ты и… Вересаева ему не угодила! А сам хорош, не мог сразу сказать?
Потом он сделал паузу и прищурился.
— Постой. Почему ты сказал?..
— Они выжили. Способности хищников к регенерации впечатлят даже дождевого червя. Выжили обе половинки. Правда, им пришлось окуклиться и полностью перестроить свои тела. Теперь они выглядят, как пятилетние дети. И ведут себя немногим лучше.
— Ох, чёрт побери!
— Два маленьких самолюбивых хищника. Это нормально. Для них, я имею в виду. Не зря же имя Сфинкса при регистрации сначала перевели как Феникс. Скоро они подрастут, будет у нас два новых Сфинкса. Возможно, постепенно восстановится и память.
Впервые за вечер Смыслов был по-настоящему рад моим новостям.
— Вересаева ещё долго будет занята своим ковром. Когда я его спалил, там жар был такой, что плавился бетон. Узор в результате отпечатался на полу. Так что наша начальница не в убытке, по большому счёту. У неё есть новый Узел, который теперь-то точно никто не сможет украсть, при всём желании.
— И что, он будет работать, как прежний?
— Наверное. С тех пор, как кабинет отмыли от копоти, в узоре появилось несколько новых линий и завитков. В тех местах, где уже провели восстановительные работы после моих похождений. И одновременно сила Леи вернулась в тоннели. Значит, связь между Объектом и Узлом на полу есть, несомненно.
— А проверить никак нельзя, поскольку банка исчезла?
— Именно так.
Лёшка задумался. Громыхнула стальная крышка люка, паук просеменил по потолку в свой дальний тёмный угол.
— Слушай, Жень!
— А?
— Помнишь Пёсью яму?
— А то!
— Много в нашем подземелье ещё таких мест?
— Таких больше нет. Каждое место в метро уникально по-своему. В том смысле, что в каждом из них тебя сожрут по-своему, совершенно неповторимо!
— Надо же, к Стожару вернулось чувство юмора! Это хорошо, а то последние полчаса ты скрипел зубами да шипел вполголоса. Тогда ответь мне ещё на один вопрос: правда ли, что в метро живёт гигантский червяк?
Я застонал, картинно закатывая глаза.
— Фильмов дурацких насмотрелся?
— Нет, в дежурке сегодня утром разговор подслушал.
— А, ну тогда понятно.
Я посмотрел на часы. Начало третьего.
— Ладно, пошли. Сейчас, наверное, уже можно.
Паук начал радостно скакать, скрипеть хитином, щёлкать педипальпами, когда я свистнул ему и сообщил, что предстоит прогулка. Ехать было недалеко, по пустым тоннелям и техническим коридорам добрались всего минут за пятнадцать. На краю колоссального котлована, уходящего отвесно вниз, мы спешились.
Я велел пауку затаиться в вентиляционной шахте. И ни в коем случае ничего здесь не есть, особенно из чужих рук. Толкнул дверь со скромной надписью «Бойлерная», за которой на самом деле начиналась лестница вниз, на скрытую стройплощадку. Скрытую от глаз всех, даже от рабочих с поверхности.
— А кто тут может быть чужой? — поинтересовался Смыслов.
— Китайцы. После взрыва Узла появилось под Москвой несколько новых сильных линий. Их надо срочно экранировать от людей и защищать от нелегальных вторжений. Наш Объект расширяется, будут новые маршруты и новые станции. Самим с таким объемом
